$ 63.87
68.69
Авторизация
Войти Напомнить пароль

Логин

Пароль

"Баргузин ФМ"
"Эхо Москвы" "Русское радио"


6 октября 2015, 17:57

То, что Наговицын переизберётся – процентов 70

Embed Music Files - Download Audio - Особое мнение Е... 6 октября 2015 года

И. Озеров

- Здравствуйте, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» программа «Особое мнение», в студии Игорь Озеров и напротив меня Евгения Балтатарова, блогер, редактор журнала «Республика». Приветствую Вас, Женя!

Е. Балтатарова

- Привет!

И. Озеров

- Опубликован очередной рейтинг, касающийся регионов России, Бурятия в его нижней части, это рейтинг устойчивости региональной власти, который обнародовал фонд «Петербургская политика». Но, несмотря на то, что Бурятия в его нижней части, мы выглядим чуть лучше, чем читинцы и иркутяне, а хуже всех предсказуемо Республика Коми, где недавно арестовали губернатора и его команду. Недавно был кудринский рейтинг, ещё какие-то, как ты считаешь, влияют ли они на что-то, эти рейтинги, может быть, Кремль принимает на их основе какие-то решения, или это, скажем так, мозготворчество этих фондов, которые пытаются на этом заработать?

Е. Балтатарова

- Самое смешное, что эти фонды, рейтинговые агентства, они сами участвуют в рейтингах – есть рейтинг рейтингов. Нужно смотреть, какой фонд, какое он делал исследование, на основе чего, насколько он авторитетен. По устойчивости регионов и эффективности глав, губернаторов, лидирует Фонд развития гражданского общества, ФоРГО, возглавляет его кремлёвский политтехнолог Константин Костин, очень сильное прокремлёвское некое такое агентство, которое, в принципе, даёт объективные рейтинги по регионам и на основе этих рейтингов в большинстве случаев принимаются решения по дальнейшей судьбе губернаторов. Те губернаторы, которые стабильно занимают высокие места в это рейтинге, они, обычно, достаточно устойчивы. Сейчас появился ещё один фонд, который возглавляет бывший министр финансов Кудрин, он рассматривает примерно те же самые индикаторы и даёт немножечко другой рейтинг, идёт некая борьба за регионы, это тоже кремлёвское агентство. Допустим, прошедшие пожары на рейтинг Наговицына в костинском рейтинге сильно не повлияли, а в кудринском это влияние сильнее. Об этом рейтинге фонда «Петербургская политика» я слышу впервые и пока подобные выводы не будут опубликованы и в других рейтингах, волноваться не стоит.

И. Озеров

- Когда ты сказала, что в Кремле идёт борьба за регионы, ты что имела в виду?

Е. Балтатарова

- Большая политика – это, по сути, бизнес, и те же фонды добиваются влияния в Кремле и влияния на региональные власти, по-разному может идти сотрудничество, губернаторы очень чётко следят за тем, кто в этой борьбе побеждает и с кем лучше дружить. Возможно, в Кремле монополия Костина в отношении губернаторов уходит и, возможно, решать то, что происходит в региональной политике, будут другие люди. Эта история очень интересна, - обыватель думает, что сидящий в Кремле Путин всё знает и всё решает. На самом деле у Путина очень много других дел, особенно сейчас, в геополитическом плане – война в Сирии, внешняя политика, кризис, и регионы всегда рассматривались в последнюю очередь и всегда отдавались на откуп третьим лицам, которые делали отчёты и говорили: «Здесь у нас хорошо, здесь – не очень» и на этих экспертных мнениях выносятся кадровые решения. Рейтинговые агентства играют здесь решающую роль в формировании региональной политики.

И. Озеров

- Как я понимаю, Бурятия в этих рейтингах либо на слабых, либо, в лучшем случае, средних позициях – и глава, и сам регион. Как ты считаешь, где наши точки роста, как мы можем подняться повыше в этих рейтингах?

