Должность министра культуры Бурятии остается вакантной вот уже почти месяц после добровольной отставки Юлии Ангаевой. 

Вячеслав Наговицын с назначением не спешит, чем вольно или не вольно способствует возникновению нездоровой обстановки и вокруг пустующего кресла, и исполняющего сейчас обязанности министра Тимура Цыбикова, которому не просто. К слову, Тимур Гомбожапович – сын главы администрации Курумканского района Бурятии Гомбожапа Цыбикова.

Кресло министра по неофициальным данным не прочь примерить под себя еще несколько человек. Среди них бывший журналист БГТРК - когда-то работавшая в министерстве культуры РБ Туяна Лыгденова, а также два действующих руководителя учреждений культуры. Это Татьяна Бороноева, возглавляющая Художественный музей имени Сампилова, и Ирина Бальхаева, директор Национальной библиотеки имени Исая Калашникова.

Особняком среди соискателей стоит «звездный» Баир Дондоков, бывший председатель союза композиторов Бурятии. В разное время Баир Батодугарович работал секретарем союза композиторов России, советником в министерстве культуры РФ и Российском агентстве по кинематографии, имеет звание заслуженного работника искусств Бурятии, награждался государственной премией за клад в искусство.

В администрации президента Бурятии затянувшуюся паузу в назначении министра культуры никак не комментируют. Однако там склонны считать, что Вячеслав Наговицын остановит свой выбор именно на Тимуре Цыбикове: «Это вписывается в его идею о формировании «молодого правительства».

Пока суд да дело, нынешний заместитель министра культуры Сергей Добрынин уже готовится к повышению. Ему достанется должность первого заместителя.

Константин Воронов, «Вечерний Улан-Удэ – Неделя»

Николай Будуев: Проблема культуры должна ставиться и в другой плоскости

Интригу вокруг назначения нового министра культуры корреспонденту «Вечерний Улан-Удэ – Неделя» прокомментировал известный бурятский политолог Николай Будуев.

- Неважно, кто именно будет назначен министром. Важно, чтобы изменилось содержание работы, вектор развития учреждений культуры если хотите.

У нас сохраняется традиционный подход, мол, министерство культуры должно заниматься исключительно театрами и творческими коллективами, лоббировать их интересы и т.д. Но может наоборот, ключевой задачей министерства должно стать не сохранение тепличных условий для коллективов, а адаптация их к работе в условиях рыночной экономики? Все искусственное исчезнет,  все востребованное, способное адаптироваться будет процветать. Все успехи бурятской культуры за эти полтора десятилетия были только там, где талант поддерживал современный менеджмент.

Изменилась ли работа министерства существенно хотя бы за последние полстолетия?.

Давайте посмотрим подробнее. После революции был Наркомат просвещения, он занимался развитием системы образования, ликвидации неграмотности, и помимо этого, повышением уровня культуры населения. Заметьте – массовой культуры. Далее, по мере развития техники основная роль при формировании массовой культуры все больше отводилась СМИ и иным институтам. Роль библиотек, ДК, театров падала и это естественный процесс.

Посмотрим и сравним уровень посещаемости обычных кинотеатров и театров, аудитории телевидения и библиотек. Разница очевидна, как и влияние на массовую культуру. То есть работа министерства сегодня охватывает не самую значительную долю населения, есть заметный отрыв от потребителей. Условия работы министерства поменялись радикально, а изменилась ли суть работы? Не работает ли сфера культуры в значительной степени сама для себя на деньги бюджета?

Далее. Кто для кого существует - зритель для театра или наоборот? Безусловно, нужно сохранять высокую культуру.  Но это невозможно, если она не будет востребована зрителями. Правильно говорят, если нет подпитки от зрительской аудитории, если не идет талантливая молодежь, театр обречен. А здесь мы сталкиваемся с более серьезной проблемой - низким уровнем культуры, в том числе  и бытовой. Произошел отрыв высокой культуры от массовой. Тот же театр оторван от массового зрителя.

Да и в целом, может проблема культуры должна ставиться и в другой плоскости? Ее искусственно сузили до проблемы театров и музеев.  Но Бурятия явно нуждается в интенсивной модернизации. И то же министерство культуры должно заниматься не только лоббированием интересов отрасли, но и участвовать в создании условий для модернизации региона. Если хотите, координировать усилия в этом направлении в своей сфере. И вообще что такое культура? Песни и танцы? Конечно, и это важно. Но есть и иные аспекты, способные преображать мир вокруг нас, и касающиеся куда большего числа людей.

Любой из нас может привести множество примеров, когда, в общем небольшое усилие со стороны органов власти приводит к позитивным изменениям хотя бы на бытовом уровне. Ну, вот стала милиция летом этого года запрещать пить пиво на Ленина. Чище стало или, если хотите, изменился культурный облик конкретной точки города. Кто мешает владельцам многочисленных позных выдавать клиентам не рулоны туалетной бумаги, а обычные салфетки? На цене продукта это особо не скажется, но культура обслуживания заметно вырастет, туристы перестанут испытывать культурный шок, негативная память о котором будет весьма сильна и станет ассоциироваться с Бурятией. Все это мелочи, но они определяют качество нашей жизни как минимум не меньше чем элитарные достижения в сфере культуры.

Если сегодня, в относительно тепличных условиях, учреждениям культуры не удастся адаптироваться к новой обстановке, научиться зарабатывать, а значит быть по-настоящему востребованными массовой аудиторией, то их перспективы плачевны. Просто не придет новая смена. Останутся красивые здания и память. Время уходит, не стоит откладывать реформирование отрасли. И пора, наконец, заняться существенным поднятием бытовой культуры населения. Иначе Улан-Удэ превратится в унылую смесь сельской глубинки и рабочей окраины, и тогда процесс одичания станет необратимым.