В истории с государственной поддержкой местного кинематографа «хэппи-энд» на сегодняшний день вряд ли возможен. Даже самые отъявленные оптимисты в этой сфере, похоже, уже не слишком верят в то, что помощь со стороны региональныых властей придет хотя бы в каком-то более или менее весомом виде.
На стыке эпох в середине девяностых (когда отечественный кинематограф, грубо говоря,едва не отбросил копыта) власти наконец-то приняли федеральный закон, регламентирующий формы и методы поддержки российского кино. Вкупе с некоторым улучшением экономической ситуации в стране это хоть как-то помогло киношникам выжить в трудные времена. 

И хотя сегодня раздается много критических высказываний по поводу справедливости распределения средств российского Фонда кино, несколько масштабных проектов с помощью государства за это время реализовать все-таки удалось.
Что касается регионального кино, то в названном выше законе сказано, что органы госвласти субъектов РФ могут принимать участие в государственной поддержке этой отрасли. Ключевое слово здесь, конечно, могут.

То есть если захотят и найдут средства, то помогут, если не захотят и не найдут – никто за это их осуждать не будет.
У нас в Бурятии, как всегда, пошли своим путем: республиканский закон о государственной поддержке кинематографии в РБ приняли еще в июне 2007 года, но тут же статьи, предусматривающие выделение конкретных финансовых средств, в связи с дефицитом республиканского бюджета приостановили. И только спустя семь лет действие статей 4 и 6 закона было возобновлено.

Кадр из фильма «Пхабовск.Обратная сторона Сибири» (А.Баширов)

Но после разблокировки закона за два последних года на господдержку отрасли было выделено в общей сложности три миллиона рублей – по полтора на календарный год. 

С учетом сегодняшних затрат на кинопроизводство это, конечно, копейки. К слову, бюджет якутской картины «Тайна Чингисхана» в свое время (по ценам 2009 года!) превысил десять миллионов долларов, и большую часть из них составили средства из регионального бюджета. Конечно, все прекрасно понимают разницу в возможностях двух субъектов Федерации, но и выставлять себя на посмешище с этими тремя «лимонами», на мой взгляд, позорно.
Особого упоминания заслуживает и то, как были распределены эти деньги.

В 2014 году субсидии в размере 750 тысяч рублей были предоставлены ООО «Пятый элемент» (фильм «Аноним 03») и ООО «MonUlaFilms» («Булаг.Святой источник»). На следующий год господержку в таком же размере получило ООО «БайкалКино» на фильм «Решала-2». Оставшиеся средства были почему-то возвращены в республиканский бюджет.

Кто принимал решение по субсидиям, какие критерии при этом использовались, чем названные фильмы оказались предпочтительнее других в глазах чиновников – для общественности осталось неизвестным.

О том, чего пока нет

Здесь необходимо, видимо, уточнить, что сегодня говорить о возрождении (и тем более создании «с чистого листа») бурятского национального кино явно преждевременно. Бум кинопроизводства последних лет (хотя два десятка картин за девять лет все же, наверное, неправильно называть бумом) на первоначальном этапе (2005-2009 годы) был связан скорее с экономической конъюнктурой, когда местный бизнес еще не боялся вкладываться в рискованные коммерческие проекты с неясным конечным результатом.

Первенец «новой бурятской киноволны» фильм «Первый нукер Чингисхана» (2005) был поддержан известными в республике предпринимателями Ю.Тармаевым, М.Бадановым и П.Шаблиным и по большому счету остался едва ли не единственным спонсорским проектом. В дальнейшем коммерческая составляющая в бюджетах местных фильмов если и присутствовала, то гораздо менее значительно и в основном на уровне product placement.
Конечно, бурятские кинематографисты и рады были бы заручиться поддержкой местного бизнеса, но крупные компании и фирмы практически единодушно отказывались и отказываются от участия в подобных проектах (история с «321-й Забайкальской» - это особый случай, к которому мы еще вернемся). В этой ситуации большинство картин было произведено на собственные (известен случай, когда один из режиссеров пошел даже на продажу своих квартир) и заемные (в виде банковских кредитов) средства.

«Вторая волна» местного кинопроизводства началась приблизительно с 2011 года (после окончания известного экономического кризиса) и продолжается по сегодняшний день. Здесь побудительным толчком послужил целый ряд обстоятельств, среди которых на первом месте все-таки коммерческий интерес. Видя, что зрители проявляют неподдельный интерес к местной тематике и местному колориту, а затраты по первым лентам удалось худо-бедно отбить, режиссеры и актеры республиканских театров, бывшие и нынешние кавээнщики и просто любители кино с энтузиазмом взялись за новое дело.
Немаловажно и то, что в технологическом смысле процесс создания фильмов сегодня значительно упростился – даже в Голливуде некоторые коммерческие ленты сегодня снимаются на обычную профессиональную фотокамеру….

