Уже прозвучало предупреждение от главы Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александра Шохина о риске «осенних банкротств», а все долги нашего бизнеса (банками друг другу) приближаются уже почти к 300 триллионам рублей — это почти треть квадриллиона рублей — исторический рекорд! Редакция «Выберу.ру» поговорила с видными экономическими аналитиками. Рисуем древо угроз — от обвала нефти до потребительских «ножниц». Разбираем по косточкам все сценарии, которые способны превратить привычные осенние заботы в экзистенциальную тревогу для каждого из нас, а также для предпринимателей и чиновников.

Что будет с экономикой РФ: «чёрные лебеди»

Глава РСПП Александр Шохин забил на прошлой неделе в набат. Он предупредил, что массовые банкротства компаний осенью 2026 года становятся вполне реальной угрозой: спрос сжимается, кредитные платежи остаются огромными, а национальные проекты — вчерашние флагманы инвестиционной активности — теряют заказы. Иностранные конкуренты с дешёвыми кредитами и субсидиями снижают цены и закрывают нашим производителям и внутренний, и внешний рынки.

Результат — без окупаемости рискуют остаться самые амбициозные игроки. А если Центробанк (ЦБ) будет продолжать «жестить» с ключевой ставкой на нынешних уровнях, то волна банкротств компаний станет неизбежностью.

 
Лебедь первый — рецессия

 
Доктор экономических наук, бывший заместитель министра экономики Алексей Ведев, согласен с Шохиным, но смотрит дальше. Он заявил, что рецессия вполне возможна:

— Вероятность дефолтов, конечно, повышается. Финансовое состояние предприятий разнородное, но общий корпоративный долг предприятий перед банками составляет уже более 100 триллионов рублей. Обслуживание коротких кредитов под 30 процентов годовых под силу не всем. Мне текущая ситуация всё чаще напоминает эффект «Lehman Brothers»: рынок акций у нас уже ниже уровня 2008 года, а кризис плохих долгов, как показывает история, нарастает лавинообразно. Просрочка с условно безопасных 5–7 процентов может за квартал взлететь до 30 процентов — и в корпоративном, и в розничном сегменте. Тогда посыплются региональные банки с базовой лицензией, те, что специализируются на кредитовании бизнеса. Упадёт промышленное производство, выпуск потребительских товаров и услуг, — считает директор департамента макроэкономической политики Евразийской экономической комиссии Алексей Ведев.

Это и есть первый «чёрный лебедь» — долговой кризис, банкротства компаний и снижение предложения в магазинах.

 
Лебедь второй — дефицит бюджета и призрак геополитики

Сейчас у нас высокий дефицит бюджета. Дыру в казне частично закрывают за счёт наращивания государственного долга — выпускают облигации федерального займа (ОФЗ). Дефицит может быть ещё больше, если придётся увеличить расходы, например, на СВО.

Дмитрий Голубовский, эксперт по финансовым и товарным рынкам, добавляет: именно военно–политическая ситуация и потенциальный резкий набор российских граждан в вооружённые силы могут преподнести шок, который потребует сильного роста государственных расходов.

— Если потребуются экстренные траты на эскалацию, ставки по долгу поползут вверх даже без повышения ключевой. Геополитика и наша внешняя политика — абсолютно непредсказуемый фактор. Это главный «чёрный лебедь», который способен обрубить любые прогнозы хоть какого–то устойчивого развития, — считает Дмитрий Голубовский, аналитик компании «Золотой монетный дом».

Если Голубовский прав, то рост дыры в бюджете способно разогнать инфляцию, а её ЦБ будет подавлять ужесточением ключевой ставки. Деньги будут дорогими и бизнес не будет расти, как и экономика.
Лебедь третий — обвал нефти, рубль под ударом

Дмитрий Голубовский обрисовывает ещё одного «чёрного лебедя» — вероятный обвал цен на нефть и его прямое влияние на курс рубля, как в 2008 году — тогда баррель с летних 147 долларов рухнул к декабрю ниже 40 долларов из-за глобальной рецессии.

