Корреспондент финского издания «Helsingin Sanomat» (HS) в России Пекка Хакала отправился в путешествие по стране на автомобиле «Лада» от Выборга до Владивостока. На днях путешественник добрался до бурятской стороны Байкала.
Двухдневное восточносибирское жаркое лето закончилось дождем со снегом на пути из Иркутска вдоль южного берега Байкала к Дальнему Востоку и Улан-Удэ, столице российской республики Бурятии.
Дорога извивалась серпантином по невысоким горам, и скоро дождь со снегом перешел в настоящий снег. В конце концов, дорога спустилась к маленькому городу Култук, самому западному на побережье Байкала.
Вдоль южного берега Байкала шла отличная дорога. Вблизи села Выдрино у дороги голосовал мужчина в камуфляже. Автостоп! Редкая роскошь.
На одометре «Лады» уже скоро будет 8 тысяч километров, но за все время пути я встретил всего шестерых голосующих. Все меньше людей по всему миру путешествуют автостопом, и в этом можно обвинить интернет. Сейчас все договариваются о помощи в дороге через социальные сети.
Я подвез троих, мимо остальных проехал, не останавливаясь, из-за ситуаций на дороге или своего плохого настроения.
Первой я подвозил татарскую девушку в Челябинской области, которая не проронила ни слова.
20-летний Николай, которого я вез до города Кемерово, был очень зол. Три месяца назад он выехал из-под Владивостока на строительные работы в Краснодар в южной части России, это почти 9 тысяч километрах от его дома.
Его привлекла месячная зарплата в размере больше тысячи евро, в четыре раза больше, чем дома. К сожалению, ему не выплатили ни копейки, и Коля возвращался домой без денег. В целом в России он не смог увидеть ничего хорошего.
«И напиши в своей газете, что российские работодатели могут кинуть», — проворчал парень. Мгновение он повозился в телефоне и грустно сказал: «До дома еще 4 тысячи километров».
В свою очередь, подсевший ко мне у берега Байкала в Выдрино мужчина в камуфляже, Женя Вагин, 38 лет, был человеком, настроенным очень положительно. Он ехал домой в поселок Каменск, в 150-ти километрах отсюда.
Семья Вагиных живет в Сургуте, в крупнейшем городе Ханты-Мансийского Автономного округа. То есть среди финских народов. Несмотря на это, Женя сказал, что я — первый финн, которого он встретил.
Женя переехал сюда, на юг Байкала, к своим бабушке и дедушке. Я не восхищался местной природой и пейзажами. Мой попутчик же оказался настоящим любителем природы. Он гордился тем, что этой зимой наконец увидел редкую байкальскую нерпу.
Зимой он работает лесорубом, а лето проводит в лесу за другими занятиями: ловит рыбу, ходит по грибы и ягоды.
Я спросил, где можно остановиться, чтобы поплавать в Байкале, говорят, купание в его воде творит чудеса. Женя на мгновение задумался и предложил место с песчаным берегом и переходом под Сибирской магистралью. Железная дорога как раз проходит между автодорогой и берегом.
В нужном нам месте велись строительные работы, зная о которых я объехал ряд грузовиков. Прямо там я не хотел останавливаться, и местный гид предложил следующее место в западной части небольшого городка Бабушкин.
Когда мы добрались до нужного места, стало понятно, почему Женя его выбрал: под железнодорожным мостом течет источник, из которого он набрал чистой воды во все пластиковые бутылки, которые нашел у дороги. Здесь, говорят, лучшая вода, и она полезна для детей.
Полный текст: "
ИноСМИ"
Также финский журналист опубликован
видео со своим погружением в Байкал.
На «Ладе» Helsingin Sanomat по России: Бурятия
Группа монгольских туристов стоит перед самым красивым храмом Иволгинского буддистского монастыря, который находится недалеко от столицы Бурятии Улан-Удэ. По словам гида, после отмены визового режима с Россией год назад монгольские туристы активно едут через границу на север.
Условия, в которых проживают на территории монастыря 150 учеников, монахи и лама — вполне сносные. Однако, главная «достопримечательность» этого места находится внутри самого красивого храма. Это Даши-Доржо Итигэлов, или Пандито Хамбо-Лама XII, который умер в 1927 году. Или, по мнению его последователей, никогда не умирал вовсе.
Хамбо-Лама XII был важным религиозным деятелем во времена Николая II. Он был главой буддизма в Восточной Сибири, а также основал первый буддийский храм в Санкт-Петербурге.
