$ 64.15
68.47
Авторизация
Войти Напомнить пароль

Логин

Пароль

"Баргузин ФМ"
"Эхо Москвы" "Русское радио"


14 января, 12:06

Россия в череде девальваций слабых экономик выступила первой (12.01.2016)

Embed Music Files - Share Audio - Особое мнение И... 12 января 2016 года

Кандидат экономических наук, сотрудник планового отдела Бурятского государственного университета Илья Никифоров обсуждает с ведущим программы "Особое мнение" Игорем Озеровым планируемое сокращение расходов российского бюджета на 10 процентов, насколько хватит золотовалютных резервов России и правильно ли Путин их оценивает их объёмы, в какой фазе кризиса находится Россия, как избежать зависимости рубля от разнообразных международных факторов, стоит ли России поддерживать рубль ресурсами Центробанка, и другие вопросы.

(с сокращениями)

И. Озеров

- Здравствуйте, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» программа «Особое мнение», в студии Игорь Озеров, и мой сегодняшний гость - Илья Никифоров, кандидат экономических наук, сотрудник планового отдела Бурятского государственного университета. Илья, добрый день!

И. Никифоров

- Добрый день, Игорь, с Новым годом, Игорь, рад тебя видеть!

И. Озеров

- С Новым годом, взаимно! Первая наша встреча в этом году, и говорить мы будем о вещах совсем непраздничных, так скажем – о долларах, евро, баррелях, и о том, что нам за это всё будет, как это всё будет развиваться, и куда мы катимся, или не катимся, наборот. Новостей по этому поводу много…

И. Никифоров

- Да, вообще…

И. Озеров

- …по поводу нефти, это такой обратный отсчёт каждый день – 34, 33, 32, 31…

И. Никифоров

(смеётся) – Когда будет ноль?

И. Озеров

- Или, может, до нуля не дойдёт? Одна из последних новостей, тоже, связанных с этими всеми вещами нашими динамичными -правительство Россия сократит расходы бюджета 2016 года на 10 процентов, но, как уверяют в правительстве, эти сокращения не коснутся бюджетников. И, в то же время, в последний месяц мы слышим о задержке зарплаты бюджетников в Забайкальском крае, в Республике Тыва – все, в принципе, наши соседи. Как ты считаешь – эти вещи взаимосвязаны, правительство уже не может контролировать ситуацию, или это какие-то локальные региональные проблемы?

И. Никифоров

- Я думаю, что, скорее всего, если какие-то в конце года были затруднения, то, это, скорее всего, связано с проблемами в механизмах исполнительной власти. Вряд ли это свидетельствует о уже начавшемся катаклизме, коллапсе нашего бюджета, потому что, он свёрстан из расчёта 50 долларов за баррель…

И. Озеров

- Бюджет наш, да?

И. Никифоров

- Да, сейчас мы видим нефть Brent торгуется за 30 долларов за баррель. Получается, что у нас уже будет серьёзная нехватка валютных поступлений от нефтяного экспорта, поэтому сейчас уже предлагают срочно перестать бюджет. Он у нас перевёрстывается законодательно. Надо срочно созвать Госдуму, Совет Федерации из расчёта хотя бы 40 долларов за баррель. А, вообще, при таком дефиците, при таком падении у нас, конечно, есть подушка…

И. Озеров

- Мы попозже ещё эту подушечку обсудим обязательно.

И. Никифоров

- Пока я лично не вижу коллапса, это локальный затык в финансовой системе, в регионах.

И. Озеров

- К подушке, как раз, которую ты упомянул, вернёмся. Недавно Путин дал интервью немецким журналистам, вчера первую серию опубликовали, буквально сейчас вторая часть этого интервью Кремлём выкладывается. Путин оценил золотовалютные резервы России, минимум, в 450 долларов (оговорка – 450 миллиардов долларов – ред.) – это резервы Центробанка и два фонда правительства. Между тем, на сайте Центробанка по состоянию на конец декабря эти резервы составляют не 450 миллиардов долларов, а 370,2 миллиарда, если быть точным, включая в себя все эти фонды. Ладно, ошибочку в 80 миллиардов оставим на совести президента, хотя, деньги-то немаленькие. Как ты считаешь, этой подушки, насколько её хватит в случае, если нефть будет оставаться в районе сегодняшних 30-ти долларов за баррель?

