Эксперт в области туризма Андрей Измайлов в программе «Большой повод» на радиостанции «Эхо Москвы» в Улан-Удэ комментирует создание в Бурятии министерства туризма, туристические перспективы республики по сравнению с другими российскими регионами, первые впечатления иностранных туристов от постсоветской Бурятии, нынешний Улан-Удэ с точки зрения туристической привлекательности, выбор места для «Байкальской гавани», и другие темы.

Говоря о решении создать в Бурятии министерство по туризму, Андрей Викторович сказал следующее: «Мы мечтали об этом, наверное, уже десятилетие. В двухтысячные было пять основных направлений развития Республики Бурятия, и одним из приоритетных направлений был объявлен туризм. Возможно, в тот период говорить об этом было рановато, но сейчас, когда достаточно неплохие цифры по количеству въезжающих в нашу республику, когда у нас строятся новые гостиницы, открываются новые рестораны, появляются новые объекты туристского показа, улучшаются фонды музеев - сам рынок начинает вносить достаточное количество средств до для пополнения бюджета». Но, надо не забывать, что туризм никогда не будет главным экономическим локомотивом Бурятии, но количество занятых в этой сфере людей вполне может быть значительным – многие страны об этом очень хорошо свидетельствуют. Решение по созданию министерства туризма было для нас в какой-то степени неожиданным, хотя, честно скажу, мы несколько раз пытались донести эту идею до Алексея Цыденова».

По словам Андрея Измайлова «у нас событийный туризм представлен семейскими и бурятскими деревнями, у нас есть немало других неплохих проектов, но, основное, ради чего приезжают к нам - это Байкал, это прекрасные горы, это природа. Поэтому, глава принял, на мой взгляд, правильное решение - это говорит о том, что туризм в Бурятии поднялся в определённой степени, что о нас хорошо знают в федеральных органах - сегодня мы стабильно находимся в семёрке наиболее привлекательных мест в России. Понятно, это Москва, Санкт-Петербург, Краснодарский край, Алтай, мы, и потом уже Камчатка и Дальний Восток. Это не значит, что люди сюда прямо ринутся толпой, но, потенциал у Бурятии очень высокий».

Отвечая на вопрос о возможном желании стать министром туризма, герой программы «Большой повод» ответил: «Нет, наверное, уже нет. Сейчас приходит время молодых амбициозных ребят. У нового главы хорошие перспективы в будущем, и он должен подбирать команду на длинный срок с тем, чтобы произошли реальные изменения. Я готов участвовать в этом процессе в качестве советника или члена каких-то экспертных групп, но, считаю, что сейчас уже время уже более молодых, а я уже в своё время работал председателем комитета по туризму, поэтому мне там всё понятно и известно - все плюсы и минусы».

Андрей Измайлов поделился воспоминаниями, о том, как начинался выездной туризм в постсоветской Бурятии: «Я умудрился съездить в Китай где-то в 1991 году, и тогда Маньчжурия была сплошной деревней. В Маньчжурии было два двухэтажных здания - администрация и что-то похожее на гостиницу, где все удобства были на улице, а мужчин и женщин селили в одну комнату. Тот период и в России, и в Китае был страшный – у нас грабили вагоны, всех туристов ОМОН мог согнать в здание с запретом выходить на пути, чтобы нейтрализовать криминал. Я сам был свидетелем того, как милиция стреляла по подросткам, которые пытались вскрыть вагоны. А в Маньчжурии в ресторанах помимо челноков процветали бандиты – всё заканчивалось большими драками и киданием стульев, а китайская полиция иногда и боялась заходить в такие места».

По словам Андрея Викторовича «в 90-е годы мы принимали иностранных туристов, но в небольшом количестве. Я позволю себе рассказать одну историю, когда мы принимали французских пенсионеров. Тогда ещё ни одной благоустроенной турбазы в Бурятии не было – и мы думали, куда их поселить? Мы договорились устроить французов на базу БМДК – она была отделана вагонкой, но туалета-то не было! И вот я вижу, что возле уличного туалета скопилось несколько гражданок Франции, и они о чём-то тревожно щебечут. Оказывается, они психологически не могли войти в наш туалет. Они поочередно открывали эту дверь, заглядывали в дырку, и мгновенно выскакивали. Это продолжалось минут, может быть, 30, наконец, одна из них набралась мужества, и за ней уже потянулись другие. А мы считали, что люди капризничают».

Столица Бурятии в глаза эксперта по туризму на российском уровне выглядит вполне достойно: «Улан-Удэ преобразился – говорить, что он грязный сложно, особенно, если не знать другие города России. Когда иркутские представители турбизнеса к нам приезжают, они все отмечают, что Улан-Удэ чистый город, и у иностранных туристов остаётся неплохое впечатление. Мы часто сталкиваемся с туристами, которые едут транзитом через Улан-Удэ, их главная цель - это Монголия. Чаще всего они приезжают буквально на сутки для того, чтобы пересесть на автобус, и вот тут их ждёт сюрприз, потому что в итоге впечатление от нашего города у них, по-моему, получше чем от Улан-Батора».

Не обошёл Андрей Измайлов и тему «Байкальской гавани», озвучив свою версию её появления в Прибайкальском районе: «Я был не в восторге от идеи расположения «Байкальской гавани» в том месте, где она сейчас находится, и по-прежнему остаюсь на позиции, что именно с точки зрения инвестиционной привлекательности место выбрано не самое удачное. Я больше склоняюсь к Кабанскому району, потому что основной поток туристов движется по Транссибирской магистрали и по основным федеральным трассам. Я считаю, что лучше было бы снести всё на «Байкальском прибое», очистить эту лагуну, поднять уровень прибрежной зоны - вложить те самые миллиарды для того, чтобы создать там интересный уголок, и не только на «Байкальском прибое» - с уже современными отелями. Я сейчас говорю не как представитель турбизнеса, а как инвестор, я пытаюсь размышлять, куда бы инвестор вложил бы быстрее деньги. Но, правительство десять лет назад руководствовалось иными соображениями – у него тогда не было средств на строительство дороги в сторону Курумкана, у нас была проблема с электрификацией в том направлении - инфраструктурно те регионы нуждались в серьёзной поддержке. И решили использовать ресурсы, которые выделил федеральный центр для того, чтобы улучшить условия жизни».