β
μ


6 февраля 2017, 10:50

Наше время – это не только время селфи, отдыха, пляжей, но также и время выживания (03.02.2017)

Play Music - Music podcasts -

3 февраля 2017 года

Поэт Надежда Низовкина и писатель Болот Ширибазаров обсуждают с ведущим программы "Большой повод" Игорем Озеровым итоги награждения традиционной премией журнала "Байкал" за 2016 год, начало творческого пути гостей программы, гражданственность, социальность поэзии и их актуальность в современной России, а также другие вопросы.

(с сокращениями)

И. Озеров

- Здравствуйте, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» программа «Большой повод», в студии Игорь Озеров, и я с большим удовольствием приветствую моих новых гостей - поэтессу Надежду Низовкину, Надежда, добрый день!

Н. Низовкина

- Добрый день, Игорь!

И. Озеров

- И писателя Болота Ширибазарова, Болот, я тебя приветствую!

Б. Ширибазаров

- Добрый день!

И. Озеров

- Сегодня мы будем об итогах традиционной премии журнала «Байкал», и вообще поговорим о бурятской поэзии, о литературе, о том, как они сейчас существуют. Надежда, с вас начнём – человек вы известный не только на поэтической ниве, в «Википедии» вам посвящена статья. Расскажите, пожалуйста, как вы пришли в поэзию, как это произошло?

Н. Низовкина

- В поэзию я пришла значительно раньше, чем в политику, ещё в детском возрасте. В четыре года я сочиняла стихи, но не умела их записывать - их записывали за мной. Потом я стала участвовать в школьных конкурсах, потом меня напечатали в «Правде Бурятии» и ещё в парочке газет - это было в возрасте 12-13 лет. А потом пошла политическая часть - это самиздатовские издания, газета «Свободное слово». Я стала публиковать как поэзию, так и публицистику, и таким образом, естественным путём у меня сложилась приверженность к жанру гражданской лирики или, иначе говоря, социальной поэзии. Это в нынешнее время редкий жанр, поскольку сейчас все отдают предпочтение жанрам более безопасным - любовная лирика или, например, что-то чисто юмористическое. А у меня описание всего пережитого, описание увиденного из бурных волн моей правозащитной деятельности.

И. Озеров

- Я познакомился с вашими произведениями – не пройдя заключение, так не напишешь. Болот, твой путь в литературу был тернистым?



Н. Низовкина: Естественным путём у меня сложилась приверженность к жанру гражданской лирики или, иначе говоря, социальной поэзии. Это в нынешнее время редкий жанр, поскольку сейчас все отдают предпочтение жанрам более безопасным - любовная лирика или, например, что-то чисто юмористическое



Б. Ширибазаров

- Я открыл в себе литературные способности неожиданно, во время службы в армии в 1995-1997 годах. Я служил в Даурском погранотряде, а первые полгода проходил учебку в Приаргунском погранотряде. Из-за очень серьёзной травмы, с которой я призвался, встал вопрос об отчислении меня из школы сержантов. Это было весьма чревато – те ребята, которым не давали доучиться, попадали во взвод обеспечения Центральной котельной. Меня эта перспектива нисколько не прельщала…

И. Озеров

- Цой и многие другие работали в кочегарках.

Б. Ширибазаров

- Это другая история (смеётся). Как-то получилось, что под настроение я написал короткий стишок, и мои сослуживцы на это обратили внимание - я начал писать стихи на заказ.

И. Озеров

- За еду или за деньги?

Б. Ширибазаров

- Нет, просто. А затем на меня обратил внимание мой командир. В общем, он мне заказал роман про него.



Б. Ширибазаров: Как-то получилось, что под настроение я написал короткий стишок, и мои сослуживцы на это обратили внимание - я начал писать стихи на заказ



И. Озеров

- Какие, оказывается, в армии существуют запросы! Роман документальный или художественный?

Б. Ширибазаров

- Художественный, назывался «Реквием для сержанта или о бедном курсанте замолвите слово». Писал я его вечерами и ночами без отрыва от учебного процесса. Когда командир меня спросил - а почему реквием, я говорю – ну, красиво же!

И. Озеров

- Значение слова оба понимали? (смеётся).

