$ 63.3
67.21
Авторизация
Войти Напомнить пароль

Логин

Пароль

"Баргузин ФМ"
"Эхо Москвы" "Русское радио"


12 декабря 2015, 18:12

Бурятия - не единственный регион, который пытается сейчас подключиться к «Силе Сибири» (11.12.2015)

Music Hosting - Upload Audio - Особое мнение Е... 11 декабря 2015 года

Редактор интернет-журнала "Республика" Евгения Балтатарова обсуждает с ведущим программы "Особое мнение" Игорем Озеровым возможную газификацию Бурятии, развитие инцидента с мэром Улан-Удэ и работниками федерального телеканала "Россия24", возможный приход на место министра экономики нынешнего сити-менеджера Улан-Удэ, послание президента России Федеральному собранию, возможную проверку следственным комитетом высказываний Михаила Ходорковского на экстремизм, ситуацию с коттеджем экс-ректора БГУ, официальный перечень соответствий терминов и должностей на бурятском языке, и другие вопросы.

И. Озеров

- Здравствуйте, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» программа «Особое мнение», в студии Игорь Озеров, и сегодня мы разговариваем с Евгения Балтатаровой, редактором интернет-журнала «Республика». Женя, добрый день!

Е. Балтатарова

- Привет!

И. Озеров

- Пару дней назад Вячеслав Наговицын на «круглом столе» в Госдуме предложил газифицировать Бурятию, - эту новость мы постоянно обсуждаем, и привезти энерготарифы республики в соответствие с иркутскими. В принципе, вещи он предложил не новые, но, я обратил внимание на мотивацию - он сказал о том, что раз мы сейчас хотим защитить Байкал, и Путин, президент России, об этом совсем недавно говорил, - нам необходимо создать специальный режим функционирования Республики Бурятии, -сказал глава Бурятии, - и тогда всем миром мы можем создать на Байкале специальную зону, Байкальскую природную территорию, на которой формируется весь запас озера. То есть, такая, на мой взгляд, красивая формулировка, и не оторванная от жизни, а соответствующая реалиям современным. Как ты думаешь, получится ли под такой маркой, скажем так, и с учётом озабоченности федеральной, что-то сдвинуть с мёртвой точки?

Е. Балтатарова

- Я тебе скажу так – Бурятия - не единственный регион, который пытается сейчас подключиться к «Силе Сибири», об этом газопроводе идёт речь. Забайкальский край очень активно лоббирует это подключение, в том числе, через Москву…

И. Озеров

- Это вы мониторите сейчас?

Е. Балтатарова

- Да, наше агентство политических исследований недавно выпустило медиарейтинг губернатора Забайкальского края Константина Ильковского. Мы следим за ситуацией, а так как, губернаторы – это, обычно, ключевые фигуры и ключевые точки, вообще, всего происходящего в регионах, в провинции, там понятно, что происходит, благодаря этому медиарейтингу. Ильковский очень плотно всё это дело лоббирует, но, там, так как, от Байкала они далеко…

И. Озеров

- Хотя, Забайкальский край.

Е. Балтатарова

- …они лоббируют это, немножко, с другой точки зрения. Они говорят о том, что очень тяжёлое финансовое положение в крае, там огромный дефицит бюджетных средств, они даже этот год закрыть не могут до конца - зарплаты бюджетникам, льготы, субсидии. Они мотивируют таким состоянием экономики, и, плюс тем, что на территории Забайкальского края очень много заброшенных, полузаброшенных, полуфункционирующих промышленных производств, в Краснокаменске есть очень крупное, как-то….

И. Озеров

- ППГХО (Приаргунское производственное горно-химическое объединение – ред.).

Е. Балтатарова

- Да, урановые дела. По сравнению с Бурятией там, конечно, в этом плане, всё гораздо мощнее в советское время задумывалось - эти крупные месторождения находятся на территории Забайкальского края. Поэтому, они говорят, что если вы нас сейчас газифицируете, если мы сейчас протянем, врежемся либо напрямую, через территорию Забайкальского края, туда, он же по Якутии идёт, туда наверх, и потом уже с Забайкальского края должно идти в Бурятию - такое получается ответвление. Либо ответвление будет вниз через Иркутскую область, Бурятию, и потом в Китай…

И. Озеров

- И до Читы.

Е. Балтатарова

- Да, до Читы, и потом в Китай, конечная точка там должна быть. Насколько это целесообразно будет для Газпрома, они же сейчас заказали…

И. Озеров

- Они заказали технико-экономическое обоснование.

Е. Балтатарова

- …обоснование, сколько будет стоить. Естественно, идёт удорожание самого проекта. Поэтому, понимаешь, тут не Чита от нас зависит, если нам удастся с помощью Байкальского региона – у Читы аргументы экономически гораздо более обоснованы, чем наши. Как ни печально, экология сейчас мало кого трогает, и, если встаёт выбор между экологией и промышленным производством, деньгами и экономикой, то, конечно, выберут экономику. 

И. Озеров

- Ты думаешь? С другой стороны, мы сейчас слышим про эти сине-зелёных водоросли, Путин обозначил не абстрактную экологию, а конкретный, вполне, Байкал, с которым проблемы.