Е. Балтатарова

- Мне кажется, что фонды, которые проводят некие замеры, следят за индикаторами, они стимулируют губернаторов на то, чтобы просто исполнять эти индикаторы. Например, в бедном регионе губернатор старается, чётко следит за тем, что говорит Кремль, - например, майские указы, - всё, чётко пошли по майским указам. В результате этого не будет денег на зарплату – как это в Забайкальском крае произошло, работникам «скорой помощи» не могут выплатить зарплату. Губернатор Ильковский говорит, что денег нет, потому что мы всё отдали на майские указы.

И. Озеров

- Это правильное поведение?

Е. Балтатарова

- Это правильное поведение с точки зрения рейтинга, выживаемости губернаторов – Ильковский там выживает, несмотря на ужасающие вещи. Что касается Наговицына, то, в принципе, он очень старательный, чтобы удержаться в костинском рейтинге, где у него 44-45 место стабильно, он чётко следует инструкциям. Там же не только рейтинги – там идёт более серьёзное взаимодействие, консалтинг. В этом плане выживаемость у Наговицына прекрасная – почти десять лет у руля республики – это нам может казаться, что у нас тут такие политические потрясения, а на федеральном масштабе - это просто писк откуда-то там. Он чувствует себя прекрасно. Там ещё тренд пошёл по ОНФ (Общероссийский Народный Фронт) – если губернаторы хорошо дружат с ОНФ, то у них всё будет в порядке. Это тоже тренд – немножко дистанцировать Путина от «Единой России» и сделать его ближе к народу через ОНФ. А у Наговицына с ОНФ всё прекрасно.

И. Озеров

- Если выборы будут в 2016 году, как сейчас многие считают, каковы шансы у нынешнего главы Бурятии победить на них?

Е. Балтатарова

- Недавно мы писали на «Республике» статью по этому поводу. Всё это очень сильно связано с выборами в Иркутской области, которые показали, что идёт тренд на демократизацию выборов в регионах, регионам отпустили вожжи, сурковская вертикаль уходит и наступает, неким образом, володинская весна. На прямых выборах сильным оппонентам не будут мешать и тот, кто является сильным лидером региона, тот имеет большие шансы стать главой. Если раньше это были государственные деятели, как менеджеры-управленцы, то сейчас ставка идёт на региональных лидеров. Ситуация в Бурятии ставит вопрос – успел ли Наговицын из управленца превратиться в лидера Бурятии? Десять лет – это большой срок, большая фора. Противопоставить сейчас Наговицыну в плане лидерства особо некого. В той статье сделан вывод – остался год до 18 сентября 2016 года и это очень маленький срок для того, чтобы успеть стать лидером. Может быть, у радикально настроенных граждан-националистов – сейчас очень модно быть националистом в хорошем смысле слова.

И. Озеров

- В самом хорошем смысле.



Е. Балтатарова: Ситуация в Бурятии ставит вопрос – успел ли Наговицын из управленца превратиться в лидера Бурятии?




Е. Балтатарова

(смеётся) - Да, якобы очень большие шансы есть у Мархаева, но надо смотреть по национальному составу. Я сама бурятка, могу говорить про бурят – буряты, может, более активны, но, в окончательном разрезе, представлены меньшим количеством человек, если будут всенародные выборы. Поэтому то, что Наговицын переизберётся – процентов 70.

И. Озеров

- И ты, и некоторые предыдущие участники нашей программы произносили популярную нынче формулу: «А кто ещё?», и про Путина так говорят. Это, скорее, плюс или минус. В Америке не задаются вопросом: «Обама – а кто ещё?», там желающих много и они заметны.

Е. Балтатарова

- В США выстроена многопартийность, пусть, двухпартийность, но, при этом, даже внутри партий есть очень серьёзная борьба, есть персоналии, сам институт политический другой совершенно. Мы только на стадии становления, пройдёт лет 50 и, возможно, у нас будет всё хорошо, пока мы работаем с тем, что есть. У политиков, которые долго у руля, у них есть фора – медийная фора, доверие населения. Опять же, в истории с Левченко как получилось – у Ерощенко были все карты на руках…

И. Озеров

- Все рычаги административные.

