β
μ


9 декабря 2019, 09:44

Комсомольская правда: Герой фильма «Решала. Нулевые»: Мне стало страшно за свое поколение

В Казани актер Константин Озёров рассказал о том, как снимали третий фильм саги о друзьях, о парадоксах киноиндустрии, о настоящей мужской дружбе и феномене «Буревуда».

Константин Озёров только становится мега популярным в свои 38 лет. Теле- и радио- ведущий из Иркутска, ворвался в киноиндустрию с по-провинциально наглым выражением лица, и первое время его даже путали с Юрием Чурсиным и с Павлом Прилучным: та же сухощавая фигура, почти тот же приметный профиль с тонком носом с горбинкой. Но цепкий «уличный» взгляд Константина делает его абсолютно непохожим ни на кого из столичных актеров.

Вместе с журналистами и своими казанскими спутниками он смотрел свой новый фильм «Решала. Нулевые». Сразу после финальных кадров состоялась откровенная беседа, где уроженец Братска слегка обнажил свою душу.

Про фильм

- Вы посмотрели этот фильм, расскажите, как Вы к нему относитесь? К его героям, которых, может быть, было бы правильнее назвать антигероями?

- Как я к этому фильму отношусь? По-честному, мне жалко их обоих. Это фильм о мужской дружбе. Много таких историй в жизни было, очень много. Я встречал две такие истории на своем пути. Это моя история жизни, почти такая же, и еще одну у моего товарища. К сожалению это так. Из-за недопонимания, из-за недоговорок, где-то кто-то что-то недоговорил, не досказал, и начинается вот путаница какая-то, недосказанность, которая приводит к вот таким вещам.

- Нравится ли Вам этот фильм?


- Я не фанат этого жанра. Но этот мне понравился больше, чем первая и вторая части. Меня уговаривали сыграть во второй части, вот Женя (Замалиев, продюсер и режиссер, ред.) уговорил. Вот я сейчас вам честно скажу. Я сказал «Ребята, я не буду там сниматься, потому что это не Голливуд, это Буривуд какой-то. Как мы оживим героя? Я – раз такой, и ожил, полукиборг, хожу такой и продолжаю что-то решать, это бред, ребята! Так что нет». Я занимаюсь своим делом, у меня своя киношкола, у меня детишки, взрослые, любимый бизнес, радио, и Женя, уже когда были отсняты кадры, пригласил меня «Ну вот же, вот такое получилось. Давайте обставим, там три маленьких эпизодика». И я согласился на условии, что один эпизод придумаю сам. Это был эпизод во второй части с зажигалкой, когда автобус подъезжает, придумали, короче. Вроде ничего получилось, не знаю.

Но вот этот понравился больше.

- Почему в другом месте не снимался проект?

- Бабок не было. Не шучу. Первая часть снималась в Бурятии, вторая снималась в Бурятии, Иркутск и Саратов. Из Саратова позвонили ребята, сегодня честный разговор, вы понимаете, и сказали: «Приезжайте в Саратов, встретим как надо, будете жить, есть, все будет хорошо!». И ребята поехали. Понятно, да, какой «комитет» нас туда пригласил. И ребята поехали туда и отсняли.

«Решала. Нулевые» - это уже появились какие-то деньги. Не то, чтобы бы появились, люди их давали. Готовы были инвестировать, продюсерские какие-то были, люди готовы были вкладывать деньги, потому что люди поверили и в первый, и во второй фильм. Первую часть 10 миллионов посмотрело, вторую часть на «Кинопоиске» был рейтинг 9,2. Так что сказали «Ну «Нулевые» по любому стрельнут!». «Эластико» вроде так ничего прокатился. Поэтому деньги дали, и мы имели возможность снять в Москве, в Иркутске, в Улан-Удэ был легкий досъём внутри помещения.

- Каков бюджет картины?

- Давайте тогда про все три части. Бюджет первой части – три тысячи. Рублей. Когда мы сказали Бондарчуку «Три тысячи», он сказал «Ну три тысячи долларов нереально». Но у нас-то рублей! Нам надо было доехать из Иркутска до Улан –Удэ, и из Улан-Удэ в Иркутск, и то где-то 3,5 тысячи получилось, потому что нам надо было заправить «Крузак» и гоняли на нем. Здорово было. И вторая часть… «Решала2» вошла в рекорды киносборов России, потому что она окупила себя в четыре раза. То, что на нее было потрачено, окупилось в четыре раза. Ее показали в 150 городах, представляете, если бы мы попали во всероссийский кинопрокат, то, не знаю, мы бы побили какой-нибудь рекорд Гиннесса.

