Психолог-полиграфолог, профайлер Наталья Семёнова в программе «Большой повод» на радиостанции «Эхо Москвы» в Улан-Удэ комментирует причины трагедии в Кемерове, где в торгово-развлекательном-центре «Зимняя вишня» погибли 64 человека, в том числе 41 ребёнок, а также сферу применения детектора лжи, особенности поседения людей при прохождении полиграфа, возможность установить истину без использования детектора лжи, и другие темы.

Говоря о массовой гибели людей на пожаре в кемеровском ТРЦ «Зимняя вишня», Наталья Семёнова отметила: «Это не просто очередная трагедия, это катастрофа в масштабах страны, такое ощущение, что какой-то злой рок завис над страной. У нас повышают рождаемость, рожаете, мы вам ипотеку дадим – рожают, рожают, рожают, а потом по чьей-то халатности, по жадности просто убивают детей, и всё. Меры безопасности никакие не соблюдены, и людей просто уничтожают, и такое ощущение, что целенаправленно. Здесь налицо халатность и несоблюдение безопасности, монтажом охранно-пожарной сигнализации у нас занимаются по знакомству из дешёвых материалов. Материалы, из которых строятся эти торгово-развлекательные центры тоже самые дешёвые, и всё это разрешается, подписывается, и никто это не проверяет, а если и проверяет, то всё это формальность, никакие инструкции по противопожарной безопасности не выполняются. Самое ужасное, что в «Зимней вишне» не работала охранно-пожарная сигнализация, и об этом прекрасно знали, но никаких мер совершенно не принимали».

По словам героини программы «Большой повод», «кинотеатры, и развлекательные центры строят на верхних этажах для того, чтобы человек прошёлся по магазинам, а потом уже пошёл отдыхать, но, с позиции логики, это ненормально, когда это так высоко. Далее, идёт экономия на персонале. Я занимаюсь частной охранной деятельностью, и хорошо представляю себе, что охранники ЧОПа - это лицензированные люди, которые каждый день проверяют охранно-пожарную сигнализацию, отзваниваются на пульт пожарной охраны и на наш пульт. И если, не дай бог, у нас что-то не работает, мы направляем туда инженера в кратчайшие сроки. Почему там с 19 марта не проверялась охранно-пожарная сигнализация? Почему человек, ответственный за это, не принял никаких мер? И почему ЧОПовец сбежал, не включив оповещение? А потому что не выполняются инструкции, возможно, потому что этим охранникам не платят столько, сколько надо, и не контролируют их».

В силу профессии Наталья Семёнова всегда обращает внимание на вещи, связанные с безопасностью: «Недавно на море хотела прокатиться на катере, но вместо шести человек на катер загрузили 18. Я встала и вышла, а когда попросила вернуть деньги за билет, мне отказали. Я сказала – сейчас позвоню в МЧС, и деньги сразу вернули – видимо, всё-таки нарушение было. А вообще, я всегда обращаю внимание на то, как сделана сигнализация, есть ли датчики охранно-пожарной сигнализации, видно ли на них кнопочку, горит ли лампочка. А кое-где, даже в некоторых учебных заведениях провода торчат! Однажды я разговаривала с директором предприятия, которое тоже занимается охраной, и он мне сказал - вы знаете, у меня нет никаких сработок! Раньше он работал во вневедомственной охране, и там, по его словам, была куча ложных сработок. А потом я поговорила с его инженерами, и оказалось, что у них вообще ничего не работает, потому что он не заплатил инженерам, а теперь удивляется, что у него нет никаких сработок. Понимаете, если нет ложной сработки, хотя бы одной за сутки в охранном предприятии, то значит, извините, что-то не так. По большому счёту, мы, граждане, должны быть сами ответственны за свою безопасность - нас никто не будет спасать, никому мы не нужны. Пока мы это не осознаем, и не возложим ответственность на себя, мы будем попадать в катастрофы, наши дети будут гибнуть, катаясь на лодках, гореть в кинотеатрах, и получать травмы на детских площадках».

