Генеральный директор компании «Издательство Бурмакина» Сэрэмжид Интогарова и главный редактор еженедельника «МК в Бурятии» Станислав Белобородов в программе «Мнение» радиостанции «Эхо Москвы» комментируют содержание статьи «Коронавирус и Хамбо лама» Татьяны Никитиной, общественную реакцию на неё, попытки отдельных людей «посмотреть в глаза» автору статьи и руководству газеты, извинения главного редактора, выступления в защиту статьи, и другие темы.

Сэрэмжид Интогарова так прокомментировала сложившуюся ситуацию: «Татьяна написала статью, которая вышла и вызвала бурю возмущения. Такое бывает, особенно если статья острая - есть люди, которым она нравится и которым она не нравится. В данном конкретном случае редакция посчитала, что не стоит настаивать - мы извинились и сняли статью. Если средство массовой информации добровольно признаёт свою ошибку, оно может принести извинения, убрать материал, если это возможно, и предложить оппонентам разместить альтернативный материал - это нормальный ход вещей. Так бы, наверное, всё и шло, но иногда появляются люди, которые хотят вытащить конфликт из правового поля в какое-то другое. Когда начались эти вещи – люди, давайте соорудим митинг, пойдём шествием в редакцию МК и чуть ли не устроим там самосуд коллективу и газете, я сказала, выражаясь фигурально, что любого спущу с лестницы. Мы перед вами извинились – извините, больше мы вам ничем не обязаны. Когда появились эти воззвания, я посчитала нужным проинформировать народ – кто этот человек, который призывает встать под свои знамёна, чтобы все могли оценить, насколько он мудр и опытен, чтобы брать на себя ответственность за урегулирование конфликта, в который вовлечено очень много людей. Я не буду скрывать - помимо противников этой статьи, было много и её сторонников, и неизвестно, во что бы это вылилось. В результате требовать сатисфакции у газеты пришли к Дому печати ровно три человека, не считая зачинщика всего этого действа».

Станислав Белобородов сказал, что точно не знает, кто приходил – «на вахте мне сказали, что всё время появлялись новые люди, потом они уходили, но в конечном итоге на крылечке Дома печати осталось три человека, которые потом тоже ушли. А потом блогер Эрдэм Гомбоев на своей странице в «Фейсбуке» написал, что, возможно, погорячился, где-то перед нами тоже извинился за оскорбления, которые прозвучали в адрес и журналистов, и коллектива редакции. Он сказал, что это был урок всем нам, и если что, это может ещё повториться. Трудно воспринимать адекватно подобные вещи – можно, конечно, сколько угодно себя накручивать, но, с точки зрения миролюбивости и пацифизма, я бы хотел сказать – наверное, мы развязали эту кашу, мы попытались её же урегулировать, и, слава богу, мы её затушили, многое узнав о себе, о людях, о коммуникациях, о социальных сетях и о том, насколько это опасная штука – национализм. Оказавшись в этом бурлящем котле, хочется побыстрее выбраться оттуда, и больше этого не допускать. Впредь мы будем предельно осторожными, и попросим журналиста, чтобы она выражалась более чётко. На мой взгляд, в этой публикации есть рациональное зерно, и его можно и нужно обсуждать, но, может быть, не такими словами».

По словам Сэрэмжид Интогаровой, Татьяна говорила о том, что она готова пояснить в этой статье каждую цифру, каждое слово и каждое предложение: «Но мы подумали, что это уже не имеет никакого смысла - чем дольше мы будем это муссировать, тем хуже - пользу в этом диалоге уже ни одна сторона не получит».

Станислав Белобородов, по его словам, принёс извинения от редакции, «и лично извинился перед Хамбо ламой за эту публикацию, поскольку всё-таки считаю её некорректной в той части, где автор рассуждает о том, что не пора ли Хамбо ламе взять уроки русского языка».

Главный редактор газеты «МК в Бурятии» опроверг предположения о заказном характере статьи: «Это, конечно же, не заказная статья - я думаю, что если бы кто-то заказывал статью, он бы, наверное, не ставил целью добиться того, что в результате произошло, когда мы статью снимаем, и все извиняемся. За такую статью никто платить не будет - за это, скорее, заплатили бы, чтобы она не вышла».