Исследователь своей родословной и составитель генеалогического древа Евгений Федотов в программе «Мнение» радиостанции «Эхо Москвы» комментирует особенности работы с архивами правоохранительных органов и спецслужб, касающихся дел репрессированных и реабилитированных граждан СССР, обращения в районные архивы Бурятии и архивы других российских субъектов, трудности, возникающие при поисках близких и дальних родственников, опыт систематизации работы по исследованию родословной, и другие темы.

– Сейчас уже, по-моему, в третий раз за последние полтора года читальные залы архивов закрыты, и у меня в исследовательской работе временный перерыв, по крайней мере, до 13-го февраля. Пока я систематизирую всё что есть и пишу запросы, потому что дистанционно архивы в других регионах работают. Так получилось, что мой прадед был репрессирован и в последствии реабилитирован – всё это трагически повлияло и на его судьбу, и судьбу его семьи. В 1937 году он был осуждён по какому-то навету, и у нас была архивная справка после запроса моей племянницы. Читальный зал архива ФСБ для личного посещения тогда был закрыт, и я написал запрос, мечтая получить фотографию прадеда. У меня несколько репрессированных родственников, а один из них – Пётр Фомич Заиграев – был расстрелян, как один из зачинщиков Леоновского восстания в 1930 году. Тогда по республике прокатилась волна восстаний – они были в Бичуре, в Мухоршибирском районе, а одно из самых крупных – Леоновское – охватило, можно сказать, три района – Хоринский, Кижингинский и Заиграевский. После этого восстания было расстреляно около десяти человек, одним из которых был мой двоюродный дедушка – муж старшей сестры моего деда. В 1990 году его не реабилитировали, потому что он выступал против Советской власти с оружием в руках, но в его деле оказалась фотография, которую ближайшим родственникам предоставил архив ФСБ. Где он похоронен, мы не знаем – его увезли в Верхнеудинск и здесь расстреляли. Мы предполагаем, что вроде бы в этот период расстреливали в районе Горсада, но восстановить это сейчас практически невозможно. Сам поиском документов по Петру Заиграеву я не занимался – просто взял копии у родственников для своего архива, а вот своим прадедом занялся всерьёз, написав запрос и попросив копии дела.

– Наше региональное ФСБ мне не отказало, правда, для этого пришлось предоставить копии своих документов, чтобы доказать степень родства. Через две недели мне позвонили, и сказали, что, к сожалению, фотографии в деле нет, а потом пришёл ответ – копии дела на шести листах. Там была характеристика от сельсовета, где описывалось, что прадед был унтер-офицером царской армии, Георгиевским кавалером, участником обороны Порт-Артура, попавшим в плен к японцам и участником Леоновского восстания. Ещё был протокол обыска и приговор «тройки» – 10 лет концентрационных лагерей. Прадед, отсидев 10 лет, вышел в 1947 году, и сообщил сюда родственникам – заберите меня, меня освободили в Красноярске. Младший брат моего деда поехал в Красноярск, но прадеда там, к сожалению, уже не нашёл. После нескольких недель поисков ему сказали, что был захоронен безвестный старик – прадеду на тот момент было больше 70-ти лет. После запроса в архив МВД в Красноярске мне оттуда предварительно дали понять, что какая-то информация по моему прадеду у них есть – сейчас я жду от них полного ответа. Я уже установил, на каком кладбище он может быть похоронен в Красноярске, и втайне мечтаю найти место захоронения.

– Совет тем, кто плохо знает своих прадедушек и прабабушек и других родственников конца XIX – начала XX веков – их можно найти в хозяйственных книгах поселений, которые сейчас находятся в районных архивах – в этих книгах фиксировались посемейные списки и все передвижения семей с места на место. Ещё один ценный источник – ритуальные службы кладбищ – у них есть информация обо всех захоронениях по имени, отчеству и году рождения.

– Все, кто хочет заниматься своей родословной – самое главное – записывать абсолютно всё. Даже если вы общаетесь с родственниками, особенно с пожилыми – записывайте их на диктофон, пока есть такая возможность. У меня было несколько просто бесценных разговоров, но я их не записал на аудио – теперь я эту ошибку исправляю, и стараюсь писать всё. Также собирайте любые фотографии, даже если вы не думаете, что это ваш родственник – если фотография оказалась в архиве предполагаемых родственников, обязательно попросите её или отсканировать, или сфотографировать для себя – это может сильно помочь в исследованиях. Если работаете в архиве, обязательно ведите дневник – число, номер фонда, номер описи, номер дела и чётко всё, что удалось найти по вашей семье. Потом свои записи я ещё и переношу в компьютер, потому что почерк у меня, как курица лапой. Сканы документов и копии фотографий хранятся в компьютере в отдельной папке, плюс я их ещё распечатываю на бумаге. А уже затем всю собранную информацию я заношу в компьютерную программу с генеалогическим древом нашей семьи – получается тройной контроль, который очень дисциплинирует, и позволяет быть уверенным в том, что кто-то сможет в этом разобраться и без меня.