По мнению Натальи Семёновой, проблемы, подобные кемеровским, встречаются и в столице Бурятии: «Здесь, в Улан-Удэ, в торговых центрах я неоднократно видела, что ничего не работает, всё закрыто, и они построены таким образом, что лестница ведёт в никуда. Сейчас проводят тендеры на монтаж охранно-пожарной сигнализации, и хотят по минимуму, по дешёвке - мы в этих тендерах уже в принципе не участвуем, потому что даже исходная цена не покрывает расходных материалов. Они хотят, чтобы мы муляжи поставили, что ли?».

По словам известного полиграфолога, «профайлер - это специалист, как правило, психолог, который занимается профилированием личности - проще говоря, составляет психологический портрет, и определяет ложь без помощи полиграфа - по мимике, жестам, другим невербальным реакциям, анализу голоса, речи, и так далее. А полиграф, или детектор лжи - это чистая психофизиология человека. Прибор состоит из небольшого компьютерного блока и подключённых к нему датчиков, которые снимают информацию. Наукой доказано, что наш организм реагирует на разные изменения, и, в том числе, на то, что мы говорим ложь. Когда мы лжём, в организме происходит определённого рода стресс, который отражается на вегетативной нервной системе, а мы с помощью полиграфа можем спокойно, без проблем это зарегистрировать. Если говорить профессионально, то полиграф не определяет ложь и правду, он определяет, если у человека реакция на тот или иной стимул или нет. Пока человек не попал ко мне на полиграф, он считает, что может нормально врать, а потом в процессе проверки, понимает, что лгать тяжело. Ложь противоестественна, но, к сожалению, мы очень часто ею пользуемся».

Наталья Семёнова рассказала, в каких случаях чаще всего прибегают к проверке на детекторе лжи: «В основном область применения полиграфа - это любые хищения, начиная от материальных ценностей, и заканчивая хищением информации, а также проверки при приёме на работу, и проверки частного характера - бывают проверки на измену, и какие-то другие грязные дела. Практически в 85 процентах случаев мы раскрываем, например, хищения, но существует другая проблема. Я раскрываю кражу, называю виновных, но часто предприниматели оставляют их на работе, прощают, а потом, через 2-3 месяца снова обращаются -у нас опять недостача! Я им говорю - я же проверяла, а они в ответ – это, наверное, кто-то другой. Но, наверное, сначала надо убрать самый главный фактор, а потом уже думать на другого. Я не верю в такие исправления – если человек один раз умышленно совершил хищение, расставаться с ним надо обязательно. При приёме на работу к нам часто обращаются компании, имеющие дело с большими товарно-материальными ценностями - например, золотодобывающие компании. В основном их интересует, воровал ли человек на прошлом месте работы, совершал ли какие-либо махинации, лоялен ли к руководству, не склонен ли к сутяжничеству, нет ли зависимости от алкоголя и наркотиков. Я всех всегда предупреждаю – в качестве доказательства данные детектора лжи не используются, но, многие адвокаты придерживаются мнения, что заключение полиграфолога имеет определённое психологическое воздействие на судью, и он, возможно, отправит дело на доследование».

Курьёзные ситуации в работе полиграфолога случаются, по мнению Натальи Семёновой, достаточно часто: «Кнопка в ботинке при проверке на детекторе лжи – это такой экзотический способ. Люди часто и не знают, зачем она нужна, постоянно на неё нажимают, и у них идут непонятные реакции. Потом просишь их разуться, смотришь – а ботиночек-то весь уже в крови практически! А одна девушка принесла на исследование большой шуруп, и положила его на стол. Во время проверки она всё время смотрела на этот шуруп, а потом положила его в сумочку. Я спросила – это зачем? Она – не скажу. Девушка украла крупную сумму денег, это выявилось без проблем, и этот шуруп ей не помог. Некоторые приносят талисманы, некоторые грозят шаманскими проклятиями, и каждый второй пытается обмануть полиграф, даже когда им незачем это делать».