Иерей, клирик Свято-Одигитриевского собора Улан-Удэ, председатель отдела по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ Улан-Удэнской и Бурятской епархии Алексей Шевцов
в программе «Мнение» на радиостанции «Эхо Москвы» в Улан-Удэ комментирует решение Константинопольского патриархата приступить к предоставлению автокефалии церкви на Украине, последствия, вызванные этими решениями в России, на Украине, и во всём православном мире, а также другие темы.
Алексей Шевцов считает, что обострившийся сегодня конфликт начался не сегодня: «Я не эксперт в каноническом праве, поэтому буду говорить языком, понятным для наших радиослушателей, и говорить о человеческом смысле того, что происходит. Я считаю, что Русская православная церковь начала чувствовать некоторый дискомфорт на Украине достаточно давно, потому что конфронтация между государствами, происходящая на светском уровне, неизбежно затрагивает конфронтацию и в умах людей - возникает озлобление, недоверие и необходимость определяться - с кем ты. На Украине к России относятся, как к стране, с которой они пребывают в военном конфликте. Давайте себе представим - страна воюет с внешним врагом, и на территории этой страны находится структура (пусть церковная), которая впрямую ассоциируется с этим внешним врагом. Естественно, для любого украинца встаёт вопрос - когда твоя страна воюет с внешним врагом, готов ли ты продолжать ассоциироваться с его церковными структурами? Этот вопрос тяжёлый и, наверное, он пролегает не только в области канонического права - это вопрос, скорее, мировоззренческий. Я думаю, что осложнение отношений между двумя странами очень сильно повлияло на самочувствие Русской православной церкви на Украине, а если быть точнее в терминах, то Украинской православной церкви Московского патриархата».
По словам героя программы «Мнение», «политические режимы на Украине более или менее провоцировали националистические настроения, и использовали их в своих целях. Я нормально отношусь к национализму до тех пор, пока он не становится вооружённым и агрессивным, потому что для меня национализм делятся на две категории - одни националисты любят своё, а другие националисты ненавидят чужое. Если в первом я ничего особо плохого не вижу, то второй - это уже отрицательно окрашенный национализм. Эта карта разыгрывалось с развала СССР, и, соответственно, когда появлялась потребность ненавидеть чужую церковь, Украинская православная церковь Московского патриархата попадала под эту сажу, которой её пытались мазать, а сейчас это допрогрессировало до открытого конфликта, уже трудно разрешимого, с моей точки зрения».
Комментируя заявление представителей церкви России и Украины, Алексей Шевцов сказал следующее: «Церковные лидеры мнений вынуждены высказывать достаточно резкие суждения и, тем самым, формировать общественное мнение, но, я думаю, что для любого православного человека это должно восприниматься как боль. Одно дело, когда ты чувствуешь себя членом 300-миллионного единого сообщества православных людей, и совсем другое дело, когда ты приезжаешь в другую страну, и тебе приходится выбирать - в этот храм я могу пойти, а в этот – нет, потому что иерарх этой церкви почему-то поссорился с нашей церковью. Даже без оценок – кто прав, а кто нет - это предельно болезненно. Когда мы говорим о Вселенской православной церкви, мы хотим это говорить с полным основанием, а не только произносить ритуальные слова. Для всех очевидно, что не Русская православная церковь сейчас провоцирует этот конфликт, потому что выиграть в нём Русская православная церковь навряд ли сможет - она будет просто реагировать на недружественные выпады с другой стороны. Я изо всех сил хочу, чтобы это опять не было поводом для ненависти к чужим и проявления квасного патриотизма в худшем смысле этого слова, в том числе, и религиозного патриотизма - это беда, и её так и надо воспринимать. Мы уже много лет молимся о мире на Украине и о том, чтобы это междоусобное безобразие закончилось. У нас эта молитва сначала была на бумажечках, а потом её заламинировали – я это увидел в некоторых храмах. Хотелось бы, чтобы всё эти молитвы имели положительный эффект, но, к сожалению, сейчас ситуация развивается так, мы видим скорее сползание к более отрицательным состояниям, чем имели до сих пор».
Роль Вселенского патриархата в этом конфликте иерей прокомментировал так: «Очевидно, что проблему отношений Украины и России, в том числе, церковных, должны решать Украина и Россия. Вселенский патриархат первый среди равных православных церквей, у него имеется первенство имеется чести, но не первенство во всём остальном. Это тоже серьёзнейший камень преткновения, потому что Вселенский константинопольский патриархат о себе думает одно, а остальные думают другое, и дело тут не только в Русской православной церкви. В Сербии сейчас подобная проблема с Македонией, Сербия тоже не очень хочет, чтобы Вселенский патриархат выступал тем, кто придёт и будет махать шашкой там, где нужно очень долго, мудро и спокойно пытаться разобраться самим».
