$ 63.91
68.5
Авторизация
Войти Напомнить пароль

Логин

Пароль

"Баргузин ФМ"
"Эхо Москвы" "Русское радио"


17 октября 2012, 01:01

minkultrb.ru

Молодёжь Бурятии: "Паруса надежды"


Театральный сезон 2012/13 еще только начался, а премьеру театра оперы и балета «Летучий голландец» можно без обиняков считать самым грандиозным событием сезона уже только потому, что с этой постановкой состоялось пришествие музыки Вагнера в нашу культурную жизнь. Более чем состоялась идея международного, а особенно межрегионального партнерства, собственно, без иркутского симфонического оркестра полноценное восприятие нами музыки Вагнера вряд ли бы случилось. 

Но и кроме этого, плюсов у новой работы оперного немало. Во-первых, после эстетического ужаса постановок прошлого сезона, «Летучий голландец» - просто образец вкуса и постановочной культуры, и наконец-то на сцену можно смело смотреть. Не корчась от стыда за какие-нибудь убогие парички, невыровненные подолы, цыганские расцветки костюмов и декораций, и феерический свет. Также эстетично сделаны вокальные партии. Каждый вокалист пел не как обычно – равнодушно, умещая драматизм или лиризм в прописанные в клавире громко-тихо, медленно-быстро, а с интонациями и вокальными красками, характерными для конкретных персонажей в ситуациях данной конкретной постановки. 

Такая культура работы над партией, когда вокальными средствами создается совершенно определенный образ, логика его сценической жизни, нюансы его характера, поведения – уникальный, давно забытый случай на нашей сцене. Нельзя сказать, что образы были тем самым решены артистами, нет, но прекрасно само движение в эту сторону. Уважение вызвали и мужской и женский хоры, которые также очень культурно существовали на сцене и в вокальном и в актерском качествах. Именно на хор в этой постановке возложена ответственность за физическую динамику действия, а иногда и за внутреннее действие тоже, и хор с этими  задачами справился очень пристойно. 

В общем, к нашему общему облегченному выдоху, театр на статусной премьере 11 октября, как выразилась одна уважаемая музыковед, выглядел респектабельно. Если, конечно, забыть ляп с переводом текстов на русский язык, когда содержание бегущей строки никак не синхронизировалось с тем, что пели со сцены. Почему надо изобретать велосипед, а не воспользоваться эквиритмическим переводом либретто?... 

В остальном, все почти по-европейски. И не только потому, что такое сценографическое решение популярных опер, особенно Вагнера, – монохромное, мягко говоря, лаконичное, геометрическое, обезличенное, безадресное, - сегодня для европейского оперного театра общее место, того и гляди, перепутаешь не только постановки, художников, театры, но и сами оперы. Или вот нынче летом в Английской национальной опере тоже поставили «Летучего голландца», и там также, как в постановке нашего театра, увертюру иллюстрирует видеоряд с бушующим морем. Только у них на заднике, а у нас на занавесе. Зато подобный занавес, только водяной, также на увертюре, отделял сцену от зрителя годом ранее на премьере «Голландца» в Ковент-Гардене. И таких вот примет того самого «тренда», о котором все говорят, можно при желании найти немало. Не они подтягивают театр до хорошего профессионального уровня, а почти осязаемое ощущение монолитности театра в совершаемом усилии – сотворении спектакля.  

Но вот главной особенности европейского оперного театра нет в спектакле нашего театра – режиссерского присутствия. Это та самая пресловутая ложка дегтя, которая идет в комплекте с бочкой меда. Нет режиссерской воли и нет драмы, и потому состоялось приобщение к музыке Вагнера, но не к его театру. Да, «Летучий голландец» это Вагнер в начале пути к своему творческому кредо, но, тем не менее, составляющие стиля уже есть – цельность, объемность персонажей, темперамент, проникновение мифа в жизнь человека, мистицизм, христианские мотивы. И, однако, обаяние, величие, и смысл вагнеровской музыкальной драмы остались для нас terra incognita. Виной тому отсутствие режиссерских решений, динамики действия, вялость, недоделанность и однообразие приемов. Так, в нескольких сценах разных персонажей возникает движение по кругу, но это движение никогда не заканчивается тем, что предполагает музыка, или движение сюжета, оно не ускоряется, не замедляется, не приобретает поступательную силу, или, наоборот, рассеянную слабость. Оно монотонно, начинается просто потому, что пошли, и заканчивается потому, что остановились. Интересный ход с выкладыванием перед Сентой золотых слитков брошен и не доведен до логического конца. 

Артисты по воле режиссера медитативно медленно двигаются, много стоят, много молчат. Якобы значительно. Между тем, делать это действительно значительно, эффектно, артисты не умеют, органичное молчание не их конек, и артисты в этих обстоятельствах не выразительны, и решение такое – неубедительно. Чувствуется, что артистов отдирали от их сценических штампов «с мясом», но также и видно, что ничего взамен им не предложили. И при том, что артисты теперь прекрасно поют, и сидя, и лежа, я вижу все те же беззащитные спины (оперный артист ведь фронтом привык работать, и что делать спиной не знает), те же некрепкие ноги в постоянном полуприсяде, те же рыхлые бока. Для немецкой режиссуры, в которой столько внимания уделяется гестусу, по терминологии Лессинга, жесту, характеризующему индивидуальность персонажа – странно отпустить наших актерски неразвитых артистов на такую свободу. 

Но, главное, образ главного героя не решен. Совершенно непонятно, кто он – мятежный одиночка, раскаявшийся грешник, измученный скиталец, инфернальный маргинал? Соответственно, не прозвучали темы, которые важны были Вагнеру в этой опере.  Соответственно, неоправданны мотивы Сенты. Никак не решен момент, когда Голландец решает пожертвовать своим спасением ради Сенты. Мы только из слов это узнаем. Но странно ставить оперу на иностранном для зрителя языке и полагаться при этом не на сценическое действие, а на слова арий и дуэтов! Ведь в таком случае все, что происходит на сцене это такая же иллюстрация к повествованию сюжета, как видеоряд иллюстрация увертюры. Такие живые картины обычно нужны, когда не доверяешь музыке, сюжету, и зрителю. Или же себе…

В «Летучем голландце» Вагнера есть темы Надежды, Веры и Чуда. В новой постановке театра оперы и балета они не прозвучали. Но, может быть, в этом некий промысел – понятно, к каким берегам надо двигаться. В конце концов, история об Алых Парусах, это ведь инверсия истории Голландца и Сенты. 

Туяна НИКОЛАЕВА

Комментарии (1)

  • 31 октября 2012, 21:39

    надина   Ответить

     

    думаю немалые деньги затрачены на постановку спекталя который к сожалению не увидят зрители бурятии спектакль поставлен ради галочки а не для зрителя видимо минкультуры и оперному некуда деньги девать и плевать они хотели на зрительские интересы наша культура живет собственными интересами...

Имя

Комментарий

CAPTCHA
Введите слово на картинке*

© 2004-2015 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г.
выдана Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия

 Наверх 

Перепечатка материалов возможна при указании активной ссылки на данный сайт.

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.

^