Е. Балтатарова

- Да, но в честных выборах он не победил, потому что всего два с половиной года он отработал, и у него не было временного промежутка, на котором можно было стать лидером. Опять же, если человек был харизмат настоящий, конечно, он бы смог бы. Поэтому, может быть, я ошибаюсь и за год какой-то из наших лидеров, неизвестный завоюет 70 процентов голосов и всё будет нормально. Это будет эксперимент, этот тренд только внедряется в России, посмотрим, Бурятия - следующий регион на очереди.

И. Озеров

- С 2004 года мы не выбирали губернаторов после Бесланских событий – Путин неожиданно выборы отменил. Как ты считаешь, для такой страны, как Россия что лучше – выборы губернаторов или их назначение?

Е. Балтатарова

- Если бы на этот вопрос был лёгкий ответ или один ответ, мы бы, наверное, в другой стране жили. Мне кажется, что у нас гибридная система – демократо-тоталитарная.

И. Озеров

- Взрывоопасная смесь получается.

Е. Балтатарова

- Мы ищем некий свой путь, некую свою демократию, как китайцы – у них своеобразная политическая система…

И. Озеров

- … с одной партией.

Е. Балтатарова

- С одной партией, но, при этом, внутри партии у них лидеры меняются достаточно часто.

И. Озеров

- Раз в десять лет.

Е. Балтатарова

- Они развиваются неплохо. У них там две причины – люди легко внушаемые и любой может прийти к власти не очень хороший человек.

И. Озеров

- Это ты про Китай сейчас говоришь?

Е. Балтатарова

- Нет, про Россию. Одна из причин отмены прямых выборов – люди недостаточно зрелы политически и не смогут себе выбрать нормального лидера, при этом, очень высокий уровень подтасовок, что до сих пор и есть, я участвовала в выборах в прошлом году и с этим познакомилась. Опять же, насколько можно не доверять собственному народу, чтобы… Не знаю, если сейчас отменили, значит, она немножко не оправдала себя, эта система.

И. Озеров

- Может быть, это связано, всё-таки, с 2011 годом, с протестами – тогда впервые заговорили, собственно, о возвращении выборов?

Е. Балтатарова

- Возможно, хотя такой длительной отдачи в четыре года – я не думаю. Тогда было важно не прогнуться для Кремля. Они не прогнулись, это дело на Болотной площади до сих пор идёт – суды, некоторые выходят, некоторые сажаются. Сейчас, сложно сказать, почему – может быть, из-за кризиса.

И. Озеров

- Может быть, это связано с тем, что верховной власти сейчас важно переложить часть ответственности в связи с тем, что усложнились обстоятельства?

Е. Балтатарова

- Да, возможно, есть такое мнение, что это некий выпуск пара, чтобы в регионах люди не начали возмущаться, что цены растут, политические институты не сформированы, есть недовольство на местах, губернаторы, которые были назначены… в Иркутске ситуация была очень показательной для власти. Посмотрим, как Левченко будет работать этот год – очень интересно, они уже начали менять с ходу всё правительство, без всяких объяснений назначать людей – посмотрим, в Иркутске в этом плане всё очень жёстко, если бы у нас такой вариант был, ор стоял бы до небес. По кадровым перестановкам у нас всё очень болезненно.