Е. Балтатарова

- Далеко ходить не надо - история со сливом Байкала. Все обращались к тому же Путину, к Медведеву-Путину, говоря, что нельзя допустить дополнительного слива Байкала, понижение уровня, так как, это очень печально скажется на экологии, в первую очередь. И, в принципе, то, что мы видим – водоросли, это напрямую связано с этим. Когда иркутяне им обосновали, что у нас, просто, города не будут функционировать, в Ангарске производство нефтехимическое, урановое, и так далее - вопрос долго не стоял (смеётся) – понизили, всё нормально, и ещё будут понижать дальше. Я думаю, нам стоит обратить внимание на то, что будет происходить в Чите. По моему внутреннему ощущению, у господина Ильковского гораздо большие возможности лоббирования по сравнению с Вячеславом Владимировичем. Не знаю с чем это связано, - может быть, с тем, что Ильковский очень долго работал в энергетической сфере в Якутии, вообще, является бизнесменом. Мы смотрим по его телодвижениям внутри региона и за его пределами - за его пределами деятельность гораздо более активная, чем внутри региона. Поэтому, я думаю, у него шансы побольше, если ему удастся, то нас - просто паровозиком.

И. Озеров

- Но, любой вариант предусматривает подключение обоих регионов?

Е. Балтатарова

- Да, один регион нецелесообразно, просто. Могут взять нас вдобавок, получается… Иркутская область газифицирована, или нет?

И. Озеров

- Там Ковыкта, там, по-моему, частично.

Е. Балтатарова

- Наверное, рассматривается на три региона, скорее всего, я, просто, очень близко не рассматривала теорию, - вообще, как там будет. Сейчас это всё на стадии обсуждения, люди что-то говорят, но, это работа губернаторов - это делать. Если есть возможность, надо её использовать, это залог их, не знаю, успеха. Я смотрю сейчас – что Ильковский, что Наговицын очень активно, практически, уверенно говорят о том, что будет подключение, причём, так интересно - оба в одно и то же время сказали, что газификация – это, практически, основная функция, которую они должны исполнить на своём посту. Это самая главная задача, которую они сейчас видят. Оба сказали, причём, в выборный год, мне кажется, что это не просто так, такие заявления, они на чём-то основаны, значит, есть какие-то договорённости. Поэтому, я думаю, что газификация уже приближается к какому-то позитивному финалу.

И. Озеров

- Скажи, пожалуйста, Женя, насколько это критично и важно, помимо рейтинга губернаторов, скажем так, - кто победит в этой гонке - придёт к нам газ, условно, из Читы, или через нас он пойдёт в Читу?

Е. Балтатарова 

- Без разницы, неважно, из-за кого решат газифицировать наш регион. Надо рассматривать регион не отдельными (субъектами – ред.), а как общий Байкальский регион. Мы начали исследования с Байкальского региона, потому что это, более или менее, менталитетом спаянная общность - и менталитетом, и уровнем жизни населения, и, примерно, количеством населения проживающего, ценности какие-то, может быть, одинаковые, и так далее, экономика, естественно.



 Е. Балтатарова: Что Ильковский, что Наговицын очень активно, практически, уверенно говорят о том, что будет подключение, причём, так интересно - оба в одно и то же время сказали, что газификация – это, практически, основная функция, которую они должны исполнить на своём посту



И. Озеров

- Климатические условия схожие.

Е. Балтатарова

- Структура экономики, климатические условия, менталитет, поэтому какой бы ни был финал, - будем говорить о хорошем финале – каждый губернатор будет это на свой счёт записывать. Видишь, мы ещё достаточно автономные, в медийном плане, регионы – то, что происходит в Забайкальском крае, очень редко интересует здесь людей. Конечно, какие-то резонансные вещи до нас доходят, а кто как варится…

И. Озеров

- Повседневная жизнь, да. Вот есть проект «Середина земли» на «Тивикоме».

Е. Балтатарова

- Они не раскрывают… Понимаешь, тут нужно будет что-то типа интернет-проекта. Я задумываюсь над этим постоянно, потому что, очень интересные вещи происходят. Себя можно понять только в сравнении с другими. И когда ты начинаешь смотреть на другие регионы, и видеть, что какие-то похожие проекты у них реализовываются, но, реализовываются как-то по-другому, может быть, более успешно, а, может быть, менее успешно, - себя начинаешь оценивать уже с этой точки зрения, нашей власти…

И. Озеров

- Примерять на себя.

Е. Балтатарова

- Да, примерять на себя, думать хуже мы, или лучше – это, на самом деле, очень удобно.

И. Озеров

- И очень полезно.

Е. Балтатарова

- Да, это полезно. Поэтому, если даже произойдёт газификация, и каждый губернатор скажет - да, это мы – мы не узнаем, что Ильковский сказал – это мы, а они не узнают, что это мы.

И. Озеров

- Мы узнаем об этом, судя по тому, куда газ первым придёт (смеются).

Е. Балтатарова

- Да. Ты прав, скорее всего, так и будет.

И. Озеров

- Тут гадать не надо будет, на чью грудь первый орден повесить. Всё равно, при всех хитросплетениях и сложностях, новость, в целом, позитивная, будем надеяться, что в наше лихое время хоть это состоится. Вчера на сессии горсовета председатель комитета по финансам администрации Улан-Удэ сказал – на премию мэру денег не хватает. Знаменитая премия – в итоге, получилось, что премии не будет. Или, возможно, пока денег не хватает, потом… это ещё полутона такие. И в тоже время, Совет Федерации заявил о том, что, основываясь на улан-удэнском случае, он будет проверять денежные вознаграждения у глав муниципалитетов, вообще, по всем регионам. Как в интернете шутят – они должны сказать большое спасибо Александру Михайловичу.

Е. Балтатарова

- Да, большое спасибо Голкову (смеются).

И. Озеров

Как тебе такой финал, такая развязка, одна из развязок громкого дела?