И. Никифоров

- Касаясь его интервью, я думаю, что эта ошибка – она, немножко, лукавство. Он не мог ошибиться, его цитата, его прямая речь - он сказал, что у нас резервов чуть больше 300 миллиардов. И ещё, сказал…

И. Озеров

- И плюс.

И. Никифоров

- Он не «плюс», сказал - а ещё у нас есть фонд национального благосостояния и резервный фонд.

И. Озеров

- Но, между «ещё» и «в том числе» есть разница.

И. Никифоров

- Тут он, конечно, может всегда оставить себе отходной путь – сказать, что я имел в виду, что они входят, то есть, эти тонкости… Понятно, что никто кроме специалистов вникать слишком не будет.

И. Озеров

- Если они входят, тогда он уже в другую сторону на 70 миллиардов промахнулся (смеются).

И. Никифоров

- Он мог сказать – в общем у нас свыше 300 миллиардов, и он, получается, что прав, хотя, тут говорят, что у него негодные советники, которые его неправильно его научили, ему подсказали. Но, это, я думаю, небольшое лукавство, которое он допустил. Суть не в этом, не в его политесах, и так далее. Насчёт твоего вопроса – у нас по 2015 году образовался дефицит, хотя бюджет сокращали – порядка 1,9 триллиона рублей. Если такими темпами, то у нас фонд составляет около девяти триллионов – можно посчитать, что на три года нам этих резервов хватит. В принципе, подушка…

И. Озеров

- Довольно неплохая, да?

И. Никифоров

- Да, только этих двух фондов – резервного и фонда национального благосостояния. А фонд Центробанка, этих резервов, скорее всего, свободных нет, потому что это идёт на обменные операции для осуществления обменной торговли. Поэтому, наше правительство может оперировать только этими двумя фондами, о которых мы говорим. Но, в принципе, их достаточно. То есть, если мы увеличиваем курс до ста рублей за доллар при 30-ти (долларов за баррель нефти – ред.), то мы имеем порядка трёх лет, чтобы при текущем бюджете, его немножко сокращают сейчас, поддерживать бюджетные расходы.

И. Озеров

- Илья Никифоров в программе «Особое мнение». Илья, ну, ты гораздо более оптимистичен – как правило, мы слышим экспертные мнения о том, что 2016 год, и всё, в лучшем случае.



И. Никифоров: Если мы увеличиваем курс до ста рублей за доллар при 30-ти (долларов за баррель нефти – ред.), то мы имеем порядка трёх лет, чтобы при текущем бюджете, его немножко сокращают сейчас, поддерживать бюджетные расходы





И. Никифоров


- Наш Центробанк, я считаю, достаточно разумно поступил, когда девальвировал валюту. Некий психологический шок это был в прошлом году, когда отпустил курс рубля и доходило до 75-ти, 76-ти рублей за доллар. Где-то в обменных пунктах люди видели 100 рублей. Год прошёл - вроде ничего не изменилось катастрофически, но, люди сейчас эти 75 рублей за доллар уже воспринимают спокойно. А Россия в череде девальваций слабых экономик выступила первой, и, таким образом, избежала жёсткой панической посадки, жёсткого приземления - мне так кажется.

И. Озеров

- Путин на большой подытоживающей пресс-конференции в декабре прошлого года заявил о том, что пик кризиса пройден. Алексей Кудрин сказал, что дна кризиса мы ещё не достигли. Кто-то оперирует вершинами, кто-то – дном, но, мысль одна и та же. Как ты считаешь, к кому ты ближе – к Кудрину или к Путину?

