Судя по разъяснениям пресс–службы минэкономразвития, подходы к малому и среднему предпринимательству (МСП) в стране недавно были донастроены таким образом, чтобы сфокусироваться на повышении эффективности прежде всего предприятий МСП. Да и сама логика развития событий показывает: поддержка самозанятости, видимо, постепенно теряет экономический смысл, ведь действие этого налогового спецрежима завершается в 2028 году. Но и особая «донастройка» мер для предприятий МСП тоже сопровождается оптимизацией.

Самозанятые оказались одной из наиболее противоречивых категорий российского бизнеса – с самым неясным будущим.

Численность самозанятых продолжает неуклонно увеличиваться. По данным федеральной налоговой службы, на начало ноября в стране насчитывалось уже почти 18 миллионов граждан, оформивших этот специальный налоговый режим. По сравнению с тем же периодом прошлого года численность повысилась более чем на 20 процентов. Одновременно с этим в разрастающейся армии самозанятых число предпринимателей, охваченных разного рода господдержкой, наоборот, резко сокращается.

Как выяснили эксперты центра развития высшей школы экономики (ВШЭ), проанализировав данные из соответствующего официального реестра, численность самозанятых, получающих поддержку, по итогам января–сентября 2026 года сократилась почти на 20 процентов в годовом выражении, тогда как число юридических лиц в секторе МСП, получающих поддержку, увеличилось за тот же период примерно на восемь процентов, а индивидуальных предпринимателей (ИП), которым оказывается поддержка, стало больше почти на 27 процентов.

Уточним, в случае с самозанятостью особый режим уже и так предполагает более низкие на общем фоне ставки налогообложения. Речь идёт о налоге на профессиональный доход. Его ставка варьируется в зависимости от источника поступлений: четыре процента – в случае получения самозанятым доходов от физических лиц; шесть процентов — для доходов, полученных при выполнении заказов от юридических лиц. Лимит по доходам — 2,4 миллиона рублей в год. Самозанятые уплачивают налоги только с реально поступивших доходов: если заказов и заработков нет, налог не взимается.

Но помимо этого, самозанятые могут претендовать на дополнительные меры поддержки. Например, на преимущества, связанные с оформлением социального контракта, на займы по сниженным ставкам, на льготные условия аренды и тому подобное. Дополнительные меры действуют при соблюдении самозанятыми определенных условий и различаются в зависимости от региона.

Дальнейшая интерпретация сокращения численности самозанятых, охваченных господдержкой, как это часто бывает с экономической статистикой, напоминает спор оптимиста и пессимиста о стакане, который либо наполовину полон, либо наполовину пуст.

Как считает доцент президентской академии Даниил Гоненко, такие данные не стоит считать тревожным сигналом. «Самозанятость для многих — первая ступень: человек пробует себя, понимает, что дело идёт, и регистрируется как ИП. Посмотрите на цифры из исследования ВШЭ: среди получателей поддержки ИП стало больше на 26,6 процента, микропредприятий — на 21,4 процента. Это во многом те же люди, просто они выросли, — пояснил эксперт.

В то же время директор по аналитике Инго Банка Василий Кутьин указал на масштабную смену всей логики распределения государственной финансовой помощи.

Во–первых, как сообщил эксперт, происходит разворот от массовой поддержки к адресной «в русле оптимизации бюджетных расходов». Во–вторых, отчасти сказался эффект высокой базы 2025 года. Эксперт напомнил, что с апреля 2024 года в отчётность включена госпомощь по соцконтракту: в 2025 году это дало статистический всплеск числа получателей–самозанятых, а с 2026 года идёт нормализация после пиковых значений. В–третьих, даже льготные займы при высокой ключевой ставке всё тяжелее обслуживать, при этом доходы самозанятых в большинстве случаев не могут увеличиваться пропорционально росту издержек. Параллельно меняется сама структура потребностей такого предпринимательства. «Часть самозанятых просит не деньги на развитие, а средства на выживание бизнеса, которые через реестр поддержки не проходят», — уточнил Кутьин.