После октябрьской революции 1917 года ведущая идеология страны была атеистической, но в первые годы существования Советского Союза преобладала свобода вероисповедания. Религии считали безвредным суеверием, которое со временем должно исчезнуть.
После того, как к власти пришел диктатор Иосиф Сталин, в 1920-е годы положение дел быстро изменилось. В конце десятилетия началось время «воинствующего атеизма», когда арестовывали священников, уничтожали церкви, была запрещена «религиозная пропаганда», а государственный «Союз воинствующих безбожников» начал агрессивно вести свою пропаганду.
В 1926 году Хамбо-Лама понял, что нужно делать. Согласно легенде, он посоветовал монахам бежать от учения красных. Сам Хамбо-Лама принял позу лотоса, начал читать мантру и умер. Монахи похоронили его в этой позе в секретном месте в 30-ти километрах к юго-западу от Иволгинска.
Война заставила Сталина понять, что народ нельзя мобилизовать лишь новыми учениями. Деятельность религиозных групп началась вновь, но на этот раз под тщательным контролем службы безопасности КГБ и государства. Маленький деревянный храм в Иволгинске открылся в 1946 году. Здесь находился единственный действующий буддистский монастырь за все годы существования коммунистической власти.
Бурятские монахи не забыли ламу. Следуя его наставлениям, они откопали тайное захоронение в 1950-х годах и были поражены: тело сохранилось настолько хорошо, словно лама скончался всего несколько часов назад.
Учителя вновь временно перезахоронили, опасаясь гонений. О чуде стало известно лишь в 2002 году, когда тело ламы было перевезено в храм Иволгинского монастыря.
Сейчас монахи продают билеты, чтобы посмотреть на умершего ламу, сидящего в позе лотоса. Тридцатилетний ученик Доржо показывает мне территорию. Он рассказывает о том, что родился в деревне и вел плохую жизнь, пока не изменился три года назад.
«Я стал заниматься йогой и начал учиться управлять своими эмоциями, бороться с гневом и завистью. Я научился понимать, что другим надо помогать».
Буддисты верят в перевоплощение и стремятся к прекращению страданий, то есть нирване. Иногда ведутся споры о том, является ли буддизм религией или философией.
У Доржо четкая позиция по этому вопросу: «Это наука».
Традиционный тибетский буддизм пришел в Россию через Монголию уже в XVII веке. Профессор Бурятского государственного университета в Улан-Удэ Тимур Бадмацыренов говорит, что буддисты нынешней России не находятся в бедствующем положении, хотя государство и поддерживает православную церковь сильнее.
«В России существует полная свобода вероисповедания», — утверждает Бадмацыренов.
Примерно на 2,3 тысячи километров западнее на маршруте «Лады» встречаешься с совсем другим буддизмом.
Общество, представляющее направление Карма Кагью, построило для своих нужд новый четырехэтажный храм, который напоминает финские приходы. На светлом деревянном полу собирается десять россиян среднего класса, чтобы медитировать. По словам представителя буддистского центра в Новосибирске Ильи Сандомирского, деньги на строительство поступили от своих людей.
«Конечно, у всех разные возможности. Кто-то может давать по сто рублей в месяц, а кто-то является бизнесменом и владельцем какого-то предприятия, и может дать больше».
«Кроме жителей Новосибирска, нам помогают также жители Иркутска, Москвы и других стран. Потому что у ламы Оле — 700 центров по всему миру, и там находится много людей, которые интересуются Новосибирском и знают этот город».
Это направление буддизма тоже пришло из Тибета, но в Новосибирск попало другим маршрутом, отличным от традиционного бурятского буддизма. Его проповедник — датчанин Оле Нидал (Ole Nydahl), 75 лет, который каждую зиму путешествует со своими последователями на поезде через Сибирь и ищет новых приверженцев.
Нидал и его жена Ханна (Hanna) в 1968 году проводили медовый месяц в Гималаях, где эта пара хиппи и ушла в буддизм. Сейчас по всему миру есть сотни центров «ламы Оле».
Профессор Бадмацыренов напоминает, что подобный «буддизм интеллигенции» существует в России уже давно. Новую волну он пережил в уже в 1970-х годах, как и другие религии: это был способ инакомыслящих показать, что официальное советское мировоззрение их не волнует.
Но религия — это всегда еще и политика, и особенно разговоры о буддизме: для Китая Далай-Лама — как красная тряпка для быка. Теплятся ли в бурятских храмах сепаратистские идеи?
«Нет, — отвечает Бадмацыренов. — Бурятский буддизм — это сугубо российское явление».
↓