Е. Балтатарова

- Сейчас команда Голкова, наделав кучу-кучу косяков и ошибок, нагромождая их друг на друга, сейчас пытается из этого кризиса, всё-таки, выйти. Они выходят очень своеобразно, конечно, в силу своих возможностей, в силу своего умения, профессионализма, так скажем, но, это у них не очень хорошо получается, но, тем не менее, попытки есть. Пошла полуанонимная волна о том, что, якобы, эти деньги изначально были предназначены на благотворительность. Когда это говорится постфактум – отмазка слабая, скажем так (смеётся). Какой-то, даже, конкретной семье, и так далее. Не было никаких официальных заявлений, это было на промэрском сайте 03grb.ru, в статье обсуждался эфир Андрея Петровича Левантуева. Не будем говорить, что это за сайт – это, в принципе, все знают. Отвратительный сайт. Я смотрю на их попытки как-то выйти из этого, и, в том числе, история про то, что нет денег - это одна из попыток выйти из ситуации. Но, видишь, оспаривается же невыплата, а сам законопроект, постановление. Законопроект, он, вообще, есть и даже сам Голков пытался оправдаться – до меня сколько выдавали эту премию, я что, хуже, что ли? (смеётся). Видимо, практика такая была, но, в силу своего неумения работать с аудиторией, неумения планировать риски, просматривать репутационные вещи, они привели к этому - вышло на обсуждение на горсовете.

И. Озеров

- Но, инициатива-то похвальная, он же сказал, что раньше это келейно делалось, кулуарно, а сейчас мы обсуждаем, голосуем, утверждаем…

Е. Балтатарова

- Я думаю, основание там было, немножко, другое, всё-таки - не потому, что мы сейчас такие открытые, Голкова в открытости, вообще, подозревать не стоит, в излишней. Поэтому, то, что было сделано - это было сделано, просто, из-за того, что человек не боится - пусть говорят, что хотят, я тебе выпишу премию, до меня выписывали сто раз. Мы, кстати, с тобой в каком-то, позапрошлом эфире, по-моему, про эту премию говорили, до драки ещё - я тебе сказала, что такая политика, она, рано или поздно, прилетает. И вот она прилетела, и они подумали… Не знаю, хватает ли им сейчас ума понять, что эти вещи взаимосвязаны - как ты себя ведёшь, и потом как тебе это всё… либо, всё-таки, они продолжают настаивать на той теории, что их подставили, спровоцировали, и так далее. Сейчас зависит от ума, действительно, сколько мудрости хватит и профессионализма. Поэтому, то что сейчас они пытаются, как-то, из этого положения выкарабкаться - это похвально, наверное, - опять же, никто же не поверит (смеётся).



Е. Балтатарова: Сейчас команда Голкова, наделав кучу-кучу косяков и ошибок, нагромождая их друг на друга, сейчас пытается из этого кризиса, всё-таки, выйти



И. Озеров

- Посмотрим, как выкарабкаются – а вдруг? Я заметил, что в комментариях довольно сильно увеличилось количество, безусловно, позитивных комментариев в сторону мэра, поддерживающих его - может быть, и на этом уровне тоже работа ведётся, или, возможно, это горожане от всей души поддерживают?

Е. Балтатарова

- Да, ну, вряд ли, вряд ли. Ты посмотри на независимые, какие-то, паблики – «ВКонтакте», и так далее. Ни для кого не секрет, что в мэрии работает целая команда людей, которые ответственны за комментарии, за улучшение имиджа в интернете. Не скажу точно, на какой основе эти люди там работает, но они есть. Сейчас Голков говорит о том, что денег нет, мы эту премию не выписываем…

И. Озеров

- Не он говорит…

Е. Балтатарова

- Барданов, да. Даже если её не выпишут, понимаешь, положение остаётся положением, и, как только, деньги появятся, их просто потихонечку он себе возьмёт.

И. Озеров

- Ты думаешь, получится потихонечку?

Е. Балтатарова

- Да, столько лет…

И. Озеров

- Есть же Николай Будуев, который бдит, и который сказал – в суд пойду.

Е. Балтатарова

- Коля, тоже, не во всём может… у него не сто глаз, он не может во всё вникнуть, поэтому, я думаю, что и раньше всё втихушку делалось. Это, просто, понимаешь, благодаря тому, что… На наше счастье, или на нашу беду, у нас мэр такой, простодушный, и при этом, не буду сейчас говорить нечестный, иначе меня могут засудить, но, есть некий фактор - он пытается быть чиновником, играть по тем же правилам, но, при этом, он, как-то, забывает о некоей осторожности, забывает о некоторых вещах, табуированных, так скажем, незыблемых, вообще, в чиновничьей среде - не высовывайся, дружи со СМИ, иди в волне, будь популистом, и так далее. А он как-то, не знаю, какие-то сбои происходят постоянно. И эти все репутационные кризисы - это всё оттуда идёт. А что касается второй части твоего вопроса по поводу того, что будут проверять остальные регионы. Голков, он же чуть ли не зампредседателя какой-то ассоциации…

И. Озеров

- …городов России...

Е. Балтатарова

- ...у них постоянно съезды проходят, и очень интересно, останется ли он на этом посту, вообще, после того, что произошло. Там достаточно, такие, крутые регионы представлены - и Полтавченко есть, губернатор…

И. Озеров

- Санкт-Петербурга.

Е. Балтатарова

- …Санкт-Петербурга, да. Поэтому, надо посмотреть, у них, по-моему, ближайшее заседание в начале года будет, или в конце этого года, надо будет посмотреть.

И. Озеров

- Мы будем с тобой следить, обязательно обсудим этот вопрос. Появилась информация о том, что Татьяну Думнову на месте министра экономики может сменить Зандра Сангадиев, нынешний сити-менеджер (Улан-Удэ – ред.). Как ты считаешь, такой вариант - реален ли он?

Е. Балтатарова

- Вполне реален, мы с тобой уже обсуждали историю с Татьяной Гавриловной, о том, что ей пора на пенсию. Да, я думаю, это будет уход на пенсию, а её место просто займёт Зандра Сангадиев.

И. Озеров

- Который, тоже, в принципе, через пару лет на пенсию.