И. Озеров

- Твоя фраза, что народ у нас не готов к демократии – одно из распространённых клише, что народ у нас не готов к демократии, причём, всегда, тот человек, который об этом говорит – он себя лично считает вполне готовым. (Смеются). Глубоко ошибочное, на мой взгляд, суждение, вернее, даже оно не ошибочное, так делается сознательно, чтобы побольше побыть у власти. Следующий вопрос – в интернете опубликована очередная петиция, призывающая ограничить деятельность предприятий, ввести контроль за туристами, и вырубкой леса, сейчас она собирает положенные сто тысяч, для того, чтобы федералы эту петицию рассмотрели. Авторы петиции считают, что в противном случае Байкал ждёт экологическая катастрофа. Мы все наблюдаем снижение уровня озера, засушливые места появляются, торфяники горят. С другой стороны, на моей памяти этих петиций было очень много, с тех пор, как появилась такая возможность с конца 80-х годов, - и тогда говорили, а Байкал живет и неплохо себя чувствовал. Как ты считаешь, оправдана ли тревога авторов петиции или Байкал это переживёт, придут дождливые годы и всё устаканится?

Е. Балтатарова

- В первую очередь, надо вернуться к вопросу о петициях, об их значимости, о том, зачем люди вообще пишут петиции в России. Мы уже говорили с тобой о том, что в России очень любят выпускать дублирующие друг друга постановления. У нас есть прекрасно работающий закон об экологической водоохранной зоне Байкала, о вырубках – всё, что ты перечислил, всё существует в законе. Другой вопрос – насколько хорошо это работает, и какой должен быть надзор за этим всем. Петиция – это для власти способ понять, чем народ вообще живёт, что его волнует, потому что сто тысяч человек просто так не подпишут законопроект – это тоже некий метод мониторинга. В Кремле могут сказать – давайте более пристально относиться к этому вопросу. Что касается самого Байкала – я, как работник СМИ, понимаю, что процентов на 30 эта волна сгенерирована нами. Скажем честно, летом было мало тем, в политике был перерыв в июле-августе, поэтому очень пристально все за этим следили, развитие социальных сетей…

И. Озеров

- …плюс пожары.

Е. Балтатарова

- Пожары и стали катализатором этого всего. Не только пожары, но и понижение уровня Байкала. Тогда власть очень показательно себя повела, Наговицын кинул камешек в огород иркутского бизнеса – как так, Байкал общий, а сливки снимаете вы, и угрозу тоже создаёте вы. Решение Путина быстро всё расставило на свои места, Байкал слили, но ни минуточки не задумались о том, какие могут быть проблемы, власть делает серьёзные шаги. Помнишь историю про нефтяной трубопровод …

И. Озеров

- По северу Байкала.

Е. Балтатарова

- … Когда решением того же Путина всё было отменено просто на карте.

И. Озеров

- Эффектно и телевизионно.

Е. Балтатарова

- Другой вопрос, что может, его и не собирались проводить по берегу Байкала

И. Озеров

- Может быть, это была пиар-кампания.



Е. Балтатарова: Наговицын кинул камешек в огород иркутского бизнеса – как так, Байкал общий, а сливки снимаете вы, и угрозу тоже создаёте вы




Е. Балтатарова

- Может быть, он и не совсем был выгоден в дальнейших подсчётах или кто-то с кем-то не смог договориться. Общественное мнение, конечно, сильно влияет, если мы сейчас будем поддерживать эту тему горячей, возможно, нас и услышат, и будут приняты меры, с другой стороны, когда дело касается денег, об экологии думают в последнюю очередь. Что касается самого Байкала, я не учёный, но мне кажется, 20 миллионов лет просуществовало озеро…

И. Озеров

- в XIX веке было 12 засушливых лет подряд.

Е. Балтатарова

- Деятельность человека пока не настолько сильна, чтобы угробить это озеро.

И. Озеров

- Мы вернёмся к нашему разговору через одну минуту.

(реклама)

И. Озеров

- Это программа «Особое мнение», мы продолжаем разговор с Евгенией Балтатаровой, блогером, редактором интернет-журнала «Республика». Вчера началось, но было тут же отложено судебное заседание по делу депутата Народного Хурала Бурятии Валерия Доржиева в связи с неявкой потерпевшей. Заседание проходит в Якутске, недавно суд отказал в просьбе защиты о переносе дела на рассмотрение в любой из районных судов Бурятии, дело знаковое, резонансное. Я знаю, что ты одно время плотно занималась им, как ты считаешь, чем оно закончится, на твой взгляд, и насколько убедительны для тебя доводы обвинения и защиты?