И. Никифоров

- Тут, конечно, нужно слушать всё в контексте. Путин, скорее всего, говорил о локальном кризисе в российской экономике, Кудрин, скорее всего, говорил о кризисе мировой экономики, который мы увидим в течение ближайших пяти лет. Мировая экономика, особенно, экономика развитых стран, она имеет очень большой запас инерционности. А российская экономика, я считаю, - прав тут Путин, - достигла своего дна. Почему я так считаю? Потому что Россия пик выплат уже прошла. В 2014 году был пик выплат по внешним долгам - это корпоративный сектор, госдолга, вообще, практически, нет, там очень небольшая сумма. Порядка полтриллиона должен был корпоративный сектор, в 2014 году основная сумма, и в 2015-м. Как раз-таки, в это время закрыли внешнее финансирование, то есть, невозможно было перекредитоваться. Это прошли за счёт подушки Центробанка, этих резервов, за счёт валютных РЕПО - кредитов валютных, центробанковских. Они поддержали банки, которые занимали дешёвые кредиты на Западе. Сейчас у нас – сентябрь, декабрь – прошли основные выплаты. У нас в 2016 году очень небольшая сумма выплат по этим кредитам в отличие от многих западных стран. Во главе, конечно, США - там порядка четырёх триллионов долларов – сравнить, допустим, с нашими восемью миллиардами, которые у нас на 2016 год запланированы, выплаты по купонам, по кредитам. Тут, в этом отношении Россия, конечно, в очень хорошем состоянии. И дно, мне кажется, достигнуто по падению производства. Тут глава государства
говорит оптимистично, исходя из того, что даже при таком падении экономики, при такой девальвации закономерно должен начаться рост производств - по крайней мере, продуктов питания, и так далее. Сейчас уже, в принципе, многие видят, что финны приезжают в Питер, покупают продукты, казахи до их девальвации приезжали…

И. Озеров

- К нам монголы…

И. Никифоров

- К нам здесь монголы приезжают, и так далее. Сейчас же у нас глобальная экономика – тут, понятно, никак не закроешь, и интересна стала продукция российского производства для внешнего мира.

И. Озеров

- То есть, привлекательная по цене.

И. Никифоров

- Да.

И. Озеров

- Ещё вопрос – ты говорил о том, что в результате санкций потеряли наши банки возможность кредитоваться на Западе. Как сильно это нас подкосило? Или Центробанк поддержал отечественные кредитные организации и прошли мы это безболезненно?

И. Никифоров

- В целом, это, конечно, серьёзный был удар. Но, в принципе, аналитики про это говорили давно. Начиная с 2006 года, так называемый, «долларовый пылесос». То есть, вся эта ликвидность, долларовая в первую очередь, она вышла из активов стран со слабой экономикой. Без разницы – либо не кредитовали бы директивным путём, запретом «плохой» стране, либо просто невыгодно, надо убегать из этих активов, потому что у себя на родине пожар, там надо уже закрывать эти кредиты, эти выплаты, и так далее, в метрополии – США, и так далее, является финансовой метрополией. Про это знали многие, и санкции, они хоть и ограничили приток, рефинансирование кредитов, но, аналитики банков, финансовых институтов, они об этом знали. Они же начали ещё до санкций закупать валюту, и, таким образом, толкать её вверх, и опускать курс рубля. Поэтому, в целом для экономики это плохо – отсутствие свободного финансового притока, но, к этому все шло, состояние мировой экономики предполагало это.

И. Озеров

- Но, Центробанк российский более дорогие деньги предлагает в любом случае?

И. Никифоров

- Да, конечно, началась уже спекуляция - брать дешёвые деньги там. Тут же население, которое поддалось панике – население, предприятия, все же стали покупать валюту. Банки, которые, вроде бы, надо было спасать, они начали на этом зарабатывать. И тут Центробанк был просто вынужден… То есть, они резали хвост по кусочкам. В 2008-2009 году многие экономисты – Хазин, Делягин - ругались из-за этого - надо сразу раз и девальвировать, чтобы остановить спекуляцию. А то получается – сейчас ты покупаешь, значит, через три месяца в результате интервенции Центробанка курс доллара вырастет – поэтому, ты спокойно можешь брать кредиты в этом же Центробанке, и играть против Центробанка, спекулировать валютой. Поэтому, Центробанк был вынужден, учтя эти, ошибки, повысить ключевую ставку.

И. Озеров

- На возможных моделях поведения Центробанка мы ещё попозже поговорим. Нашим радиослушателям я напоминаю, что программу «Особое мнение» вы можете не только слушать в эфире радиостанции «Эхо Москвы», но, и читать, и также слушать на сайте baikal-media.ru в разделе «Эхо Москвы интервью», а также задавать вопросы нашим героям, и комментировать их выступления. Следующий вопрос, опять с российским президентом связан – в октябре 2014 года Путин говорил, что мировая экономика рухнет при сохранении цены на нефть в 80 долларов за баррель, когда она со ста с лишним стала опускаться. А на днях президент объяснял немецким журналистам плюсы для экономики России низкой цены на нефть, которая сейчас уже 30 за баррель. Какая цена, на твой взгляд, может являться дном? Мы говорили про обратный отсчёт, ну, ноль, понятно, не будет, наверное – и для мировой экономики, и для России самые разные прогнозы есть, про 20 кто-то уже говорил.