Б. Ширибазаров

- В том-то и дело, что нет! Так и началась моя литературная карьера. Спустя семь лет по мотивам этого романа я написал свою первую пьесу «Прощай, Маньчжурия», с которой я уже заявил о себе как драматург. Учился я в Екатеринбургском государственном театральном институте, в мастерской Николая Коляды, а до этого несколько лет - в Челябинском педагогическом университете.

И. Озеров

- Победителями 2016 года литературной премии журнала «Байкал» в номинации «Проза» стал Болот Ширибазаров с повестью «Волчьи тропы», опубликованной в журнале «Бвйкал» № 3, и в номинации «Дебют» Надежда Низовкина со стихами, опубликованными в журнале № 6. Честно говоря, Надежда, когда читаешь ваши стихи, как-то не хочется за них получать премию «Дебют» - хочется что-то гораздо более серьёзное. За какой цикл стихов вас наградили?

Н. Низовкина

- В журнале «Байкал» была опубликована подборка всего лишь из нескольких стихотворений под общим названием «Тетрадное дно». Заголовок цикла был дан по одному из стихотворений автобиографического характера, включённых в него. В стихотворении прослеживался мой творческий путь в самом кратком виде. «Тетрадное дно» - это, можно сказать, дно нашей социальной жизни, с которого постепенно поднимается литература, из которой исходят волны трагического мироощущения и волны остросоциального неравнодушия. Книги, тетради, стихи наслаиваются друг на друга, и постепенно из этого дна мы выходим на поверхность. В стихах говорилось о том, что моё творчество было пророческим и поэтому даже анонсировалось как тетрадное дно, проба пера и пророчество. Речь идёт о том, что когда я в детстве описывала разные злоключения своих героев, они были героями в подлинном смысле - они страдали, погибали, совершали подвиги, а я в тот момент никаких подвигов не совершала, не страдала и не была на краю гибели. Одним словом, пророчество, собственно, в этом - в том, что сначала у меня постепенно умирали жуткой смертью все мои герои, а потом я сама стала потихоньку приходить к чему-то такому жуткому в плане собственной биографии. В этой подборке также есть стихотворения, из-за которого я получила Гран-при в конкурсе «Сонеты родному городу» - в частности, это стихотворение «Дом, который пошёл под снос». Это мой очень скромный вклад в защиту архитектуры Улан-Удэ, я посвятила его угасающим улицам нашей исторической застройки, которая сносится в угоду тому, чтобы освободить место, построить новые офисы, новые коммерческие здания. Сносятся совершенно ещё крепкие основательные дома, обладающие высокой исторической и художественной ценностью, которые можно было реставрировать и благоустроить, а вместо этого они уничтожаются. Таким образом я тоже написала своего рода реквием, только реквием не по людям, не по живому существу, а о по очеловеченному мною дому – дому, как символу уходящей и убиваемой истории. Эта небольшая подборка, думаю, что журнал «Байкал» проявил известную осторожность - он тоже, пробуя почву, вступил на этот скользкий лед, и смотрел на реакцию.

И. Озеров

- Вы имеете в виду публикацию именно ваших стихов?

Н. Низовкина

- Разумеется, потому что это сам по себе тоже шаг гражданского мужества - моя фамилия идёт впереди моих стихов, дальше можно уже даже не читать, достаточно просто посмотреть на фамилию автора. Они попробовали почву и надеюсь, что теперь наберутся смелости, и смогут опубликовать какой-либо из моих крупных циклов целиком.



Н. Низовкина: Когда я в детстве описывала разные злоключения своих героев, они были героями в подлинном смысле - они страдали, погибали, совершали подвиги, а я в тот момент никаких подвигов не совершала, не страдала и не была на краю гибели



И. Озеров

- Что-нибудь вы можете нам сейчас прочитать?

Н. Низовкина

- У меня есть цикл стихов, написанных непосредственно в тюрьме, написанных в одиночной камере в начале 2011 года. Я могу зачитать вступление из этого цикла, оно называется «Экзи…стен…ция». Мне показалось, что закрытые стены, решётки и экзистенция глубоко созвучны, как проблемы нашего существования, нашей философии и пределов наших возможностей.