По третьей части не скажу, потому что мной было принято твердое решение, что не залазить цифры, а погрузиться в творчество.

- В фильме очень часто говорят про наркотики, упоминают про них … Не было ли проблем с тем, что вас обвиняли бы в пропаганде?

- Так (задумался, ред), там было упоминание про атрибуты, они не показаны, как же мне тут ответить? Когда снимали первую часть, я сидел в одном уважаемом издании, и мне говорят «Константин, а Вам не кажется, что хватит этой балабановщины? Вам не кажется, что хватит снимать чернуху? Неужели вы хотите сказать, Константин, что это сейчас все еще есть в регионах и многих городах?». Я сижу, все это слушаю, и говорю «Послушайте, я после 9 часов вечера сына за хлебом в магазин не отпускаю, я сам иду. Потому что я в Иркутске живу, и таких городов очень много. Я сам порой боюсь идти по улице, потому что много всяких с придурью и со свистом в башке. Если вы считаете, что Москва – это Россия, вы ошибаетесь. Москва – это не Россия, и это есть в жизни». Ну кому, как не Казани, про это знать? Почему бы про это не говорить? И мы будем про это говорить. Я сам не сторонник этих матов, этих сленгов, но в фильме это присутствует, потому что невозможно заниматься лесом и разговаривать на языке Салтыкова-Щедрина, понимаете? Возможно, что можно говорить на плохом Есенинском, но каких-то черновых традициях, но не на языке Салтыкова-Щедрина. Потому что это так! Почему у некоторых хреновые фильмы получаются? Потому, что они снимают про войну, снимают, как там люди бегут, все образованные, с белоснежными улыбками, с фарфоровыми, кричат «Ура! За Родину!». Ну, вы чего прикалываетесь? Да страшно было во время Второй мировой войны. Да кричали «Ура!», но не с белоснежными улыбками. И махорку эту делили там по затяжке между собой, «солдатку» курили, до сих пор это дошло до наших дней. И страшно было, и холодно. Боялись выбираться из окопов, я больше скажу – и срались, и ссались. И бабушка рассказывала, ее мама работала медсестрой, и она рассказывала, что ее туда ссылали реально, ссылали медсестер. Это не та красивая медсестра; самых страшных посылали, потому что и насиловали, и нагибали, самое страшное бывало. Надо было быть железной бабой, чтобы вломить, если надо. Потому что люди с ума могли сойти, оттого, что было страшно. И люди, которые снимают, мой любимый фильм, рубеж которого еще никто не преодолел, это «28 панфиловцев», это вкуснота, который дал нам настоящую правду.

Про себя

- У Вас сложный путь от тележурналиста до сценариста и актера.

- Я работал на телевидении, я с большим уважением отношусь к эпистолярному жанру. В телевизоре – это так, кривляние. Это торговля лицами. Я с большим уважением отношусь к эпистолярному жанру, и с большим уважением отношусь к тем, кто посредством письма может выразить какие-то вещи. Работал на телевидении, работал на радио, на четырех разных радиостанциях. Озёров (с ударением на ё, ред.) – это мой псевдоним. Он родился еще на первой радиостанции, «Европа-Плюс Улан-Удэ». Я работал там под своей настоящей фамилией, забыть этого нельзя. Тем более, что она к Бурятии не имеет никакого отношения. В Бурятии есть гимн, и там есть такие строчки «Таёжная, озёрная, степная», и псевдоним я взял из гимна Бурятии.

Казань, ну как вам врать то? Тут тоже недосказанность, она сейчас тоже к чему-то приведет, не дай Бог! А я в Уфу лечу завтра.

- У Вас нет актерского образования?


- Актерского образования нет, но я закончил Восточно-Сибирскую академию культуры и искусств в Улан-Удэ по специальности режиссура эстрады и театральных представлений массовых мероприятий и шоу программ. Основной курс – сценарный, было немного актерского, но немножечко. Я вам больше скажу, ни в первой, ни во второй, ни в третьей частях профессиональных актеров нет. А, есть один профессиональный актер! Майор Петров, который с корочкой и предложил … в баночку. Вот он заканчивал театральное училище, это правда.

- Про блатную тематику в фильме. Не слишком ли?

- Я родился в городе Братске, жил там до 20-ти лет. Есть официальная статистика, это сухие цифры, что те, кто родился в Братске, начиная с 1975 года по 1985 год, то из 10 человек не имеют судимости – это один. Я сейчас не буду ничего говорить про себя, это время такое было.

