Руководитель группы компаний «Байкал медиа», председатель комитета городского хозяйства, транспорта и связи Улан-Удэнского городского совета депутатов Сергей Бурдиков комментирует поиски могилы своего деда-фронтовика, погибшего в 1944-м году, которые продолжались несколько лет, поездку в Белоруссию и установку мемориальной плиты на братской могиле советских воинов, и другие темы.

– Это, конечно, важное дело – найти своих родных и отдать им дань памяти. Мой дед ушёл на фронт из Семипалатинска, когда ему было 17 лет – он уговорил прибавить ему год, чтобы можно было жениться, потому что бабушка уже была беременна. Сыграли свадьбу, и дед тут же подал заявление, чтобы пойти добровольцем на фронт. Он ушёл воевать в феврале 1944 году, а потом семья получила похоронку, в которой место захоронения указано не было, а просто написано «погиб при освобождении Белоруссии». К поискам могилы деда меня подтолкнул проект «Герои моей семьи», который мы начали записывать в 2014 году. И примерно в это же время в интернете стали появляться сводки боевых потерь и другие материалы. Первый документ, который мы нашли – это награждение Бориса Бурдикова медалью «За отвагу», где было сказано о наступлении у села Козоногово Витебской области. Потом появился сайт «Память народа», и во втором документе, который мы нашли, было сказано, что дед похоронен в девяти километрах от села Видзы на самой границе с Литвой. Братских могил в Белоруссии огромное количество – бои там были интенсивные – мы выяснили, что Борис Бурдиков погиб 7-го июля 1944 года. Я оставлял сообщения на всех белорусских сайтах с просьбой поискать фамилию «Бурдиков» на братских могилах. Мне очень повезло – 9-го мая 2022 года я получил фотографию памятника, который стоит прямо в центре села Видзы – там лежат 50 бойцов, и в том числе ефрейтор Бурдиков Борис Павлович. Он погиб в траншейном бою – наши атаковали, дед ворвался в траншею, положил троих солдат, офицера, и сам тоже погиб – всё это было описано в наградных документах. Когда мы нашли братскую могилу, я спросил, можно ли поставить небольшую мемориальную плиту, и мы согласовали место так, чтобы она не мешала ансамблю памятников.

– В Белоруссии были сложности с картами Visa и MasterCard российских банков – они там не работают. Работают карты «Мир», но ими нельзя расплатиться в интернете, а каршеринг (аренда автомобиля – ред.) подразумевает именно такую оплату. В итоге мы положили наличные на счёт каршеринговой компании, хотя курс обмена российских рублей на белорусские был очень плохим, но у нас уже не было выбора. Мы взяли машину, потому что везли из Улан-Удэ каменную мемориальную плиту – я опасался, что на месте мы её можем не успеть сделать.

– Столица Белоруссии Минск – очень не суетливый, красивый, и выглядящий, как очень качественный советский город. В центре Минск гораздо больше напоминает площадь Советов в Улан-Удэ, чем, например, Москву. От Минска до села Визды примерно 300 километров, дороги там хорошие, а вот с придорожным сервисом у нас в Бурятии ситуация однозначно лучше – там мы встретили только два или три места, где можно было остановиться и покушать.

– Приехав, и найдя памятник, мы, конечно, поплакали – всё-таки 78 лет на могиле деда не было никого из родных. Пригласили администрацию села и установили мемориальную плиту, нас пригласили приехать через год на 9-е мая.