$ 63.87
68.69
Авторизация
Войти Напомнить пароль

Логин

Пароль

"Баргузин ФМ"
"Эхо Москвы" "Русское радио"


30 мая 2005, 14:50

Юрий Кравцов: Национальная элита в своих действиях руководствуется иными интересами, чем простые граждане

От редакции

Этот материал ожидал своей очереди и должен был появиться в печати после статьи о причинах инфляции и способах борьбы с ней. Но последние заявления губернатора Иркутской области и затем президента РБ о целесообразности объединения соседних регионов несколько изменили наши планы. На первый план вышла упомянутая выше проблема. К прежней теме «Правда Бурятии» вернется в следующем номере, а сегодня о самом актуальном.

Байкальские грезы экоутопии, построенной на определении перспектив развития региона как «стратегической территории устойчивого развития всемирного значения», уступили место прагматическим реалиям. Таким, как единые энергетические тарифы прибайкальской территории. Наконец происходит понимание, что надо зарабатывать самим. Теперь надо грамотно поработать над реализацией этой инициативы. Особенно, если мы хотим видеть Улан-Удэ столицей нового региона России...

Позитивно завершившийся референдум по объединению трех субъектов в Красноярском крае совершил прорыв в новой региональной политике России. Начало же широкомасштабной федеральной реформе укрупнения регионов было положено в 2004 году образованием Пермского края.

Программа Министерства регионального развития РФ предполагает осуществить переход от нынешней практики равномерной поддержки мелких регионов к созданию крупных региональных образований - локомотивов экономического роста.

Прогноз Минэкономразвития РФ угрожающий: без изменения региональной политики разрыв между богатыми и бедными регионами по величине ВРП на душу населения увеличится до 18 раз!

Это станет непреодолимым препятствием экономического развития России в целом. Регионы и раньше различались по степени обеспеченности. Но сейчас идет ускорение. Это может иметь политические последствия. Нарастает экономический сепаратизм, создается колониальная структура федерации. Во избежание такого сценария государство оказывается перед необходимостью поддерживать однородность территорий. Но это бесперспективно.

Сегодня средства господдержки размазываются тонким слоем по 79 дотационным регионам. Участие федерального бюджета в социально-экономическом развитии региона - минимальное обеспечение текущих затрат, предупреждение и ликвидация ЧС и пр. Но никак не ориентация руководства региона на развитие.
Выделение ежегодного трансферта решает задачу обеспечения работы социальной инфраструктуры. И никакого влияния на решение стратегических задач самофинансирования. К тому же ретуширует оценку эффективности управления регионом.

Цена отвлечения ресурсов от решения общенациональных задач, в первую очередь, экономического роста страны, чересчур высока. Финансы передаются из регионов-доноров тем, кто никогда не будет самодостаточным. А бедных, похоже, это устраивает. Но сегодня государство уменьшает трансферты, подталкивая руководителей к поиску внутренних резервов. Однако в условиях замкнутого натурального хозяйства «удельных княжеств», в которые превратились регионы за истекшие годы, это оказалось невыполнимо. Пока в России было регулирование экономики на макроэкономическом уровне, регионы были относительно равны по уровню развития. По мере же реформирования на уровне микроэкономики пути их расходятся. Стартовые позиции определяются экономической конъюнктурой. Нефтехимия, энергетика, цветная металлургия - лучшие стартовые основы. А если их, как в Бурятии, нет? Но эта ссылка уже не принимается ни населением, ни государством.

В 2004 году снизились темпы роста промпроизводства и реальных денежных доходов населения. Темпы ввода дополнительных рабочих мест сократились почти на треть по сравнению с 2003 годом. Идет сокращение рабочих мест. Особенно в машиностроении, энергетике, легкой промышленности. Новых производств не предвидится. И внешние факторы экономического роста себя исчерпали. А работы по использованию внутренних фактически не начаты.