Е. Балтатарова

- Ну, да, но, опять же, там же контракты, там можно продлевать, чуть ли, не до 70-лет, нашим чиновникам очень большие послабления даны в Кремле. Что касается Сангадиева, там история такая - все мы знаем, когда у нас выбирали сити-менеджера после ухода Пронькинова, было понятно, что администрация Наговицына захочет иметь при Голкове некий противовес, собственное протеже, которое будет представлять их интересы, и какие-то, совсем запредельные вещи пытаться не допускать. То, что Сангадиев – протеже республики, это, вообще, ни для кого не секрет, но, другой вопрос, что свои функции он особо не выполняет. Кроме того, что не получилось у Голкова насадить кучу-кучу своих замов в администрацию – каких-то удалось, каких-то не удалось, кроме этого противостояния Зандры Сангадиева я не вижу. Что захочет Голков, то и происходит. В каких-то серьёзных вещах, где необходима воля сити-менеджера, который является хозяйственником, он, просто, прячется - где-то он на больничном, где-то его нет – то есть, происходит та же история, что с Пронькиновым. Пронькинов почти весь свой небольшой срок сити-менеджерства, после этого громкого предательства Айдаева, он просидел, реально, на больничном, хотя, вроде, человек не особо старый и не больной, такое ощущение, что он на койке постоянно лежал. С Зандрой происходит то же самое. Почему? Потому, что есть сила – мэр, которая подавляет – то есть, человек как между молотом и наковальней - одна сторона хочет одного, вторая – другого, идёт давление мощное. Ты же помнишь, ещё уволились в своё время начальники, то есть, заместители Зандры Сангадиева, начальники каких-то комитетов сразу двое ушли. То есть, уход Зандры, он не первый, не первое, так скажем, бегство чиновников из мэрии, а я считаю, что это бегство, потому что, достаточно тяжело работать в таких условиях - между молотом и наковальней.

И. Озеров

- Ты думаешь, это его инициатива, а не инициатива, допустим, главы республики?

Е. Балтатарова

- Нет, скорее всего, это его инициатива, он просто сказал – извините, ребята, я уже не могу, и ему просто нашли другое место за то, что человек очень лоялен властям, всегда работал в струе. Человеку нужен рост, а кадровые вещи, они очень жёстко соблюдаются - если человек проявил себя хорошо, и, в принципе, медийно неплохо выглядит, имеет хороший потенциал, его, всё равно, далеко не отпускают, при себе держат, какие-то должности дают. До Зандры Сагадиева ушёл Лагаев, начальник комитета по потребительскому рынку, по-моему, он ещё при Айдаеве работал, и начальник комитета по строительству. Это были ключевые люди, которые ушли, и мы на «Республике» писали, из-за чего они ушли. Я думаю, уход Зандры Сагадиева, он очень похож. Причину ухода Лагаева можно… как общими словами охарактеризовать, чтобы никого не обидеть и на иск не нарваться - так скажем, люди не захотели отвечать за те решения, непопулярные, и, возможно, противозаконные, которые принимаются в мэрии. Так как, они являются исполнителями, они подписывают, а по уставу мэр у нас ни за что не отвечает по хозяйственной деятельности, поэтому, там идёт, реально, давление, и люди, просто, не хотят подставляться.

И. Озеров

- Понятно, посмотрим, насколько наши предположения, прогнозы верны, и вернёмся в нашу студию через пару минут – оставайтесь на «Эхе».

(реклама)

И. Озеров

- Это программа «Особое мнение», мы продолжаем разговор с Евгенией Балтатаровой. Следующий вопрос - Владимир Путин, президент России на 10-летии канала «Раша Тудэй», который нашу точку зрения, российскую, государственную, несёт за рубеж, он призвал СМИ быть объективными и подавать разные точки зрения. Он сказал такую фразу - власти российские тоже не святые, мы делаем ошибки, и, поэтому, объективная подача материала о нашей стране тоже очень важна. Ваша задача - не обслуживать даже интересы российской власти, нам скрывать нечего у нас нет никогда никакого камня за пазухой, в этом сила нашей политики - сказал наш президент. Непривычно, довольно-таки, слышать от него такие фразы. Как ты думаешь, с чем это связано – с ухудшающейся обстановкой, или ещё что-то? Многие СМИ воспринимают это, экстраполируя это на себя, но, может быть, это только для «Раша Тудэй»?

Е. Балтатарова

- «Раша Тудэй», им грех жаловаться на какое-то давление, или ограничение в их деятельности. Вообще, меня очень удивляет позиция наших властей. Чем сильнее Роскомнадзор закручивает гайки, тем открытее становится Путин (смеётся). Я не знаю, как это понимать, СМИ-шники в полной растерянности – власть говорит одно, а делает совершенно другое. Давайте мы, хотя бы, для приличия закон придумаем, который, хоть немножечко, отпустит давление на СМИ. Потому что, все эти законы о защите информации, о защите детей от вредной для них информации – насилие, жестокость, суицидальные вещи, порнография. Не знаю, в каких СМИ они это нашли – пропаганду насилия, суицида и порнографии – в нормальных СМИ. Понятно, что это, просто, предлог для большей проверки. Или, допустим, когда блогеров насильно регистрируют, как СМИ-шников, когда у них появляется больше трёх тысяч посетителей в сутки. Это, конечно, закон, противоречащий Конституции, когда ни одного человека нельзя против его воли зарегистрировать в каком-либо объединении, общности или группе.

И. Озеров

- Причём, после того, как он делает успехи какие-то, с точки зрения роста читателей.

Е. Балтатарова

- Это же, понимаешь, для чего делается - для контроля, чтобы всё было по порядку, чтобы везде был порядок. Поэтому, когда Путин говорит такое на «Раша Тудэй», - наверное, какие-то особые отношения с «Раша Тудэй», к нам это, вообще, никакого отношения не....

