β
$ 59.66
66.68
Авторизация
Войти Напомнить пароль

Логин

Пароль

"Эхо Москвы" "Русское радио"


21 мая 2010, 09:58

Номер один

Две стороны одной Манзыревой

Верховный суд Бурятии продолжает рассмотрение уголовного дела об убийстве семьи Манзыревых. Слушания длятся уже полтора месяца. Из списка присяжных выбыл ещё один заседатель. Однако до судебных прений ещё далеко. Напомним, что на прошлой неделе сторона обвинения завершила представление доказательств вины подсудимых Ирины Манзыревой и её экс-супруга Сергея Жубрина. Суд перешел к другой стадии судебного следствия – теперь адвокаты обвиняемых пытаются доказать, что их доверители непричастны к убийству ближайших родственников Ирины.

Отдала мужа другой

Сторона защиты решила начать эту стадию с допроса свидетелей. В зале судебного заседания, наконец, появилась нынешняя жена Сергея Жубрина – Лариса Колмынина. Во время предварительного следствия она отказалась давать показания, воспользовавшись правом не свидетельствовать против своего супруга. В суд явилась в качестве свидетеля со стороны защиты. Так Жубрин оказался в окружении своих любимых женщин. Его бывшая супруга сидела рядом с ним на скамье подсудимых, а нынешняя стояла у свидетельской трибуны. Ирина Манзырева со дня образования этого любовного треугольника вела себя весьма нетипично. Сначала, по словам Колмыниной, она была против их с Жубриным отношений, но вскоре вдруг смирилась и даже сама договорилась о встрече с разлучницей, чтобы сказать ей, что она больше ни на кого не обижается и чуть ли не благословляет пару. Однако такое поведение бывшей супруги любимого нисколько не удивляло девушку.

Но вернёмся к событиям 2 февраля 2009 года. Колмынина рассказала, что в этот день в 14.00 часов она встретилась с Жубриным на остановке «Аптека» на улице Гагарина. После чего они пошли в квартиру её подруги, которая находилась неподалёку, где у них состоялась «интимная встреча». Подсудимый, по её словам, никуда не торопился, но всё же через час покинул место встречи и отправился к своим родственникам на Пушкина, 10.

Туда он, якобы, пошел для того, чтобы взять каталоги косметической продукции «AVON». «Мне нужно было приобрести кое-что к свадьбе», - пояснила суду Колмынина. Дело в том, что поженились они с Жубриным в марте 2009 года, а в феврале ещё прибывали в статусе жениха и невесты и готовились к свадьбе. В первый раз влюбленные отправились подавать заявление в ЗАГС в конце января 2009 года. Однако не смогли этого сделать, поскольку у Жубрина не оказалось с собой свидетельства о расторжении предыдущего брака. Потом несколько дней жениху было страшно некогда. То он ремонтировал на работе какой-то ЗИЛ, то не мог забрать свидетельство о расторжении брака у своей бывшей жены Ирины Манзыревой.

Ларису Колмынину, с её слов, не удручал тот факт, что проживал её возлюбленный на тот момент со своей бывшей женой, не удивляло и то, что на протяжении нескольких дней, проживая с Манзыревой по одному адресу, он не мог забрать у неё свидетельство. И не смущало её даже то, что документы Жубрина по-прежнему хранятся у Ирины, ведь после развода каждому из бывших супругов выдаётся свой оригинал свидетельства о расторжении брака. После неудачной попытки подать заявление в ЗАГС они встретились лишь 2 февраля на остановке «Аптека». Однако же если до этого момента Жубрин никак не мог покинуть своё рабочее место, поскольку денно и нощно ремонтировал ЗИЛ, то в этот день он был на удивление свободен в своих перемещениях. В два часа дня подсудимый отправился на свидание со своей невестой. В три часа пошел к родственникам бывшей жены за каталогами, а уже оттуда, по её словам, он поехал к себе домой, на Урожайную, 31, топить печку.

Прервал свидание из-за каталогов

На вопрос председательствующего судьи, как там в торговом доме «Надежда», вообще, с дисциплиной, если сотрудник позволяет себе отлучаться с работы на полдня, Колмынина ответила, что «очень строго», и «Киселёва постоянно звонит всем и контролирует их местонахождение». Напомним, свидетельница Киселёва, коллега по работе Жубрина, уже давала показания в суде, где говорила о том, что подсудимый отсутствовал на работе 2 февраля 2009 во второй половине дня. Именно её звонки он принимал, когда находился в районе, где было совершено преступление. Лариса Колмынина знает о работе Жубрина не понаслышке, поскольку сама там некоторое время работала, где и познакомилась со своим будущим мужем.

Свидетельница очень детально помнит, что и во сколько она делала 2 февраля 2009 года. Во сколько она подъехала к остановке «Аптека», когда появился Жубрин, на каком маршрутном такси он прибыл, во что он был одет, что было у него в руках и даже помнит, сколько раз в этот день они созванивались. Но у неё совершенно вылетело из головы, что в её жизни происходило 30, 31 января и 1 февраля.