— Сейчас конфликт Ирана и США может взвинтить котировки до 150 долларов за баррель к августу, но дальше мир не выдержит — рецессия начнётся с Азии (Япония, Южная Корея, Тайвань зависят от импорта энергии), перекинется на Европу, Китай затормозит. И те же цены на нефть упадут до 50 долларов за баррель, оставив российский бюджет с зияющей дырой, — говорит Дмитрий Голубовский.

Падение экспортной выручки может ослабить рубль. Это ещё один повод для роста цен в магазинах.

— Август — традиционно негативный месяц для рубля. Если бюджетное правило не будет применяться в полную силу, курс могут разогнать до 90–100 рублей за доллар уже осенью, а не к Новому году. А это сразу означает дополнительную инфляцию и новый виток давления на бюджет. Для простых граждан это обернётся удорожанием импорта, ростом цен на технику, лекарства и зарубежные поездки, — говорит Алексей Ведев.

Лебедь четвёртый — рост тарифов ЖКХ и РЖД для населения

 
Пока эксперты спорят о новых «чёрных лебедях», два «старых слона» уже топчутся по семейным бюджетам. С первого октября 2026 года тарифы ЖКХ снова пойдут в рост (правительство разрешило поднять их на 8–22 процента). Тогда же РЖД повысит свои тарифы почти на 10 процентов, что ударит и по пассажирам, и по грузоперевозкам, добавляя издержек бизнесу. Это не неожиданный шок, а планомерное удушение спроса, которое усугубляет эффект высоких ставок.

Пятый лебедь — снижение реальных доходов населения

Заслуженный экономист России Вадим Гришин рисует картину «экономических ножниц» осенью — ситуации, где растущие цены и коммунальные платежи режут реальные доходы населения, а зарплаты не успевают компенсировать эти потери.

— Рост тарифов на ЖКХ и у РЖД повлияет на стоимость всех платных услуг — от продуктов до медицины и образования. Зарплаты так резво расти не будут, особенно в бюджетной сфере. Малый и средний бизнес закрывается, ширпотреб сворачивается, — считает Владимир Гришин заслуженный экономист России, профессор, основатель системы обязательного медицинского страхования, кандидат медицинских наук, доктор экономических наук.

— Урожай в этом году неплохой, он может войти в топ–5 рекордных. Но есть проблемы, которые могут привести к ускорению роста цен. Об этом рассказал доктор экономических наук, экс-замминистра сельского хозяйства Леонид Холод.

— Апрель был холодный, а также дожди в июне–июле. Пришлось позже убирать урожай и молотить зерно. То есть, фермеры позже получают прибыль. Неуверенность предприятий по топливу сейчас большая. Комбайн ест тонну топлива в сутки. Если топливо дорогое, то идёт простой уборочной техники. А она арендована часто, машинисты наняты со стороны, они не на зарплате. Рентабельность из–за простоя, дорогого топлива и поздней уборки падает, расходы растут, цена на зерно может взлетать, потому что компаниям надо отбивать расходы. Тогда идёт вверх стоимость многих других сельхозтоваров: птицеводы, свиноводы, те, кто разводят коров, кормят животных зерном, значит быстрее и дорожает мясо, — говорит Леонид Холод.

Вывод

При всей мрачности сценариев есть аргументы, которые уменьшают их вероятность.

Во–первых, госбанки и системно значимые финансовые организации не рухнут, их поддержат правительство и ЦБ.

Во–вторых, Центробанк имеет пространство для смягчения политики уже в ближайшие месяцы, если инфляция продолжит замедляться. Шохин не случайно говорит об объективных предпосылках для снижения ставки.

В–третьих, высокие цены на нефть пока никуда не делись, а бюджетное правило (пусть и ослабленное) страхует от резких колебаний курса.

Наконец, российская экономика не раз доказывала способность адаптироваться к шокам, а бизнес находит обходные пути даже в самых суровых условиях.

Тем не менее, наступающая осень 2026 года обещает стать проверкой на прочность. «Чёрные лебеди» тем и опасны, что прилетают бесшумно. Лучше готовиться к шторму заранее, чем после него искать виноватых.