До сих пор не устранены последствия наводнения, затронувшего практически полреспублики. Так, поселок Джида по сей день испытывает большие сложности из-за недостатка чистой воды.

Замыты и повреждены колодцы в частных домах и на предприятиях. Воду жителям нижней части поселка доставляют работники местной администрации на пожарных машинах. Но и тут существуют определенные трудности: то нет средств на заправку автотранспорта, то машины неисправны. А воды жителям семнадцати затопленных улиц требуется немало. Вот и приходится людям обрывать телефоны администрации и экономить воду, как в пустыне.

Нефтепродукты, которые вместе с водой пришли в каждый дом, так и остались там. Закаменское ПУЖКХ, владелец мазутного участка, утверждает, что разлив мазута произошел из цистерны, которая по самым странным стечениям обстоятельств, после развала вольфрамомолибденового комбината почему-то не была никому передана и много лет оставалась бесхозной. Районная прокуратура возбудила против предприятия уголовное дело, и чем закончится судебная тяжба — покажет время. А пока жители самостоятельно сжигают мазут на своих участках и убирают погибший урожай.

Глава Джидинской администрации, Геннадий Шман, отметил, что комиссия по обследованию ущерба закончила свою работу уже давно. После чего в район приезжал президент Бурятии, он пообещал жителям пострадавших домов, что проблем с финансированием не будет. И что помощь в первую очередь будет направлена на восстановление жилой зоны. Пока же средства, которые будут выделены бюджетом республики, планируется пустить только на восстановление дорог и мостов. Но даже и эти деньги в район еще не поступали.

В Джидинском районе это не единственный поселок, которому необходима помощь. Мост через реку Джида по дороге в село Нюгуй поврежден. Село практически отрезано от внешнего мира.

Кроме того, пострадали школы, больницы и детские сады. И на их ремонт тоже потребуется немало времени и денег. Лето подходит к концу, приближается отопительный сезон, а котельные неисправны. Когда начнется восстановительные работы, никто не знает.

Юлия Хороших, «Номер один»