После «интимной встречи» Жубрин и Колмыниниа встретились 3 февраля и подали-таки заявление в ЗАГС. Об убийстве родственников бывшей жены жениха, она узнала спустя несколько дней. «Я смотрела местные новости, когда домой пришел Сергей (после подачи заявления в ЗАГС они стали жить вместе у Колмыниной – прим. авт.). Сел со мной рядом. Начался сюжет. Сначала показали  дверь в квартиру. Сергей сразу сказал: «какая-то знакомая дверь». Потом рассказали, что там были убиты три человека», -  поведала свидетельница. Жубрин ей пояснил, что это родственники его бывшей жены Ирины – мать, сестра и маленькая племянница. После чего, по её словам, он был «в подавленном состоянии», но не удивился этой страшной новости.

Однако Колмынина даже не спросила у Жубрина, видел ли он Манзыревых в тот день, когда пошел к ним 2 февраля. А про каталоги он позже ей как-то очень невнятно сказал, что «забыл». Она так и не поняла, что именно забыл любимый – зайти к родственникам, куда он побежал со свидания или взять у них каталоги, за которыми он, собственно, к ним и пошел.

Зато свидетельница очень хорошо запомнила, что 2 февраля во время их свидания на руке у Жубрина уже был глубокий порез на правой руке. Тем не менее, он в этой руке держал папку с документами. Позже он пояснил ей, что порезался тросом и залил рану бензином. Разглядывать повреждение она не стала, равно как и не задумалась, как можно порезаться круглым тросом, и что будет, если рану залить бензином. Притом, свидетельница Киселёва 2 февраля тоже видела Жубрина. Видела в первой половине дня и вечером, однако же порез он ей нарочито показал только утром 3 февраля.

Ирина ни в чем не знала нужды?

В зал судебного заседания также явились коллеги Ирины Манзыревой. Две женщины работали в Академии культуры вместе с ней до взятия её под стражу. А ещё одна сначала училась на курсе у Манзыревой, а потом и вместе с ней работала на кафедре. Все они говорили практически об одном и том же. Свидетельницы показали, что Ирина Манзырева никогда не испытывала финансовых затруднений, на работе она занимала две должности и в месяц получала солидное жалование. Плюс ко всему Ирина подрабатывала: проводила корпоративы и детские праздники, великолепно шила и даже некоторое время занималась частным извозом. Она всегда была прекрасно одета, пользовалась дорогой косметикой и никогда не жаловалась на жизнь. До отъезда в Челябинск в их семье было три машины – у Манзыревой, у её дочери Екатерины и у Жубрина.

Сколько автомобилей осталось у них по возвращению в Бурятию никто из них не помнит, но все помнят, что их стало меньше. Все свидетельницы также знали Ларису, поскольку в начале двухтысячных годов та училась в Академии культуры. Но никто из них не знал Екатерину Прокопьевну Манзыреву, мать Ирины и Ларисы. Тем не менее, это не помешало им ещё за несколько лет до трагедии обсуждать её собственность. По их словам, никто из них не знал о существовании завещания. Кроме того, у коллег складывалось впечатление, что и сама Ирина не подозревала о нём. Однако же разговор за «чашкой кофе» получился такой: «Мы просто ей сказали: Как же так? Ведь все же достанется Ларисе. А что же ты?». Она ответила: «Лариска неприспособленная, пусть ей всё и достанется», а у неё (Ирины) и так всё есть – дом, машина, работа, огород и главное – дочь».

Этот давний диалог, озвученный в зале суда, вызвал много вопросов со стороны участников процесса. Например, почему дамы решили, что «Екатерина Прокопьевна скоро должна прекратить жить и пора делить наследство», если сама Ирина Манзырева ничего коллегам о квартире не говорила и, более того, даже не знала о том, кто унаследует жильё, то зачем нужно было говорить  ей о том, что, мол, «тебе ничего не достанется»? Коллеги Ирины Манзыревой ответили, что это просто они сами обсуждали, моделировали ситуацию, а самой Манзыревой ничего и не нужно было, ведь она всегда пользовалась элитной косметикой «Yves Rocher» (Ив Роше), а, стало быть, ни в чем никогда не нуждалась.

Однако же эти показания полностью противоречат словам родственников, которые все в один голос в зале суда говорили, что жила Ирина всегда бедно. Скромный засыпной домик на Бурводе, кредиты и долги – это всё, что было у Манзыревой и Жубрина. А машину они продали ещё до отъезда в Челябинск, и денег у них никогда не было. Даже похороны Екатерины Прокопьевны, Ларисы и Анечки полностью оплачивали потерпевшая Валентина Хромых и её муж. Кто же знал настоящую Ирину Манзыреву? Возможно, она всегда умела делать хорошую мину при плохой игре? И что же скрывала подсудимая – своё благополучие от родственников или долговую яму от коллег? Ответ на эти вопросы мы узнаем после вердикта присяжных.

Источник:

Юлия Хороших, «Вечерний Улан-Удэ – Неделя»

© 2004-2017 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г.
выдана Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия

 Наверх 

При перепечатке текстов либо ином использовании текстовых материалов с настоящего сайта на иных ресурсах в сети Интернет гиперссылка на источник обязательна. Перепечатка либо иное использование текстовых материалов с настоящего сайта в печатных СМИ возможно только с письменного согласия автора, правообладателя. Фотографии, видеоматериалы, иные иллюстрации могут быть использованы только с письменного согласия автора (правообладателя) и с обязательным указанием имени автора и источника заимствования

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.

^