И. Озеров

- То есть, ты его не можешь заподозрить в том, что он становится более открытым?

Е. Балтатарова

- Понимаешь словам верить нельзя – делайте! Я больше, за свою жизнь работы журналистом, привыкла верить действиям и фактам. Попытайтесь пойти навстречу СМИ – ну, посмотрим, как оно будет.

И. Озеров

- Ещё одна федеральная новость - неожиданно у нас снова актуальной стала фамилия Ходорковского, как в начале двухтысячных годов. Возбуждают уголовное дело в отношении убийства Петухова, мэра Нефтеюганска в 1998 году…

Е. Балтатарова

- Это же было основное…

И. Озеров

- По этому делу начальник охраны «Юкоса» Пичугин отбывает пожизненное наказание, до сих пор находится в тюрьме, а Ходорковский прямо в этом не обвиняли, его обвиняли в хищениях нефти, в уклонении от уплаты налогов, и в чём угодно. В это же время Ходорковский дал онлайн пресс-конференцию, где сказал, что у нас всё в России неконституционно, и что, видимо, будет революция, но, революция должна быть максимально. Тут же прокуратура проверяет сейчас Ходорковского на экстремизм. Как ты думаешь, с чем это связано? Кто-то связывает это с тем, что Россия не хочет платить акционерам «Юкоса» присуждённые международным судом деньги, кто-то говорит - самая популярная версия - что это отвлечение внимания, допустим, от Бастрыкина и от Чайки, которых подозревают в каких-то, противоправных действиях. Для тебя - это что?

Е. Балтатарова

- Возобновление этой темы - очень громкой, и очень болезненной для Путина и его окружения, потому что это такой, знаешь, Нельсон Мандела, наверное, нашего времени. Поэтому, в глазах международного сообщества этот заключённый, когда он был заключённым - сколько он отсидел…

И. Озеров

- Десять лет.

Е. Балтатарова

- …это был большой-большой, жирный минус к репутации Путина, и уже, понимая, наверное, спустя какое-то время, что нужно что-то делать с этим, иначе ничего хорошего из этого не выйдет, и попытаться как-то эту проблему решить, его выпустили. Возможно были какие-то договоренности, так скажем, не вести против…

И. Озеров

- Ходорковский об этом сказал.

Е. Балтатарова

- Да, не вести против Путина какую-то деятельность. Первое время, да, мы помним, как вышел Ходорковский, он давал интервью в Германии, там много было нашей либеральной прессы, которым он сказал, что не собирается, вообще, идти в политику. Я сейчас смотрю на фотографии его того – исхудалого, очень осунувшегося, и сейчас, спустя… два года прошло?

И. Озеров

- Да, что-то около того.

Е. Балтатарова

- Это совершенно другой человек - пишущий здоровьем, самодостаточный, достаточно богатый человек. Можно посмотреть, что и года не прошло после его выпуска, как он начал заниматься той деятельностью, которой он обещал не заниматься.

И. Озеров

- Он сказал, что его ограничение, обещание действовало, пока не умерла его мама, он выпущен был под то, что мама в тяжёлом состоянии. Может быть, ещё какие-то другие мотивы нашим президентом двигали. Просто, если следствие опять вспомнило о Петухове, и ничего нового не появилось, что мешало это дело расследовать тогда, и Владимир Владимирович неоднократно говорил, что у Ходорковского руки по локоть в крови. Ощущение, что это рефлексивные, тактические, такие, действия. Надо было – отпустили, сейчас надо – возбуждаем, горизонтов дальних не просматривается.

Е. Балтатарова

- Отпустили-то понятно, почему, потому что, нужно было решать эту проблему. А когда он начал заниматься, достаточно успешно, антипутинской деятельностью вкупе с другими оппозиционерами, вдруг появились какие-то деньги – сейчас официальное его состояние измеряется несколькими сотнями миллионов долларов – это достаточно много для человека, который оказался, вообще, без ничего, якобы. Всё, скорее всего, наложилось - и ситуация с Чайкой, возможно, и отвлечение внимания, и юкосовские деньги, и деятельность. Просто, такие дела не возобновляются, эти темы не поднимаются без комплексной причины. Там очень много составляющих, поэтому, я думаю – да, из-за этого.

И. Озеров

- К местным новостям перейдём - суд вернул Степану Владимировичу Калмыкову коттедж, из-за которого бывший ректор БГУ судился с университетом. Формулировка судебная – из-за истечения срока давности. В договоре приватизации, как мы знаем, была фальшивая подпись, но, суд принял сторону экс-ректора.

Е. Балтатарова

- Там же апелляция была, насколько я помню – сперва у него отобрали…

И. Озеров

- Да, а сейчас суд встал на его сторону. Как тебе это решение?

Е. Балтатарова

- Знаешь, двояко. Вся эта история с БГУ интересная, она чуть было не стала катализатором, так скажем, мощных изменений в республике.

И. Озеров

- И она, наверное, как инфоповод, такой же громкой была, если не больше, с нашей последней историей.

Е. Балтатарова

- Она была гораздо больше, ты Голкова имеешь в виду?

И. Озеров

- Да.

Е. Балтатарова

- Нет, там раз в десять, наверное. История с Голковым – это проблемы Голкова, а история с БГУ – это проблемы республики. Куда двигаться, какие идут политические и социальные всплески, и системные преобразования, если красивым языком говорить. Грубо говоря, там что произошло - это такая небольшая модель, может быть, революционная, и там было очень интересно смотреть, как стороны действуют – как действует Наговицын, как действуют федералы, как действуют наши оппозиционеры, наши известные общественники, журналисты. Репетиция небольшая переворота, так скажем, возможного. А уже история, которая происходила в судах, после всех этих митингов… мы понимаем, почему началось это внимание к дому, почему были проверки, почему было внимание к коттеджному посёлку – ДНТ, СНТ - не помню, преподавателей, наши правоохранители об этом знали, почему они этим раньше…

И. Озеров

- Да, это вопрос, и по Ходорковскому почему раньше, и по, неожиданно ядовитым, турецким помидорам, и так далее, это на все сферы нашей жизни распространяется.

