Проблему с недостатком инфраструктуры должно решить строительство полигонов. Это, к слову, не то же самое, что просто свалка — это специализированный объект, который включает в себя требования по обустройству и обслуживанию. До полигона мусор должен пройти определённые стадии организации — от контейнерной площадки до базовой сортировки. А проблемы начинаются уже в мусорных баках. Работать с многолетними привычками людей непросто — строительный мусор, брошенный в обычные мусорки, шкуры животных и предметы гигиены, смытые в городские канализации, бычки и обёртки на тротуарах — далеко не полный список таких неистребимых привычек. Больше всего осуждения вызывает мусор, годами остающийся на прибрежной территории озера Байкал. Показательные примеры привела в ходе общения с журналистами министр природных ресурсов Бурятии Наталья Тумуреева:

—  Для меня это боль. Говорят «расставляйте баки», а у человека в голове должно быть, что нельзя оставлять на Байкале мусор. Посидел — всё собери с собой и увези. Тащить мусор с Байкала тяжело, но водку везти туда не тяжело же было. В Энхалуке есть охраняемая территория, куда люди заезжают отдыхать, там построены туалеты, есть место под палатку и машину. И люди выбрасывают мусор в туалеты, несмотря на то, что прямо рядом стоят баки. Я специально проехала и проверила: на каждом туалете висят объявления. У меня не укладывается в голове — о чём думают люди? Приезжает ассенизаторская машина откачивать и не может этого сделать, потому что трубу забивает выброшенный в этот туалет мусор. Если мы сами не начнём относиться к этому по–человечески, мы ни к чему не придём. Наблюдала, как женщина с ребёнком купались, мужчина курил на берегу и скинул бычок прямо в воду. Наше мышление — до мусорного ведра, выбросил и всё — это уже не наш мусор. А когда приезжаешь на полигон и видишь вот эту «красочную картину», по–другому смотришь на это.

 
Внедрение сортировки мусора в Бурятии в таких реалиях — призрачное будущее. Дело ещё в том, что сортировка увеличивает тариф. Как минимум придётся сменить простые баки на специальные и вывозить мусор разным транспортом. Между тем, за простой вывоз в республике отмечался высокий уровень задолженности перед региональным оператором. На первое ноября 2024 года она составляла более 1,3 миллиарда рублей, из них 929 миллионов должны были физические лица. Вряд ли это показатель того, что люди готовы платить больше, а сортировка невозможна при той же цене.

— Это всегда и везде было дороже. И просто так сортировать, к сожалению, смысла нет. В Улан–Удэ есть предприниматели, которые занимаются второсырьём, но до них ещё надо добраться. Мы в министерстве, к примеру, отдаём на переработку бумагу. Пластик вывозят в Ангарск Иркутской области, где делают тазики, мётлы и прочее. А здесь пока (примечание — в Бурятии) нет производства. Нужно понимать, что та же плитка из пластика стоит дороже обычной, а значит кто будет её покупать? Да, мотивация хорошая, но нужно куда–то сбывать эту продукцию. Нужны объёмы, спрос и предприниматели, которыми захотят этим заниматься. В Бурятии есть мусороперерабатывающий завод, который делает резиновую крошку, и единственный на Дальнем Востоке берёт крупногабаритные шины, как например от БелАЗАа, — рассказала Наталья Тумуреева.