Герой программы «Мнение» «далёк от той пропагандистской истерики, которая уже началась, и которая говорит о том, что прольётся кровь. Мне это очень не нравится - я был достаточно долго связан с журналистикой и пиаром, чтоб понимать - кровь сначала бывает опереточная, а потом ведь можно спровоцировать и реальную кровь. Положение Украинской православной церкви Московского патриархата теперь будет более болезненным, во-первых, потому что захваты церквей уже идут. Когда я разговариваю со своими украинскими коллегами, то слышу негативную оценку всего этого, не потому что теряется имущество, а люди выбрасываются прямо на улицу. Дело в том, что вопросы, кому принадлежать конкретному храму, и прихожанами какой юрисдикции считать себя конкретным людям, решают какие-то бритоголовые молодчики, которые приходят и говорят - этот поп неправильный, а вот этот правильный, и вы сейчас будете ходить вот к этому попу, а не к этому. О какой-то каноничности тут речи нет, потому что решается всё даже не политически, а на почве ненависти и тупой вкусовщины. Это происходит, потому что на Украине хозяевами приходов является общины прихожан. С одной стороны, это хорошо, это демократия, а с другой стороны, перенастрой общину или введи туда нужных людей, и этот переход станет легко осуществимым. У нас есть пример с Эстонской православной церковью, где фактически по тому же сценарию произошло вмешательство Константинопольского патриархата и Эстонская православная церковь Московского патриархата там сейчас совершенно бесправная, и эта ситуация очень хорошо иллюстрирует, что будет на Украине, но в последнем случае эмоциональный градус будет гораздо выше».
Отвечая на вопрос о материальных потерях РПЦ в случае получения Украинской православной церковью автокефалии, Алексей Шевцов сказал следующее: «Есть разные оценки, и у светских и религиозных экспертов они разнятся, но мне ближе оценка, что Русская православная церковь Московского патриархата (в материальном плане – ред.) ничего особо не потеряет. Дело в том, что у Украинской православной церкви Московского патриархата достаточно давно существует предельно широкая автономия, в том числе, и финансовая. Соответственно особые (денежные – ред.) потоки в патриархию из Украины не идут, соответственно, говорить о каких-то финансовых потерях нет нужды. В этом смысле позиция Патриарха Кирилла этически безукоризненная - мы боремся не за какую-то власть, территорию или финансовые потоки, а пытаемся отстоять единство и нормальное самочувствие нашей паствы на Украине. Будут ли потери от продажи церковных товаров? Насколько я знаю, дело обстоит ровно наоборот - когда наши сибирские батюшки хотят пощеголять в особо красиво сшитых подрясниках или рясах, они покупают их на Украине. Украина - более религиозная страна, православные традиции в некоторых регионах Украины не прерывались (в советское время – ред.), соответственно, ремесло, связанное с церковью, развито, скорее, больше, чем в России».
Герой программы «Мнение» объяснил, что в этой истории тревожит его больше всего: «В каноническом смысле мы не признаём таинства раскольников действенными - что делать с этим, я не понимаю. Это означает, (если совсем на пальцах), что, то, чем они занимаются на службах - это инсценировка, которая не имеет отношения к богообщению. Они, конечно, могут говорить так же про нас. Если вникать в эти вопросы, то для человека это серьёзно - либо ты идёшь на инсценировку, либо ты идёшь на то, что совершается во Вселенной в космическом масштабе - я имею в виду, допустим, литургию Евхаристии. Понимаете, когда я говорю о боли, речь идёт об этом, а ведь далеко не каждый человек способен и, вообще, имеет желание в этом разбираться. Ставить человека в ситуацию такого выбора бесчеловечно, с моей точки зрения».
По словам Алексея Шевцова «Русская православная церковь своей канонической территорией имеет разные государства, в том числе, Казахстан и Белоруссию. Природа власти церковной другая, она не от мира сего - по крайней мере, должна такой быть. И если люди на Украине попытаются поставить церковь для обслуживания своих политических, государственных, геополитических, националистических интересов, они, скорее всего, добьются в этом успеха. Они найдут в церкви её мягких функционеров, которые пойдут на это - так частенько бывало в истории вселенского православия и вселенского христианства. Господину Порошенко сейчас хочется вывернуть по поговорке «закон что дышло, куда повернул - туда и вышло» - вот этим дышлом он занимается очень искусно. Но думаю, что и наше государство попытается использовать эту ситуацию в своих интересах. Скорее всего, пока это только риторика, нацеленная не столько на Украину, сколько на российский электорат - в очередной раз сказать, что русские своих не бросают, хотя, наверное, достаточно примеров, что бросают».
↓