Е. Балтатарова

- Понятно, что здесь, конкретно, человека решили наказать, грубо говоря. Я сейчас ни в коем случае не обеляю Калмыкова, на счету которого тоже очень много, так скажем, косяков, прочих несправедливостей и ошибок в управлении университетом, потому что, наши ректора ну, зажрались. На федеральной собственности и имени университета делать такие деньги – это, конечно, да, это такие олигархи – научные олигархи.

И. Озеров

- Новый термин.

Е. Балтатарова

-Конечно, с ними что-то надо было делать, и у нас это всё совпало с какими-то политическими преобразованиями, поэтому, может быть, наложилось, и всё стало очень болезненно, но, конкретно, это дело оно, знаешь, очень грязненькое - наказать надо, отобрать всё, что нажито непосильным трудом.



Е. Балтатарова: Я сейчас ни в коем случае не обеляю Калмыкова, на счету которого тоже очень много, так скажем, косяков, прочих несправедливостей и ошибок в управлении университетом, потому что, наши ректора ну, зажрались



И. Озеров

- Ты считаешь, это к закону мало отношения имеет?

Е. Балтатарова

- Да, потому что, если бы всё это было бы законно, изначально ему не было бы это отдано - эта земля, это здание не было бы приватизировано, потому что, всё делалось, насколько я помню материалы дела, с согласия федеральной структуры – получается, министерства. Поэтому, наверное, для Калмыкова это всё закончилось, более или менее, нормально, а может было какое-то соглашение. Я потому что сейчас не вижу никаких вступлений против Мошкина… (исполняющий обязанности ректора БГУ – ред.).

И. Озеров

- В наших реалиях ничего исключать нельзя.

Е. Балтатарова

- Конечно.

И. Озеров

- Ты сказала, что это масштабное событие, которое что-то показало – бунт, не бунт - и что на выходе? Или эта история ещё не закончилась?

Е. Балтатарова

- Она не закончилась, я думаю, её будут припоминать, потому что, новостной политический повод создан, и его ещё долго не забудут, по крайней мере, преподаватели, элита, так скажем, национальная, бурятская, которая очень конкретно поддержала иркутянина Калмыкова, иркутские корни у этого человека. Поэтому, интересно, как наша оппозиция национальная умеет консолидироваться вокруг каких-то событий, и что они могут делать. Это сила, это сила конкретная, которую могут использовать в дальнейшем политики, общественники. Я не знаю…

И. Озеров

- Это ведомая сила, исключительно, ждущая только, когда придут политики, которые её используют?

Е. Балтатарова

- Нет, там есть определённый настрой, и если этот настрой совпадает с настроем тех сил, которые чего-то хотят, и у которых есть средства. Так и всегда делается, мне кажется.

И. Озеров

- «Буряад Унэн» опубликовала недавно официальный перечень соответствий терминов и должностей на бурятском языке. В соответствии с законом должно это всё быть продублировано…

Е. Балтатарова

- Все вывески, все таблички.

И. Озеров

- Да, и бурное обсуждение это всё вызвало. Твоя точка зрения на то, что произошло, на проделанную большую работу.

Е. Балтатарова

- Я, как лингвист, вообще, считаю, что всё сделано, достаточно, по-дилетантски. Почему – сейчас объясню. У нас в Хурале принимался законопроект – изменения в закон о языке. Там у нас издавна было написано, что все вывески, наименования, бланки, и так далее, не только в государственных учреждениях, муниципальных, но и в коммерческих должны дублироваться на бурятском языке. Эту норму убрали сейчас. Я не знаю, может, в протест какой-то…

И. Озеров

- То есть, убрали применительно к коммерческим?

Е. Балтатарова

- Да, к государственным оставили. У нас очень давно эта история идёт о том, как писать вывески правильно. Разночтения идут мощнейшие, даже не то, чтобы среди филологов, разночтения в сфере патриотов, так скажем, которые говорят – все буряты должны изучать бурятский язык, жить в юртах, доить коров – такой…

И. Озеров

- Почвеннический, такой…

Е. Балтатарова

- Да, правильно, это же было в начале ХХ века. Причём, эта прослойка людей очень большая, и они имеют самое небольшое отношение к лингвистике, не различают, что такое речь, а что такое язык, банальные понятия семантики - значения слов. Они что-то пытаются решать, и, в этом плане, «Буряад Унэн» - старейший наш издательский дом, которые, вообще, мне кажется, себя считает основоположником бурятского языка. Они выпустили перечень, на который, якобы, стоит ориентироваться, как должно быть всё. Я уже начала говорить, что несколько лет назад у нас уже был скандал по поводу табличек в официальных органах – там, где, допустим, было «Верховной суд», было заимствование - суд, просто, писалось через бурятскую букву у, которая на «ю» похожа (оговорка, на самом деле, на Y – ред.). Помню, филолог молодой выступал – есть же у нас хорошее слово, бурятское, «суд» которое означает. Я не знаю бурятский язык, и не буду его воспроизводить, но, помню, что он говорил, что есть. Потом эти таблички заменили – был такой скандал – бурят не уважают, не пишут так, как надо. А, как надо-то? Как надо, оказывается, никто не знает, на самом деле! «Буряад Унэн», который себя считает одним из основоположников письменного литературного бурятского языка, они сейчас говорят, как надо.