Я приехал в Братск спустя несколько лет, это моя родина, и я очень трепетно к ней отношусь, но я боюсь туда приезжать. Меня там не было где-то 12-15 лет, зашел в свой двор, и я никого там не нашел. Кроме одного парня, которого неделю назад нагнали из тюрьмы. А человек 15-ть – кто сидит, а кто умер. И мне стало страшно на самом деле за свое поколение. Я считаю, что академия культуры и творчество меня спасло. Я живой перед вами сейчас стою до сих пор. Потому что людей, рожденных в этот период, и живых, и нормальных, целых, осталось мало. И это чистая правда, это статистика России.

- Что Вас вдохновляет в этой жизни?


- Дети мои. Все. Больше ничего. Это единственное, как мне кажется, ради чего мужчина двигается и что-то делает. Это девочки живут духовно, а мужику что-то надо сделать, забор построить, например, дом, бизнес организовать. И в детях также – я должен знать, что после меня будет продолжение.

Про своего киношного друга Завгара

- Дружите ли вы в реальной жизни с Завгаром? (Завгар – Моисей Кутанидзе, ред.).

- Мы с Завгаром просто на площадке так здоровались, потом прощались «Ну, пока-пока», и все. Это уже сколько лет. Мы знаем друг друга давно, отлично знаем, кто чем занимается, мы с уважением относимся друг к другу, но вот этой теплоты между нами никогда не было. Начинаем снимать «Решала. Нулевые», и однажды Завгар говорит: «Почему мы никогда не дружили?». Отвечаю «Не знаю», а он говорит: «А я знаю. Потому что у нас получилось ненавидеть в кино так, что мы поверили в это в жизни, вот и все».

«И что теперь нам делать?» – говорю, а он уже все придумал: «Давай опять в кино во все это верить, а так будем просто дружить очень хорошо».

- Как объяснить, какой он человек? Он человек такой, чтобы вы понимали… он человек дела. Он очень творческие человек. У него есть история про лебедей, была кинотусовка в Москве, кинодеятели собрались, журналисты… И вот журналисты боятся ему задавать вопросы. Потому что одна журналиста ему задала вопрос, он сидит-сидит такой, и говорит «Ну, короче, слушай сюда …», и после этой фразы она перестала слушать и ждала поскорее бы он закончил. Ну вот у него общение такое, он вырос в очень суровых условиях, на берегу Байкала у него строит дом, у него трое потрясающих сыновей, он их воспитывает, у него своя лесопилка, он любит запах леса, он сажает при этом при всем лес, он никогда не браконьерит, он ездит на велосипеде по поселку, хотя есть техника, машины, мотоциклы и так далее. Ну вот такого рода он человек. Он в меру выпивает, он бросил курить, читает реп при этом при всем, встречается с разными людьми … И вот сидит эта кинотусовка, эстеты, которые общаются с ним весь вечер, и где-то через два часа после начала этого вечера он сидит во главе стола, а к этому времени уже началось «давайте поговорим с вами о Тарковском …», он сидит-сидит, и – «Ну, короче так, история …», и все замолчали, а он продолжает «… про лебедей…». А я эту историю знаю и знаю, чем она заканчивается, и это настоящая история, которая произошла с ним, и он ее рассказывает 20 минут. А люди разные сидят, разного образования и разного духовного уровня. Я сразу выхожу потихоньку, знаю, что эта история где-то на 20 минут, и когда на 19-й минуте я зашел обратно, и человек 20 сидят за столом и уже рыдают, а он «Ну вот такая хрень была со мной …». Ну вот он такой, Завгар. Он может стрельнуть в душу так, что это остается навсегда. Вроде и злой, но как… Нет, он не злой. Он вот такой …

Про Евгения Замалиева и что будет дальше

- Знаете, как Евгений Замалиев получил 30 миллионов рублей из Кинофонда на «Эластико»? (Евгений Замалиев – бурятский режиссер, квнщик, скончался 12 ноября 2019 года) Знаете, что Президент России Владимир Владимирович Путин в определенном году сказал: «Кино должно развиваться в регионах». По 30 миллионов надо выдавать талантливым режиссерам. И многие люди поехали. Кто-то просто взять деньги, а Женя поехал реально взять деньга на фильм. Был вариант – или снимаем «Эластико», или снимаем «Решала. Нулевые». Представляете, сколько картина ждала своего выхода? Он приезжает, заходит, а там много-много людей, Пиманов там, ну понятно, да? И он заходит, и там у тебя есть три минуты, чтобы ты за это время рассказал, про что ты будешь снимать фильм. Так ты должен его описать, чтобы тебе москвичи поверили и сказали «Держи тридцатку, ждем в следующем году тебя с фильмом». Что сказать за три минуты? Как можно фильм «Эластико» рассказать за три минуты? Тут три минуты ты только будешь рассказывать, что это футбольный фильм. И он выходит и говорит. Примерно, дословно я могу только в одних словах: «Я снял фильм «Решала», его посмотрело около 10 миллионов человек. Я снял «Решала 2», он четыре раза отбился в покате. Это претендент для вашего российского кино. Я сейчас хочу снять «Эластико», мне нужна эта тридцатка. Если я не отобью ее в прокате, я отвечаю – я никогда больше снимать кино не буду!». Развернулся и ушел. Он не ждал ответа. После этого, говорят, Бондарчук встал и говорит «Вот так надо просить деньги на кино. Вот так, не умолять приходить». Он сказал не «не буду больше снимать», а «нЯ буду». Он так сказал не потому, что Женя был такой крутой, он крутой был он и сейчас крутой. Мы все думаем, что он в командировку улетел, реально. Потому что нам тяжело об этом думать и говорить. Он несколько недель не дожил до премьеры. Потому что сил больше не было.