Мы имеем несколько десятков успешных торговых фирм, предприятий сельхозпереработки. Да и те живут, ожидая помощи бюджета. Где тут быть эффективной российской экономике, когда в регионе пассивно держатся за бесперспективные производства?

Совет руководителей Сибирского федерального округа в Томске в феврале выразил тревогу по поводу растущего отставания уровня жизни сибиряков. Разрыв с ЦФО почти в два раза. И не просчеты стратегии развития Сибири виноваты в этом. А сама идеология, отсутствия взаимосвязи мероприятий, предложенных регионами. Без интеграции не будут успешны и новые версии развития. То же самое относится и к комплексной программе охраны и использования Байкальской природной территории, составленной из самостоятельных предложений трех регионов. Все те же убаюкивающие надежды на будущее.

Мир будущего - мир экономической глобализации, высоких технологий и региональных экономик. Разобщенность регионов, их экономик и рынков стали главными врагами модернизации.

Все программы социально-экономического развития регионов обязаны базироваться на увязке с глобальными интересами России в данном регионе. У нас куча концепций, но нет определяющей наше место в России - концепции интеграции в экономику России, в мировую экономику. Межрегиональная интеграция должна быть составным компонентом формирования новой экономики РБ.

Направлениями межрегиональной интеграции могли бы стать энергетика, топливная промышленность, транспортная инфраструктура и международные транспортные коридоры, природопользование и новые технологий использования ресурсов. И наконец, межрегиональная специализация и кооперация предприятий, особенно машиностроения и перерабатывающих отраслей.

Интеграция и дезинтеграция характеризуют изменения внутренних связей экономического пространства. Взаимовыгодная интеграция позволяет использовать преимущества регионального разнообразия, сращивая межрегиональные хозяйства. Это дает более широкий доступ ко всем видам ресурсов и новейшим технологиям в межрегиональном масштабе. И совместное решение острых социальных проблем. Как раз то, что нужно для формирования новой экономики республики.
Инвестиционный климат, необходимый для развития, нельзя создать раз и навсегда. Но его стабильность зависит от эффективности экономического пространства.
Интеграция экономик регионов становится основой инвестиционной политики, государственной поддержки регионов.

Необходимы политические решения по синхронизации действия регионов в этом направлении. Механизмом согласования интересов мог бы стать крупный регион, ликвидирующий бюрократическую самостийность управления. Надо менять саму идеологию управления государством и отдельными регионами, ставя цели и изыскивая ресурсы для их осуществления. К примеру, цель, поставленная губернатором Красноярского края, - индустриализация Сибири.

В ближайшие годы, представляется, в России будут приняты законы, упрощающие процесс укрупнения регионов.

Федерация - модель территориально-государственного устройства, предполагающая равноправный характер отношений государства и его частей. Без обоюдного согласия она не может быть изменена. Но это не касается объемов полномочий между субъектами и центром. Укрупнение до 28-30 регионов нельзя растягивать на десятилетия.
Объединение регионов - по сути, крупнейший инвестиционный проект. Объем полномочий, ответственности губернаторов увеличивается. Объединительные проекты укрепляют единство страны и подводят черту под периодом распада. Наступает единство власти и управления.

Бурятия не относится к числу регионов, влияющих на стратегию отраслей и сферу производства всей страны. Мы классический депрессивный субъект федерации, и этим все сказано. Преобладает аппаратная тактика. Люди живут по принципу: «День простоять да ночь продержаться». Кто задумался над тем, что будет после 2008 года? Мы рискуем за это поплатиться.

Анализируя административное деление государств, можно обнаружить ряд исторически сложившихся закономерностей. Чем больше площади государств, чем ближе их экономика к сырьевой направленности, тем меньше административных единиц.

Бразилия - 8,5 млн. км, 22 штата.
Австралия - 7,7 млн. км., 6 штатов и 2 территории.
Канада - 9,9 млн.км., 10 провинций и 2 территории.
Россия - 17 млн.км., 89 субъектов...

