Бурятия не выполнила основные целевые показатели первой стратегии социально-экономического развития, а разрыв со среднероссийским уровнем по валовому региональному продукту на душу населения увеличился. При этом в республике, как и в других регионах Внутренней Азии, снизились уровень бедности и безработицы. К таким выводам пришла исследователь А. Б. Мункодугарова. О её работе, опубликованной в научном журнале «Восточный азимут: экономика, социология, этнология», сообщает «МК в Бурятии».

В исследовании рассматривается стратегическое планирование в четырёх регионах Внутренней Азии: Республике Алтай, Тыве, Бурятии и Забайкальском крае. Их объединяют сырьевая направленность экономики, низкая плотность населения, транспортная изолированность и высокая зависимость региональных бюджетов от федеральной поддержки.

По валовому региональному продукту на душу населения Республика Алтай занимает 66-е место в России, Бурятия – 73-е, Тыва – 81-е, Забайкальский край – 36-е.

Первые стратегии не выполнили поставленных задач

Первые стратегии социально-экономического развития в этих регионах принимали с 2007 по 2013 год. Однако предусмотренные в них показатели оказались слишком амбициозными и впоследствии неоднократно пересматривались по мере изменения экономической ситуации.

В полной мере достичь запланированных значений не удалось по основным направлениям: росту валового регионального продукта, промышленного и сельскохозяйственного производства, инвестициям в основной капитал, реальным доходам населения, снижению безработицы и бедности. По оценке исследователя, главная задача первой волны стратегий – повышение благосостояния жителей – осталась невыполненной.

Динамика экономических показателей при этом различалась. В Забайкальском крае отношение валового регионального продукта на душу населения к среднероссийскому уровню выросло с 49,1 до 72,4 процента. В Республике Алтай и Тыве также отмечен некоторый рост.

В Бурятии ситуация оказалась противоположной: показатель снизился с 61,5 до 48 процентов. Это означает, что по данному критерию республика стала сильнее отставать от среднего уровня по стране.

При этом социальные показатели в регионах улучшились: сократились бедность и безработица. Однако положительная динамика в социальной сфере не устранила экономического отставания.

Новые стратегии стали реалистичнее

Следующий этап стратегического планирования начался в регионах с 2017 года. Новые документы рассчитаны на период до 2030 или 2035 года. По сравнению с предыдущими стратегиями в них установили более сдержанные целевые показатели.

На подход к планированию повлияли международная нестабильность, пандемия COVID-19 и новые федеральные ориентиры развития. Как отмечает автор исследования, новые стратегии в большей степени ориентированы на реалистичные проекты и возможности регионов.

В Бурятии вместо прежней кластерной модели сделали ставку на отдельные направления, которые должны стать драйверами экономического роста. Среди них – авиастроение, биофармацевтика, туризм, информационные технологии и зелёная энергетика.

Какие меры поддержки используют регионы

Одним из инструментов развития стали индивидуальные программы для десяти регионов с низкой бюджетной обеспеченностью. В их число вошли Республика Алтай и Тыва.

В рамках первого цикла программ в двух регионах предусмотрели 86 мероприятий, создание 2,8 тысячи рабочих мест и привлечение 5,4 миллиарда рублей инвестиций. В 2025 году стартовал новый шестилетний цикл, на который предусмотрено до 60 миллиардов рублей федерального финансирования.

Однако исследователь обращает внимание на недостаток этого механизма: индивидуальные программы не согласованы в достаточной степени с нормативными документами, определяющими государственную политику в сфере регионального развития и стратегического планирования.

Дополнительные инструменты поддержки с 2020 года получили Бурятия и Забайкальский край, включённые в Национальную программу развития Дальнего Востока. Среди таких мер – создание территорий опережающего развития, программа «Дальневосточная ипотека» и субсидирование инфраструктуры.

В Бурятии среди проектов, связанных с развитием региона, названы модернизация Улан–Удэнского авиационного завода, создание индустриального технопарка, развитие особой экономической зоны «Байкальская гавань» и курорта «Мамай».

Проблема не только в региональных стратегиях

По итогам анализа автор приходит к выводу, что сложности стратегического планирования в регионах Внутренней Азии отражают более широкие проблемы, характерные для России в целом.

Среди них – несоответствие целевых показателей имеющимся ресурсам, большое количество недостаточно согласованных между собой документов, неэффективные методы оценки результатов и разобщённость инструментов государственной поддержки.

По мнению исследователя, решить эти проблемы одними корректировками отдельных стратегий не получится. Необходим системный пересмотр подходов к долгосрочному планированию, чтобы поставленные цели соответствовали возможностям регионов, а меры поддержки работали согласованно.