Е. Балтатарова

- Валерий Пурбуевич не посторонний мне человек, мы очень давно с ним знакомы и та деятельность по защите Валерия Пурбуевича, которую я вела и веду, для меня очень важна. Моя позиция осталась прежней – человек невиновен, а обстоятельства, которые привели к этому делу, лежат не только в области юриспруденции, уголовного кодекса – есть серьёзные политические мотивы, мотивы по бизнес-конфликту, по конфликту интересов. Тут ещё межрегиональная окраска.

И. Озеров

- Это заметно.

Е. Балтатарова

- Да, она очень заметна, потому что, мы привыкли вариться здесь в собственном соку, в Бурятии, мы здесь можем делать анализ, строить какие-то предположения. Когда дело касается другого региона, тем более, другого национального региона… Вообще, национальные регионы – это большая боль политтехнологов, Кремля, потому что мы ведём себя очень непредсказуемо. У нас, кроме обычных бизнес- и политических интересов, прямо что-то стреляет и выскакивают какие-то национальные обиды, ещё что-то. Дело сложное и говорить, чем оно закончится достаточно сложно. Мы все надеемся на лучшее, я сначала была категорична по поводу предвзятости якутского суда, но так говорить нельзя – другого суда у нас нет. Есть надежда на справедливое решение, доказательная база невиновности Валерия Пурбуевича неплохая, адвокаты хорошая, есть медиа-поддержка, поддержка известных людей и народ своего земляка в этом плане поддерживает. Другой вопрос, пойдёт ли якутский суд на политические, серьёзные шаги – как в пользу, так и против – это будет серьёзный резонанс, в любом случае. Я надеюсь, что они консультируются, пытаются у Москвы спросить, что им делать и как. Посмотрим, надеемся на лучшее.

И. Озеров

- Пожелаем Валерию Пурбуевичу скорейшего благоприятного разрешения этой ситуации, скорейшего завершения этого процесса – это сложно, тем более, человек уже не очень молодой, но я думаю, он справится. 

Е. Балтатарова

- Да, будем надеяться.



Е. Балтатарова: Национальные регионы – это большая боль политтехнологов, Кремля, потому что мы ведём себя очень непредсказуемо



И. Озеров

- В Бурятии не хватает средств на восстановление буддийского университета, пострадавшего летом после пожара – собрано лишь 2 миллиона из необходимых 10. Люди помогают, но недостаточно этой помощи. Что это – кризис или может быть недостаточное умение Сангхи организовать процесс сбора средств?

Е. Балтатарова

- Сказать сложно, я думаю, что и то, и другое. У нас, в принципе, благотворителей не очень много, поэтому здесь понятны проблемы. Другой вопрос – во влиянии Сангхи, возможно, что-то расстроилось с кем-то. Когда собирали деньги Агинскому дацану, там была очень сильная политическая воля, очень влиятельный человек стоял у руля – Баир Жамсуев, сейчас не вспомню, какую должность он сейчас занимает, курирует что-то в Сибирском регионе. Может быть, в Сангхе сейчас не другого лидера, кроме хамбо-ламы Дамбы Аюшеева, который мог бы прийти к бизнесу и сказать: «Давайте, ребята, сложимся». Может быть, не хватает личного влияния.

И. Озеров

- Недавно появились разговоры о заморозке цен на значимые продукты питания – чаще всего, это от чиновников исходит. ФАС выступила с предупреждением, что любые ценовые сговоры недопустимы. Предприниматели говорят, что они и так уже скидки дают. Как ты относишься к идее заморозки цен?

Е. Балтатарова

- Заморозка цен – это популистский инструмент, который не в первый раз используется даже на моём веку, хотя я себя считаю достаточно молодой. Кризис 2008 года – это калька сегодняшней ситуации. В советские времена выбирался враг народа, а сейчас враг народа – это сети, торговые сети. И местные производители жалуются на торговые сети, что сложно к ним на полки попасть.