И. Озеров

- И что тебя не устраивает в этом?

Е. Балтатарова

- Меня не устроило, как филолога… Я потрудилась, я перевела многие слова с помощью своих родственников, с помощью словарей, которые имеются. Это перевод - он речевой, подтянутый эквивалент каких-то вещей, которые бурятскому языку, вообще, не присущи. Как мы написали на «Республике», любой язык ограничен развитием своего этноса, развитием своей государственности. К сожалению, бурятская государственность, отдельная от Монголии, от России, она не развилась до уровня министерств, комитетов. Как это ни прискорбно, это всё шло уже в совершенно другой стране. И, поэтому, придумывать своё слово «министерство» - «яман», допустим… «Яман» - это, вообще, «козёл» (смеётся).

И. Озеров

- А почему такое соответствие?

Е. Балтатарова

- Я не знаю. Там было очень много нареканий, в том числе, на таком, национальном, сайте asiarussia.ru, там говорили, что, вообще таких слов никто не слышал ни разу, откуда, вообще, взялись эти слова? Это такое, бытовое перенесение бытовых терминов на термины сложные, попытка как-то притянуть за уши. Вообще, в любом языке, даже в русском, сколько там заимствований, знаешь, считать очень долго…

И. Озеров

- Я думаю, как и в любом другом языке, это же всё вопрос взаимопроникновения.

Е. Балтатарова

- Та цивилизация, на лаврах которой мы почиваем сегодня, которой мы обязаны развитием не только лингвистики, а, вообще, всего – водопровод, отопление центральное, и так далее – это всё не в наше время было, а было в другое время в других странах - Древняя Греция, Древний Рим, санскрит – можно, вообще, в историю языков углубляться очень далеко. Самая главная претензия к деятельности «Буряад Унэн» и этому перечню - подход непрофессиональный и очень бытовой. Лингвисты ничего страшного в заимствованиях не видят. Что страшного, если будет написано «Россиин министерство»? Всем понятно. Пример: позы - буузы.

И. Озеров

- Самый знаменитый пример.

Е. Балтатарова

- Кто нас заставляет говорить «буузы», кто, вообще, начал эту историю? Это начали патриоты, националисты, не в плохом значении этого слова «националисты», может, они хорошее хотели сделать, но, опять же, к лингвистике очень мало имеет отношения. Это, просто, метод политического протеста, метод давления некоего, навязывания своей воли.

И. Озеров

- Через желудок (смеются).

Е. Балтатарова

- Не только через желудок, как мы видим, уже через язык, получается. Меня, как лингвиста, это жутко бесит, потому что, язык нельзя как-то, искусственно заставлять что-то делать. Тем более, разговор идёт о речи - как называть, а речь, вообще, никак нельзя… человек хоть как может разговаривать, хоть какие заимствования использовать, хоть неологизмы, фразеологизмы, и так далее. Это всё вещи политические, и тот же самый «Буряад Унэн», который сейчас так поступает с языком, коверкая ужасно – допустим, слово «нефть» они написали «газары тохон» - то есть, «жир земли». Это как индейцы в своё время водку называли «огненная вода».

И. Озеров

- Очень похоже.

Е. Балтатарова

- Вместо того, чтобы говорить «водка». Сейчас на любом континенте знают слово «водка», и что это означает. Поэтому такие пошли разговоры, потому что, никто не знает, как, на самом деле, правильно. И, в связи с этим, родилась идея, может быть, революционная. Мы с моими коллегами-лингвистами разговаривали на эту тему – возможно, мы сейчас говорим о смерти бурятского… об умирании, угасании бурятского языка, не понимая, что говорим больше о речи.

И. Озеров

- То есть, речь и язык – понятия разные.

Е. Балтатарова

- Речь и язык – это понятия разные, и в лингвистике они рассматриваются, вообще, как две, совершенно разные, ветви. Сейчас мы объясним, что к чему. То, что сейчас говорится в Бурятии - это речь. Чтобы было больше программ на бурятском языке, чтобы больше говорили среди молодёжи, и так далее, и тому подобное. А вывески и бланки - это уже язык. Есть такое мнение, что язык бурятский, он, в принципе, не то что умирает, а он и не рождался никогда. Что такое язык – это речь, переведённая в письменные знаки, в устоявшиеся формы, языковые правила, формирование окончаний, корней, приставок, предикатов, и так далее. В XVII веке, когда зародилась форма государственности у восточных бурят, они использовали классическое монгольское письмо – вязь.



Е. Балтатарова: Допустим, слово «нефть» они («Буряад Унэн») написали «газары тохон» - то есть, «жир земли». Это как индейцы в своё время водку называли «огненная вода»



И. Озеров

- То есть, это нельзя считать нашим родным…

Е. Балтатарова

- Нет, это монгольский, причём, старо-монгольский, потому что, современный монгольский, тоже, на кириллице, но, это тоже, совершенно, не бурятский язык. А иркутские буряты уже к XVII веку имели всю корреспонденцию, переписку и постановления на русском языке. Как мы, после Бурят-Монголии, стали Бурятской АССР?

И. Озеров

- Бурят-Монгольская АССР, а потом Бурятская АССР. Бурят-Монголией довольно долго были.

Е. Балтатарова

- Когда мы поменяли статус, мы перешли под юрисдикцию, грубо говоря, российскую…

И. Озеров

- Но, мы и были в Российской империи, мы же не были частью Монголии – были Иркутской губернией.