Наконец, несправедливо было бы не сказать и об амбициях местных киношников – образно говоря, накопилась некая критическая масса индивидуумов, которые пришли к выводу, что свой творческий потенциал они могут реализовать посредством кино.

Совсем другое дело, что при этом получилось «на выходе».
Две трети созданной за эти годы продукции (см. фильмографию) при всем уважении вряд ли могут претендовать на статус так называемого художественного кино. Это, скорее, гремучая смесь из кавээнного юмора, импровизаций в духе театральных капустников, нарезок в стиле «home video» и киношных жанровых шаблонов. 

Даже уже признанные российскими и зарубежными коллегами бурятские режиссеры пока не готовы, на мой взгляд, соответствовать уровню «новых Итыгиловых и Халзановых». Тот же Баир Дышенов, «выстреливший» в свое время с глубоко поэтической и в хорошем смысле притчевой «Улыбкой Будды», в «полном метре» показал себя не столь же состоятельным, как в короткометражном кино. Особенно разочаровала его дебютная вещь («Отхончик, первая любовь»), некоторые сцены которой выглядят откровенно пародийными.

На мой взгяд, явно не тянет на шедевр и обласканный некоторыми критиками «Булаг.Священный источник» Солбона Лыгденова, где уровень морализаторства и искусственного нагнетания страстей явно зашкаливает. Так что с возрождением и «второй жизнью» бурятского кино пока повременим.

Впрочем, и сами авторы, похоже, достаточно трезво оценивают свои возможности и свои достижения.

На недавнем заседании Совета Народного Хурала (один из вопросов которого был как раз посвящен проблемам господдержки местного кино) приглашенные для участия кинодеятели по сути продекларировали три подхода и три типа позиционирования своей роли в кино.
Так, Баир Дышенов, руководитель компании «БурятКино» (и лауреат престижных международных кинофестивалей в категории короткометражных фильмов) выразил мнение, что кино нужно все-таки подразделять на коммерческое (массовое) и авторское (фестивальное). При этом приоритетом для государственной поддержки, по его мнению, должны пользоваться проекты, которые могут обогатить национальную культуру и искусство.
Еще один видный деятель «нового бурятского кино», кино- и театральный режиссер Солбон Лыгденов высказался в поддержку масштабных проектов, способных внести лепту в дело нравственно-патриотического воспитания подрастающих поколений. По его мнению, в случае активного соучастия в финансировании подобных проектов республика могла бы хорошо на этом зарабатывать.

Наконец, руководитель компании «Пятый элемент» Евгений Замалиев дал понять, что не видит ничего зазорного в коммерческой составляющей производства местных фильмов, поскольку это может помочь в организации дополнительных рабочих мест, увеличении поступлений в республиканский бюджет, избежать оттока молодых специалистов из региона. Но все это только в том случае, если кинопроизводство в Бурятии будет поставлено на профессиональный уровень и бурятское кино станет полноценной доходной частью экономики республики.
Справедливости ради, «коммерческая ниша» сегодяшнего бурятского кино представлена не только проходными вещами. Те же Роман Асхаев, Александр Фролов и некоторые другие, образно выражаясь, находятся на «подходе к профессии» и вполне могут достичь достаточно крепкого российского уровня. Не случайно ведь «Решала-2» Р. Асхаева (хотя в художественном смысле он оказался послабее первого фильма) в российском прокате собрал, по одним данным, 18 миллионов рублей, по другим – более 30 миллионов…

Как выйти «из затемнения»

Вообще-то, это один из старейших операторских приемов, который, как правило, используется для плавного и спокойного завершения сцены или эпизода - чтобы дать понять зрителю, что между сценой, которая закончилась, и сценой, которая началась, прошло какое-то время.

В случае с господдержкой бурятских кинематографистов все же не все так беспросветно, как может показаться на первый взгляд. Конечно, вряд ли в обозримом будущем в местном бюджете появятся значительные свободные средства, которые власти могли бы направить на прямую финансовую поддержку местного кинопроизводства. В этом смысле нам, конечно, до Якутии с ее ежегодными 500-700 миллионами рублей на поддержку национального кино, как до Луны.

Источник: "Молодёжь Бурятии"