Где сегодня взять 89 «качественных» губернаторов? Это одна из причин их слабой ротации: а на кого менять? За годы длительного правления они «выкосили» всю политическую «поляну». Надежды на назначение губернаторов, фактически превратившиеся в переназначение, не оправдались. Вот тут-то и поможет реформа административного устройства.

Сейчас нас удерживает вместе не столько надежда на будущее, сколько воспоминание о героическом прошлом. Россия под тяжестью нерешенных проблем обессилела. Этим многие хотели бы воспользоваться. Бывший госсекретарь США Мадлен Олбрайт заявляет: «Где тут справедливость, если такой землей, как Сибирь, владеет одна страна?» Можно представить подобные заявления лет 20 назад?

Мир всегда, а в условиях глобализации особенно, признает только силу. И не столько военную, сколько выраженную в высоком благосостоянии населения. СССР потерпел поражение при всей своей военной мощи оттого, что не сумел обеспечить своим гражданам достойную жизнь. История может повториться, если мы не сумеем решить похожую задачу.

Итак, во главе наших действий надо поставить решение экономических задач. Пока у нас политика преобладает. Национально-территориальное деление России себя изжило. Оно удовлетворяет только национальную бюрократию и ведет к конфликтам и расколу. Это опасно для государства. Вообще, деление государства по национально-территориальному признаку способно ли примирить нации? Ну, хватит делиться. А то ведь можно договориться до создания русской республики. При своих амбициях национальные политики, а люди при своей нищете. Как создать при этом единое социальное государство, о котором говорит Конституция РФ?
Люди мечтают о материальном благополучии. По данным центра Юрия Левады, россиянам не хватает материальных благ.

Процесс сближения регионов - серьезный и необратимый. Надо спроецировать место Бурятии в процессе объединения в трех измерениях: глобальной экономике, экономике региона и местной экономике. Пока глобальный характер российской экономики ограничен газом, нефтью, металлом и ограниченно-высокими технологиями. «Прочтение» интересов РБ в этом измерении - развитие авиа- и приборостроения, международных транспортных коридоров. Глобальная экономика в измерении объединенного субъекта - развитие ТЭК, связи, инфраструктуры транспорта, природопользования, использование ресурсов, в том числе Байкала. Местная экономика - сельское хозяйство и перерабатывающие производства.

Создание Восточно-Сибирского края - ВСК - уже не мечта и не утопия. Но оно пока не стало концепцией национальной экономической политики, частью стратегии экономического роста. И даже не основой синхронизации действий властей наших трех регионов.

Думается, задача трех лидеров не в том, чтобы противопоставить объединению и интеграции собственное развитие, а в том, чтобы доказать выгоду сотрудничества в адаптации к российскому и мировому рынкам.

Перед нашей республикой стоят два блока серьезных проблем. Во-первых, формула партнерства предполагает делегирование части своих полномочий краевым институтам. Вероятно, пока нет необходимости и со стороны центра принуждать к этому. Хотя косвенно, это можно заметить. Но ситуация должна вызреть естественным образом.

Во-вторых, интеграция трех регионов означает не культурную унификацию, а взаимообогащение. Но нужен новый подход к трактовке оптимального соотношения национального суверенитета и интересов региональной интеграции. Вспомним этапы развития республики в двадцатом веке:

- 1923 г.г - образование БМАССР.
- 1923-25 г.г. - БМАССР в составе Дальне-Восточного края.
- 1925-30 г.г. - в составе Сибирского края.
- 1930-36 г.г. - в составе Восточно-Сибирского края.
- с 1937 г. - самостоятельный субъект РФ.

В том же 1937 году территория БМАССР была разделена, и шесть бурятских аймаков отошли Иркутской и Читинской областям. Вполне логично, что объединенный из трех субъект позволит воссоединить республику в ее прежнем виде.

С перспективой объединения структура управления Сибири представляется многоуровневой. На первом - правительство РФ, определяющее и реализующее общие принципы экономической политики. На втором - Сибирский федеральный округ, существование которого после объединения будет проблематичным. Скорее всего, его место займут края. На третьем - республики или области с функциями, определенными двусторонними обязательствами.