И. Никифоров

- Я бы хотел немножко уточнить цитату Путина, это же в контексте надо рассматривать. Там был вопрос о сланцевой революции. Когда цена предложения нефти резко увеличилась, США стали экспортёрами. Все подумали, что открыта суперновая технология - добыча сланцевой нефти, и Путин в контексте этого, как раз, сказал что при 80-ти долларов за баррель производство сланцевой нефти убыточно. Он не сказал, что вся мировая экономика разрушится, он сказал, что сланцевая…

И. Озеров

- Именно об этом способе добычи.

И. Никифоров

- Да, сланцевое производство остановится, потому что, на этих месторождениях точка безубыточности – от 50-ти до 60-ти долларов за баррель. И мы сейчас это видим. Сейчас сланцевая индустрия остановилась. Контракты, которые у них были заключены по высоким ценам, сейчас закончились. Сейчас они вынуждены по низкой цене заключать, количество этих скважин катастрофически упало, гигантская безработица в Канаде и США, где занимались этой добычей, сланцевый пузырь лопнул. А высокая цена на нефть подсадила Россию на «голландскую болезнь», сырьевую зависимость, причём эта конъюнктура от России не зависела. Никто не может понять, как формируется цена на нефть?

И. Озеров

- Она формируется, как и любая другая цена.

И. Никифоров

- Все говорят о честной конкуренции на открытом рынке, но, на самом деле, нефтью торгуют лишь две площадки, которые завязаны на западных финансовых центрах - в Лондоне и в США - свободной торговли нефтью нет. А высокие цены на нефть угнетали нашу отечественную промышленность, наше производство.

И. Озеров

- Расслаблял нас.

И. Никифоров

- В России никогда не было такого объёма субвенций, субсидий, дотаций, стипендий, пенсий.

И. Озеров

- Материнских капиталов.

И. Никифоров

- Из ста рублей, которые человек получал, был 21 рубль безвозмездных субсидий. Принизких ценах на нефть и слабом рубле сейчас мы наблюдаем, как те же монголы, китайцы, финны едут к нас – вот он шанс спрыгнуть с нефтяной иглы.

И. Озеров

- Вот они, плюсы открытой экономики.

И. Никифоров

- Да, это очень болезненно…

И. Озеров

- Но, это лучше, чем ничего – лучше, чем закрытая страна.

И. Никифоров

- Это дискуссионный вопрос – закрытая страна была бы защищена от денежных цунами.

И. Озеров

- Но, в одном пакете с закрытой страной - и невозможность выезда, это всё жёстко цепляется одно за другое, согласны ли мы будем в этой золотой клетке жить?

И. Никифоров

- Да, любое ограничение – это всегда плохо. Некоторые аналитики считают, что цивилизация, основанная на нефти, исчерпала себя. Но, у нас в России этот момент отодвигается на 2030-2040 год.

И. Озеров

- Ослабление рубля по отношению к доллару и евро продолжается, на это влияет, помимо падения цен на нефть, и замедление экономики Китая. Почему наш рубль так зависим от внешних факторов?

И. Никифоров

- Потому что это было условие принятия нас в дружную глобальную семью народов. Соответственно, наша валюта стала пересчитываться через всемирный валютный эквивалент – доллар США.

И. Озеров

- Резюмируя – всё не так плохо, как кажется на сегодняшний день?

И. Никифоров

- Конечно, мир внезапно не перестанет потреблять нефть, и есть продукты питания.

И. Озеров

- В программе «Особое мнение» сегодня был Илья Никифоров, кандидат экономических наук, сотрудник планового отдела Бурятского государственного университета, в студии работал Игорь Озеров, всего доброго до свиданья!

И. Никифоров

- До свиданья!



Комментарии и вопросы героям интервью (0)

Имя

Комментарий

CAPTCHA
Введите слово на картинке*

© 2004-2015 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г.
выдана Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия

 Наверх 

Перепечатка материалов возможна при указании активной ссылки на данный сайт.

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.

^