Человек за покой благодарен судьбе,
Ну, а я возношу благодарность судье.
За решетки, за эти бескрайние стены,
За спасение в сетях от обыденной пены.
Человек за огонь благодарен богам,
Ну, а я возношу благодарность врагам.
За короткий пробел в беспощадной погоне,
За молчание колёс в отцеплённом вагоне.
Благодарна закону за честный ответ,
Ледяному мешку - за пронзительный свет.
За разлуку с той волей, что стала обузой,
За недолгий привал, за свидание с Музой.
Эти девять страниц на железном столе
Не позволили душу расплавить в желе.
И сравняли меня языками, веками и врагами
С великими еретиками.

И. Озеров

- Болот, ты получил награду в номинации «Проза» за повесть «Волчьи тропы». Каюсь не успел дочитать до конца – расскажи о ней?

Б. Ширибазаров

- Задумывалась эта повесть как первая часть целого цикла повестей, посвящённых нашей эпохе. Я дитя 90-х, моя юность пришлась как раз на эти лихие времена. Мне до сих пор кажется, что мы до конца не оценили то время, и не сделали каких-то выводов из того, что же с нами произошло, и, наверное, поэтому и сейчас, может быть, такая происходит такая сумятица. Закон прогресса такой - не будет движения вперёд, пока мы хорошенько не оглянемся назад и не сделаем правильных выводов. Выводов мы не сделали - я не беру на себя смелость проанализировать, я просто решил сказать что-то от себя в надежде на то, что кто-то это услышит. Но, если писать документально, то получается скучно, а литературными способностями я одарён - многие знают, что я внучатый племянник Даширабдана Батожабая…

И. Озеров

- Я не знал – видимо, передалось.



Б. Ширибазаров: Я дитя 90-х, моя юность пришлась как раз на эти лихие времена. Мне до сих пор кажется, что мы до конца не оценили то время, и не сделали каких-то выводов из того, что же с нами произошло, и, наверное, поэтому и сейчас, может быть, такая происходит такая сумятица



Б. Ширибазаров

- Применяя литературные приёмы, я начал писать повесть и вошёл в раж.

И. Озеров

- В двух словах – что это за жанр, и где происходит действие повести?

Б. Ширибазаров

- Я не заморачивался в каком это будет жанре, те, кто читал, говорят, что это приключенческая повесть о лихих 90-х. Я писал о подростке, взросление которого пришлось на середину 90-х. Его занесло в далёкую степь, и эта история отчасти реальна, потому что со мной такое произошло. Я, вообще, вырос на БАМе, но так получилось, что в начале 90-х мы вернулись с БАМа…

И. Озеров

- На БАМе в каком месте?

Б. Ширибазаров

- Село Чара, Каларский район - замечательное место, которое тоже, видимо, очень сильно на меня повлияло. Чарская долина находится между двух хребтов Кадар и Удокан - роскошнейшие места, с переменчивым климатом. Там я научился любить и чувствовать природу, и это я тоже в своём творчестве использую. По возвращении с БАМа мы с отцом открыли своё фермерское хозяйство, тогда мне было 15 лет, а моему брату - 12 лет. Главным помощником отца был я…

И. Озеров

- В каком районе?

Б. Ширибазаров

- В Агинском автономном округе. Там мы получили шикарный надел, и в самом начале повести это всё и описывается. Ну, а дальше немножко правды и полёт фантазии.

И. Озеров

- Которая часто выручает вашего брата.

Б. Ширибазаров

- Совершенно верно.

И. Озеров

- Что вам запомнилось из других номинаций премии?

Н. Низовкина

- Мне бы хотелось остановиться на произведении «Мир пельменей». Это, может быть, неожиданный выбор, и автор своего рода дебютант – Дарина Самандуева, она некоторое время занималась бизнесом, и описала свой собственный опыт. Мне кажется, что подобные темы, несмотря на их простоту, очень важны, потому что они как раз привлекают внимание к трудностям. В нашей литературе, как мне кажется, сейчас присутствует своего рода обязательный или официозный оптимизм. Принято писать о том, что нынешние времена очень лёгкие, в них нет ни голода, ни трудностей - одним словом, дожили мы до времени, когда можно кататься, как сыр в масле, хотя, наверняка, следующим эпохам наша жизнь с точки зрения экономического благосостояния, с точки зрения защищённости личности покажется довольно-таки сложной. Эти записки о том, что бизнесмен и предприниматель тоже может испытывать такие же экономические сложности и тоже барахтаться на грани нищеты наравне со своими работниками, не испытывать никакого нынешнего обязательного оптимизма, никуда не кататься, не отдыхать, не пользоваться никакими благами современной жизни, практически забыть про интернет и вспоминать о нём только тогда, когда потребуется выложить очередную дневниковую страничку о своих бизнес-перипетиях. Мне кажется, что подобные зарисовки очень важны, особенно, если авторы, пройдя определённую литературную школу, научаться обходиться без штампов и банальностей в концовке. Мне показалась излишней завершающая фраза о том, что если человек полон сил, полон энтузиазма, у него обязательно получатся какие-то новые начинания и новые проекты. Отсечь этот финал - и будет уже готовый профессиональной писатель - не сетевой автор, который делится своими сложностями, а писатель, который обрывает всё на кульминации. Если мы научимся обрывать на кульминации, то события жизни каждого самого обычного человека в самой обычной сфере могут стать очень поучительными и для нашей эпохи, и для последующих, и мы действительно поймём, что наше время – это не только время селфи, отдыха, пляжей, но также и время выживания.