Представляется оправданным создание уже сейчас общих комиссий исполнительной и законодательной власти, проведение заседаний законодателей всех субъектов с целью содействия в выравнивании социально-экономических принципов ведения хозяйств и законодательной базы.

В формировании края большое значение имеет вопрос, кто возьмет на себя интеллектуальную, политическую и финансовую инициативу. Ведущую роль в определении оптимальной модели ВСК и ее воплощении можно предложить Иркутской области, обладающей мощным экономическим потенциалом и весом в региональных делах уже созданных объединенных структур. Таких, как управление транспортом, топливно-энергетическими ресурсами, Сбербанком, арбитражем и пр.

Грандиозные проекты переброски электроэнергии, нефти, газа на востоке требуют интеграции при ведущей роли Иркутской области. Но инициативу следует проявить и республике, ее законодательной и исполнительной власти. Прежде всего, по политическим соображениям. Ведь речь идет об объединении бурят как этноса в рамках ВСК.

Нам «есть с чем» входить в ВСК. У нас немало преимуществ геополитического, национального характера. Но локомотив экономики ВСК - Иркутская область. Вместе с тем хозяйственные интересы реализуются, а до того - формируются через интересы субъектов хозяйствования - корпорации, фирмы. Стало быть, экономику ВСК надлежит рассматривать сквозь призму их интересов. К примеру, на рынке энергоресурсов, на продовольственном. Протекционизм в условиях ВСК не должен содействовать выживанию плохих технологий и слабых менеджеров.

Понятно, что подобная перспектива зависит от экономической и политической ситуации в РФ. Нам нужен опыт, механизмы и методы адаптации внутриэкономической стратегии регионов к стратегии ВСК, России, к глобальным мировым тенденциям. Представляется, что стимулирование процесса объединения Усть-Ордынского бурятского автономного округа с Иркутской областью есть ошибка, дискриминация самой идеи укрупнения регионов России. Как можно вести политику централизации страны за счет укрупнения регионов в условиях разрыва единого этноса?

Процесс приостановлен до осени - времени назначения губернатора области. Есть время подумать. И над организацией полноценной культурной автономии бурят в том числе. Для этой цели можно использовать потенциальные возможности федеральной целевой программы этнокультурного развития России до 2008 года. И каждый субъект может внести собственные предложения по совершенствованию межнациональных отношений.

Согласование интересов центра и регионов - особая проблема. Здесь не должно быть раз и навсегда заданного механизма. Должно иметься пространство для маневра. Не надо забывать, что национальная элита в своих действиях руководствуется иными интересами, чем простые граждане. Она будет искать пути самосохранения. И надо ей в этом помочь, сохранив часть гарантий. Это снизит противодействие объединению.

Национальный суверенитет еще недавно считался «священной коровой». Всякие попытки пересмотреть сложившиеся концепции считались посягательством на святая святых. Сейчас все меняется. Это отметил и Всемирный экономический форум в Давосе в 2004 году.

Нужны руководители регионов, которые бы взяли на себя ответственность за объединение. Легитимность назначенного губернатора, президента будет ниже, чем у избранного. Это даже может спровоцировать подъем сепаратистских настроений. Но поддержка большинства населения новому объединяющему руководителю будет обеспечена.

Нынешний федеральный закон о референдумах в РФ запрещает проводить всероссийские плебисциты по изменению территориального деления страны. Надо внести в этот закон поправки и провести референдум с учетом опыта Пермского, Красноярского краев, чтобы реформа административного деления состоялась. Так заявил глава комитета Совета Федерации по делам федерации и региональной политики А. Казаков. Думается, он прав. Процесс пошел.

Юрий Кравцов, «Правда Бурятии», 26.05.2005

© 2004-2015 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г.
выдана Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия

 Наверх 

Перепечатка материалов возможна при указании активной ссылки на данный сайт.

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.

^