Избитый журналист и редактор сайта ARD впервые высказался по поводу случившегося с ним резонансного ЧП, пишет infpol.ru.

Согласно одной из версий, Евгения Хамаганова избили и ограбили прямо возле подъезда его собственного дома: украли телефон и кошелёк. Пострадавшего под утро обнаружили соседи: они и вызвали «скорую».

В Министерстве здравоохранения Бурятии сообщил, что Евгений Хамаганов поступил в Республиканскую больницу им. Семашко 12 июля в 13 часов 50 минут. В нейрохирургическом отделении его сразу же обследовали. Был поставлен диагноз – сочетанная травма головного мозга и шейного отдела позвоночника. Медики заверили: жизни журналиста ничего не угрожает.

На тот момент сам Евгений даже не мог предположить, кто мог совершить нападение: лишь рассказал, что злоумышленник ударил сзади по голове, после чего редактор Asia Russia Daily сразу потерял сознание. Инцидент вызвал широкий резонанс в СМИ, близкие и коллеги Хамаганова связывали нападение с его профессиональной деятельностью.

Со дня нападения прошло почти три недели. Однако журналист признаётся: написание текстов даётся ему с трудом.

- Мне до сих пор довольно трудно писать: журналистикой я занимаюсь уже десять лет, но, получив такие травмы, с трудом могу уложить мысли в текст, – сообщил Евгений Хамаганов.

Что произошло в ту ночь, он помнит смутно.

- Ночью 12 июля я приехал домой с фестиваля «Голос кочевника». И до 13 июля меня накрыла амнезия: я до сих пор совершенно не помню, что случилось дальше. Собирал воспоминания со слов родственников, друзей и сотрудников полиции. Сперва я дал объяснения, что меня ударили в подъезде. Когда меня доставили на «скорой помощи» в больницу, я сказал, что упал с гаражей, – написал журналист. – Как юрист я изучал криминалистику и трасологию. И представляю, что человек, получивший черепно-мозговую травму, может в полубессознательном состоянии путаться в показаниях, что-то напридумывать и вообще быть в неадекватном состоянии. Это не освобождает врачей и полицию от обязанности проверить состояние и обследовать пациента-потерпевшего на предмет полученных травм.

Известие о нападении на Хамаганова всколыхнуло не только республиканские, но и федеральные СМИ. Каждое издание изложило свой вариант развития событий.

«Уронили с гаража» – эта фраза уже стала локальным мемом среди бурятских журналистов. Дескать, товарищ Хамаганов пошел в гаражный кооператив с каким-то человеком, которого не помнит, напился и попытался изобразить Икара, приземлившись лицом о бетонную плиту. Однако возникают вопросы. Если бы Хамаганов упал лицом вниз, то у него как минимум должен быть разбит нос, изуродован лоб, что-то с губами и челюстью.

- Но на деле имеем обширную гематому левого глаза, выбитое стекло из очков. Потом - компрессионный перелом двух шейных позвонков – странно для человека, упавшего ничком и здоровенную кровоточащую ссадину на макушке. Соседи по палате говорили: ты, наверное, футбольный мячик, – прокомментировал журналист.

Сам он, судя по всему, связывает инцидент именно с профессиональной деятельностью.

- Сначала я и сам решил, что это был обычный «гоп-стоп». Но ситуация развивалась. Мои друзья-журналисты передали информацию на "Радио Свобода", "Эхо Москвы", Русскую службу Би-Би-Си. Председатель партии «Яблоко» Сергей Митрохин назвал происшедшее политическим преступлением. Он обратил внимание на то, что правоохранители Бурятии заявили об отсутствии у них информации о преступлении. Подозревая местные органы внутренних дел в необъективности, председатель «Яблока» потребовал от главы МВД Владимира Колокольцева взять дело под личный контроль, – делится Хамаганов. – И тут, будучи в больнице, я получаю информацию из двух источников, не связанных друг с другом. Моя недавняя публикация на сайте нашего информационного агентства вызвала недовольство среди местных коррупционеров. Речь шла о продажах в газетных киосках спиртосодержащей продукции. Оба источника сообщают мне, что поставки и продажи этих лосьонов «крышует» крупный полицейский чин Бурятии. И он дал команду некой группировке избить и дискредитировать журналиста, который выступил против незаконной продажи спиртного, выставив его самого алкоголиком, который напивается и падает с гаражей. Но работа была проведена грубо, топорно.

Только 14 июля сотрудники правоохранительных органов действительно наведались в палату к журналисту. «Зачастили», как выразился сам Хамаганов.

- 14 июля ко мне в палату зачастили сотрудники Октябрьского РОВД. Сперва пришли следователь и опер, потом – мой участковый и главный участковый района. Все они агрессивно напирали на одну версию: что я напился и сам упал с гаражей. Я, находясь в посттравматическом шоке, хотел лишь одного – чтобы эти господа полицейские поскорее от меня ушли. И подписал объяснения, что упал с гаражей. Однако я понимал, что такие дела – нанесение вреда здоровью, грабёж (у меня пропали деньги и смартфон) – являются делами публичного обвинения и уголовное дело должно быть возбуждено по факту, а не по заявлению. Но этого не произошло. Почему?

Он уверен: полицейские бездействуют.

- На сегодняшний день мне так и неизвестно, было ли возбуждено уголовное дело, являюсь ли я потерпевшим. Подтверждением бездействия полиции может служить вот какой факт: 16 июля в Улан-Удэ приехал из Иркутска мой брат – и с помощью знакомого оперативника из Железнодорожного отдела МВД они за два дня отыскали мой смартфон. Сообщили об этом в Октябрьский РОВД. И только после этого полицейские начали шевелиться. Изъяли вещдок и вернули его мне, опять же, «по-тихому», через брата, без составления протоколов. Видимо, опасаясь гнева начальства, обычные полицейские сделали свою работу без лишнего крючкотворства, – пишет Хамаганов. – Но теперь, учитывая, что уже две недели полиция молчит, а делом заинтересовалась прокуратура, могу сказать точно: я перешёл дорогу крупному человеку в органах МВД. Поэтому, если со мной ещё что-нибудь произойдёт, информация о нём будет предана гласности. Медики сказали, что мне очень крупно повезло: я мог умереть или стать инвалидом.