Что происходит на республиканском рынке электроэнергетики

С мая месяца население республики платит за свет не «Бурятэнергосбыту», а «МРСК — Бурятэнерго».

Хотя власти в один голос уверяют, что замена одной организации на другую не означает для нас ровным счетом ничего (те же тарифы, те же обязательства), поверить в это сложно. Легкость, с какой рухнул «Бурятэнергосбыт», буквально вчера дававший интервью об отмене конца света и демонстрировавший собственное благополучие, потрясла многих.

Причем многие, если не все, уверены: падение «Бурятэнергосбыта» произошло вследствие банального воровства. Долг «Бурятэнергосбыта» составляет на сегодня 1,7 млрд. рублей, значит, именно такую сумму руководство предприятия вывело на Кипр и чуть ли не положило себе в карман. Удивительнее всего, что после такого красавица Светлана Борталевич со товарищи не убежали за рубеж, а преспокойно ходят по улицам Улан-Удэ и устраиваются на новую работу. Однако при внимательном изучении произошедшего все представляется иначе, чем может показаться на первый взгляд.

Что подкосило преуспевающую компанию

На собственной пресс-конференции руководитель филиала ОАО «МРСК Сибири» — «Бурятэнерго» Андрей Меделянов не уставал повторять: произошедшее с «Бурятэнергосбытом» — не вина команды Светланы Борталевич. По его словам, менеджмент компании работал даже не хорошо, а ударно. Виной падения стали разборки между собственниками компании. Источники в отрасли пояснили: «Бурятэнергосбытом» владела группа «Энергострим» — одна из крупнейших частных сбытовых холдингов страны, контролировавшая в России 12 процентов сбыта электроэнергии. Действительно, группа выводила деньги в офшоры, захватывала собственность, обходила нормы российского законодательства, но первопричиной и быстрого роста, и стремительного падения группы явилось не это, а сверхагрессивная экспансия, иначе говоря — «русский бизнес».

Смысл «русского бизнеса» в том, что ты занимаешь деньги за несколько мгновений до того, как тебе их надо отдать. Если «Энергострим» приходил в регион, это означало, что местный сбыт тут же начинал откачивать новым хозяевам все свои свободные средства. Получается, что Светлана Борталевич, равно как и другие директора сбытов, перечисляла деньги массе фирм-«присосок» за оплату ненужных услуг или покупку активов по завышенным ценам. Если собственных денег не хватало (а их не хватало), брались займы у банков. Ручейки стекались на Кипр, который стал крупнейшим инвестором российской экономики. На эти деньги в основном покупались не яхты (хотя, может, и они тоже), а новые сбыты («Орелэнергосбыт», «Омск-энергосбыт» и другие). Долг у «Энергострима» накопился большой (47-48 млрд. рублей), однако при оборотах группы в 170 млрд. рублей в год компания могла бы с ним рассчитаться. Подвели обстоятельства.