Наконец, в–четвёртых, в экономической политике, по его словам, происходит осознанное смещение к классическому бизнесу: «Поддержка уходит к тем, кто создаёт рабочие места и показывает кратный рост».
В пресс–службе минэкономразвития подтвердили корректировку подходов, напомнив, что в 2025 году началась реализация нового федерального проекта «Малое и среднее предпринимательство и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы». По уточнению пресс–службы, в рамках федерального проекта подходы были донастроены: все акценты и в приоритетах поддержки, и в её инструментах сделаны на повышение эффективности предприятий сектора МСП.
Это нужно для достижения установленного указом президента о национальных целях развития специального показателя по обеспечению в 2024–2030 годах реального роста дохода на одного работника субъекта малого и среднего предпринимательства в 1,2 раза выше, чем рост валового внутреннего продукта.

Хоть об этом не говорится напрямую, но кроме уже упомянутых и аналитиками, и ведомством предпосылок напрашивается ещё одно объяснение.

Налоговый спецрежим для самозанятых — экспериментальный и не бесконечный. Эксперимент стартовал в 2019 году, а завершится он в конце 2028 года. Что потом — поле для дискуссий, и они скорее всего будут сложными, ведь среди самозанятых велика доля так называемых мёртвых душ. Судя по данным налоговиков, в прошлом году более чем из 17 миллионов самозанятых реально получали профессиональный доход, облагаемый спецналогом, 9,5 миллиона человек. Остальные — около 45 процентов — оформили либо сохранили этот статус «на всякий случай».

Одновременно с этим среди самозанятых, реально получающих доходы и отчисляющих налоги, есть такие, которые совмещают этот режим с официальным трудоустройством (и они будут обеспечены всеми социальными благами в полной мере благодаря уплаченным работодателями страховым взносам), а есть такие, которые в буквальном смысле работают сами на себя, и все социальные блага им надо сначала самостоятельно же и оплатить. Судьба второй категории самозанятых более чем туманна.

Комментируя ситуацию в целом с МСП, в пресс–службе минэкономразвития также сообщили, что для достижения показателя из указа президента в рамках профильного федерального проекта были сохранены все ключевые инструменты, доказавшие свою эффективность.

Это финансовая поддержка: предоставляются льготные инвестиционные кредиты, микрозаймы до пяти миллионов рублей и льготный лизинг оборудования. Это инфраструктура и сопровождение бизнеса: имеются в виду консультирование и обучение через центры «Мой бизнес», развитие цифровых сервисов, создание промышленных парков и технопарков. Это доступ к рынкам сбыта: поддерживается участие МСП в закупках крупнейших заказчиков, реализуются программы «выращивания» поставщиков.

По уточнению пресс–службы министерства, инструменты поддержки в рамках федерального проекта ориентированы прежде всего на развитие предприятий в отраслях экономики предложения: это IT–сфера, обрабатывающие производства, малые технологические компании, туризм.

Примечательно, однако, что, судя по исследованию ВШЭ, если брать совокупно весь сектор МСП и самозанятых, то в этом случае охват представителей сектора всеми видами поддержки не просто мизерный, он ещё и сокращается. По итогам января–сентября 2025 года доля получающих поддержку среди МСП и самозанятых была 1,6 процента, а по итогам января–сентября 2026 года она стала 1,5 процента.

В дополнение к этому за девять месяцев 2026 года объём получаемой субъектами МСП и самозанятыми поддержки сократился в годовом выражении более чем на восемь процентов — с 253 до 232 миллиардов рублей, привела в исследовании данные заместителя директора центра развития ВШЭ Светлана Мисихина.

И, судя по сообщениям прессы, уже есть признаки обсуждения отдельными региональными властями отмены определённого вида льгот для малого бизнеса, сообщает «Независимая газета».