Если вы думаете, что снять картину – это легко, не фига ни легко! Если вы думаете, что попросить кинотеатры взять эту картину – это легко, это не хрена ни легко! Вторую часть прокатили в 150 кинотеатрах. Знаете, кто кинопрокатчик? Никто. Знаете, как мы это сделали? Мы все сидели в офисе, выписали номера телефонов кинотеатров в городах России, и сидели-набирали кинотеатры. И кто-то уже от нечего делать говорил «Ну чего ты? Слышь, ну возьми ты, давай!», кто-то говорил: «Здравствуйте, извините, пожалуйста, компания «Первое Кино. Байкал», у нас потрясающий фильм. В кинотеатре будут люди!». 150 согласились, а сколько нас на хрен послали? Около 800 сказали «Ребята, вы что, ненормальные?». Работы после фильма еще больше. Самая сложная работа – это административка. Это снять фильм просто, найти режиссера любого просто, найти актеров просто. Петрова, например, уломать просто – деньги заплатил, и он стал «Решалой», это очень просто. Сложнее всего договориться об этом, быть директором картины, продюсером, помощником, договориться выйти в прокат – это самое сложное.

Вот почему Женя был на нервах. Вот почему мне кажется, что рак, который был у него, болезнь эта тяжелая – это неспроста. От нервов все это происходит. И он действительно поплатился жизнью за этот федеральный прокат фильма «Решала. Нулевые», я в этом больше, чем уверен. Это победа – его!

- Будет ли еще продолжение «Решалы»?


- Короче, расклад такой. Понятно, что Централ Партнершип – это одна из крупных кинокомпаний. И наш фильм – это прецедент для российского кинематографа. Фильм, снятый за Байкалом местными ребятами, впервые за всю историю российского кинопроката, это тот фильм, который крупный российский дистибьютер захотел взять в российский кинопрокат. Равносильно это тому, то мы в Бурятии построили ракету и вот она вчера полетела в космос.

Это нереально, понимаете?! Когда мы об этом разговаривали еще месяц назад с киношниками в регионах, они сказали «Да вы врете! Такого быть не может, потому что чтобы оно пошло во всероссийский кинопрокат, кинорынок есть куча всего, что надо преодолеть». А она прошла туда. И нам сказали, что если отзыв от фильма будет, то мы возьмем ваш будущий фильм. А мы его уж написали, «История Каши». Ждем, как зритель среагирует вот на это наше творчество. Если вы нам скажете «Ребят, хорош! Это не Вселенная Марвел, это не Вселенная Решалы, вы чего то перепутали. Вы чего тут собираетесь делать? Остановитесь!» - этот сценарий пролежит и никуда он не уйдет, мы все разойдемся по домам и больше никогда этого не будем делать.




Комментарии для сайта Cackle

© 2004-2020 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Св-во о регистрации СМИ Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г. выдано Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия


Адрес редакции: 670000, Республика Бурятия, 

г. Улан-Удэ, ул. Смолина, 54б

Телефон редакции: ‎‎8 (924 4) 58 90 90  

E-mail редакции: info@baikal-media.ru

Учредитель - ООО "Байкал Медиа Консалтинг". Главный редактор:
Будаев Валерий Николаевич


Курение вредит Вашему здоровью!

Политика обработки персональных данных

 Наверх 

При перепечатке текстов либо ином использовании текстовых материалов с настоящего сайта на иных ресурсах в сети Интернет гиперссылка на источник обязательна. Перепечатка либо иное использование текстовых материалов с настоящего сайта в печатных СМИ возможно только с письменного согласия автора, правообладателя. Фотографии, видеоматериалы, иные иллюстрации могут быть использованы только с письменного согласия автора (правообладателя) и с обязательным указанием имени автора и источника заимствования

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.





^