И. Озеров

- Болот, твоя оценка кого-то из коллег-номинантов.



Н. Низовкина: В нашей литературе, как мне кажется, сейчас присутствует своего рода обязательный или официозный оптимизм. Принято писать о том, что нынешние времена очень лёгкие, в них нет ни голода, ни трудностей - одним словом, дожили мы до времени, когда можно кататься, как сыр в масле



Б. Ширибазаров

- В студенчестве мне очень повезло с педагогами, особенно с Ниной Александровной Ягодинцевой в Челябинске, где я занимался под её руководством в литературной мастерской. Нина Александровна мне объяснила одну простую истину - любой творческий человек просто обязан уметь читать стихи. Это не просто признак хорошего тона, это очень полезная практика. Я взял эту практику на вооружение, и затем, когда я уже пришёл работать на телевидение, меня это здорово выручало. У каждого своя динамика, и когда мы читаем стихи, эта динамика каким-то образом передаётся, и через эту динамику, через поэтику мы начинаем что-то в себе раскрывать за счёт проникновение в другого автора. Когда я вижу перед собой литературный журнал, я в первую очередь читаю поэтов. Сейчас я для себя открыл Елену Жамбалову и Надежду Низовкину. Мне как-то случайно сначала попалось стихотворение Елена Жамбалова «Наян-наваа». Стихотворение очень простое, но меня, как хоринского бурята по крови, оно проняло, как будто бы током.

И. Озеров

- Генетически торкнуло.

Б. Ширибазаров

- Да. Тут нужно понимать, что Елена Жамбалова русская девушка, несмотря на фамилию, хоть и родом из Баргузина. Так тонко прочувствовать природу хоринских бурят - это удивительно! А у Надежды мне в первую очередь попалось обращение к начальнику тюрьмы, и затем я уже начал читать её стихи, и понял, что стихи очень мощные, интересные.

И. Озеров

- Они лежат на жизненном бэкграунде и опыте, это не придумаешь.

Б. Ширибазаров

- А журнал «Байкал» - это, по сути, показатель состояния всей современной бурятской литературы. Благодаря журналу и его редактору Булату Аюшееву у нас бурятская литература до сих пор живет, и у неё есть какие-то перспективы. 

И. Озеров

- В программе «Большой повод» принимали участие Надежда Низовкина и Болот Ширибазаров, вёл программу Игорь Озеров, всего доброго, до свиданья!

Н. Низовкина

- До свиданья!

Б. Ширибазаров

- До свиданья!


© 2004-2018 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Св-во о регистрации СМИ Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г. выдано Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия


Адрес: 670000 респ. Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. Смолина д.54б

Телефон редакции: ‎‎8 (924 4) 58 90 90  

E-mail редакции: info@baikal-media.ru


Учредитель - ООО "Байкал Медиа Консалтинг" 

Главный редактор: Будаев Валерий Николаевич

Курение вредит Вашему здоровью!

Политика обработки персональных данных

 Наверх 

При перепечатке текстов либо ином использовании текстовых материалов с настоящего сайта на иных ресурсах в сети Интернет гиперссылка на источник обязательна. Перепечатка либо иное использование текстовых материалов с настоящего сайта в печатных СМИ возможно только с письменного согласия автора, правообладателя. Фотографии, видеоматериалы, иные иллюстрации могут быть использованы только с письменного согласия автора (правообладателя) и с обязательным указанием имени автора и источника заимствования

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.





^