Е. Балтатарова

- К этому времени грамотных бурят было достаточно мало – не только бурят, вообще, во всей России, Российской империи грамотность очень слабая была, потому что, сельскохозяйственные районы. Поэтому, речью все владели, а языком - мало кто. Поэтому, очень маленькая прослойка, которая владела языком, причём, языком, скорее всего, монгольским, а не бурятским, и русским, скорее всего. Тогда же, когда начали появляться школы, развил свою деятельность писатель Хоца Намсараев, который считается основоположником литературного бурятского языка, тогда уже, якобы, появились зачатки бурятского языка. Ну, ты понимаешь, язык родившийся меньше ста лет назад, можно ли его считать языком в полной мере? Если он родился в 30-х годах, то угасание его уже произошло, буквально… Когда последние крупные произведения появлялись, я уже не помню – 70-е, может быть, 80-е. Я могу ошибаться, но, это моё мнение, такое, обывательское, может быть, немножко, с профессиональным уклоном. Тот же самый Хоца Намсараев был представителем хоринского рода, и благодаря ему, возможна, в 30-50-х годах за основу литературного бурятского языка был взят хоринский диалект. Его переложили в буквы, с буквами тоже была целая катавасия.

И. Озеров

- Сперва была латиница несколько лет…

Е. Балтатарова

- Потом была кириллица, то есть, пытались создать язык, его пытались создать искусственно. Это очень длинная история, её, конечно, можно рассказывать и рассказывать, но, самое главное, мой упрёк тем людям, которые сейчас пытаются на этом какие-то политические очки сделать – просто, разделяйте, что такое язык, и что такое речь. Язык, который был рождён, не так давно, и, не успев развиться, уже начал угасать - большие вопросы возникают к тому, был ли, вообще, этот язык? Или это были, просто, некие попытки переложить речь в буквы и слова, придумать какие-то правила. Даже Рассадин наш, очень известный филолог, придумал язык сойотам. Сойоты – это те же буряты. Рассадиным язык был придуман, чтобы сойоты могли получить статус отдельной народности по классификации ЮНЕСКО - для этого должен быть свой язык…

И. Озеров

- В каких-то правилах написанный.

Е. Балтатарова

- Да, то есть, понимаешь, сделать язык – это не проблема. Если есть речь, достаточно развитая, то придумать для неё правила - не проблема. Конечно, мне могут возразить, что у нас есть Хоца Намсараев тот же самый, с крупнейшими литературными памятниками, нашим культурным наследием.

И. Озеров

- Поэты есть, писатели другие.

Е. Балтатарова

- Да, сказать, что они, вообще, не на языке говорили…

И. Озеров

- Писатели есть, а языка нет?

Е. Балтатарова

- Кто такая, вообще, Балтатарова, которая может так говорить? Может быть, просто, я не настолько хороший лингвист, может, не так уж и разбираюсь в этом, но, вообще, такое мнение есть – бурятский язык, будучи искусственным, будучи созданным не так давно, и не успев развиться, уже умер – оно есть.

И. Озеров

- Да, соберёшь ты волну критики. То есть, ты призываешь не стесняться каких-то заимствований, чтобы это выглядело более естественно?

Е. Балтатарова

Конечно. Есть мёртвый язык латинский, его продолжают изучать в институтах гуманитарных…

И. Озеров

- Он используется в медицине.

Е. Балтатарова

- Я, вообще, предлагаю не увлекаться речью, как таковой, заставлять кого-то говорить на ней, вывески ладно – буузы, позы.

И. Озеров

- Вывески, как мы выяснили – это уже язык.



Е. Балтатарова: Такое мнение есть – бурятский язык, будучи искусственным, будучи созданным не так давно, и не успев развиться, уже умер



Е. Балтатарова

- Да, это язык, и, как раз-таки, с языком надо работать. Нужно тратить деньги не на передачи…может быть, как-то разделить, выделять какие-то деньги на изучение языка профессионалом. У нас В БНЦ есть прекрасные преподаватели, прекрасные учёные, которые занимаются этим достаточно давно. Я с ними знакома, и они могут очень много чего рассказать. Но, к ним же никто не обращается – у нас за язык всегда говорит Цыденжап Бимбаевич Батуев - насколько он близок к лингвистике – я не знаю. Или Бато Семёнов, тот же самый. Поэтому нужно деньги выделять туда, учёным, чтобы они составляли словари правильные, где какие заимствования уместны, где нет…

И. Озеров

- Опираясь и на развитие речи, в том числе, правильно?

Е. Балтатарова

- Да, но, видишь, речь-то, она не развивается, скорее всего, потому что, немножко, не те условия. Вообще, как я говорю, даже с мёртвыми языками можно работать, можно делать так, как должно быть. Мы, как бурятский этнос, должны сохранить эталон, чтобы у нас не было разночтений – одни говорят – давайте по халха-монгольски говорить, началось – хоринские не понимают джидинских, джидинские не понимают кижингинских – говорят, нет, бурятский такой! У нас есть база, но, язык же должен развиваться, в любом случае, его нужно дополнять - новыми терминами. «Андронный коллайдер», как звучит на бурятском – мне очень интересно узнать (смеётся). Понимаешь, у нас с 70-80-х годов остановилась эта история с бурятским языком, с реальной лингвистикой, с изучением, с дополнением, и так далее. Должен быть эталон - пусть он будет в истории, пусть никто уже не будет говорить на бурятском, но, у нас будет какая-то история, какая-то память. Ну, не знаю, услышат ли, поймут ли?

И. Озеров

- Ну что ж, спасибо…

Е. Балтатарова

- Спасибо!

И. Озеров

- Спасибо за твоё экспертное мнение по самым разным вопросам, это было очень интересно. В студии программы «Особое мнение» были Игорь Озеров и Евгения Балтатарова, всего доброго, до свиданья!


Комментарии и вопросы героям интервью (0)

Имя

Комментарий

CAPTCHA
Введите слово на картинке*

© 2004-2015 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г.
выдана Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия

 Наверх 

Перепечатка материалов возможна при указании активной ссылки на данный сайт.

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.

^