И. Озеров

- Мне кажется, что вот эти жалобы не настолько публичны.

Е. Балтатарова

- У нас всего две самых больших сети и они постоянно находятся под критикой, что я считаю несправедливым, потому что во всём мире конкурентов никто не отменял – если у тебя товар хороший – тебя всё равно поставят и всё будет нормально. Но это лирика. Я в социальных сетях вижу разговоры о ценовом заговоре, о том, что сети наживаются, что они спекулянты, - риторика, знакомая с советских времён. Я выступаю за рынок – он сам по себе всё справедливо сформирует, о монополии наших сетей тоже можно поговорить и насколько их нужно регулировать.

И. Озеров

- В этом плане ФАС приглядывает.

Е. Балтатарова

- Там считается, сколько торговых центров под одним брендом в одной муниципальной единице находится. Если отпустить это всё, все боятся, что получится, как в 90-е – сумасшедшая инфляция, сумасшедшие цены.

И. Озеров

- Отпустить – что ты имеешь в виду?

Е. Балтатарова

- Всё равно придерживают. У нас все заметные бизнесмены – они депутаты, они известные личности, у них есть определённые отношения с властью. Когда ты становишься богатым…

И. Озеров

- … и успешным, ты становишься одновременно социально ответственным.

Е. Балтатарова

- А тебе дают работать! Есть чёткое указание Кремля по регионам – договариваться, угрожать, возможно, нажимать, использовать административный ресурс. Не знаю, как долго это может продлиться. Я сама хожу в магазин, и хочу сказать, что сдерживание цен на какие-то продукты, возможно, и есть, но вопрос в том, насколько повышается цена на другие продукты. В общей своей массе цены растут.

И. Озеров

- Мы вернёмся к нашему разговору через минуту.

(реклама)

И. Озеров

- Это программа «Особое мнение», мы продолжаем разговаривать с Евгенией Балтатаровой. 22 октября анонсирован выход в прокат очередного фильма – это московско-бурятский триллер «Последняя охота». Насколько я понимаю, снимался он довольно давно, уже в фестивалях поучаствовал. Как ты относишься к нашим фильмам, произведённым в республике, смотришь ли их?

Е. Балтатарова

- Да, конечно, смотрю и знаю, кто занимается этим, это ребята в основном из КВН. Конечно, есть и профессионалы очень известные, гранды – Баир Дышенов, Солбон Лыгденов, я надеюсь, что Олег Юмов когда-нибудь что-нибудь снимет. Если судить по Дышенову и Лыгденову, по откликам и критике не нашей, то у бурятского кино есть достаточный потенциал в развитии фестивального кино – этника, глубинка сибирская – это очень интересно для западного зрителя. Что касается КВН-ских проектов, как я их называю…

И. Озеров

- Криминально-комедийные.

Е. Балтатарова

- Они, конечно, интересны молодой публике. В национальных республиках всё по-другому – я не помню, чтобы где-то в Орловской области или в Рязани это очень культивировалось – рязанское кино! А вот Казахстан, Бурятия, Якутия, Тыва, возможно, не слышала про их кинопроекты, - рост национального самосознания порождает такие фильмы, может быть взаимовлияние, но молодёжи интересно.

И. Озеров

- Я слышал, что «Решала» очень популярен не только в Бурятии, но и в Казахстане. Межрегиональные симпатии такие.

Е. Балтатарова

- Я думаю, Москва на это смотрит стереотипно – что в регионах 90-е не закончились. И мы подтверждаем – да, не закончились, пацанские отношения, Саша Белый всегда молодой. Мы сейчас не говорим о художественной ценности этих фильмов, о профессионализме, как это снято – есть ценность в самосознании, в патриотизме, - все эти фильмы пронизаны любовью к городу, к селу. Хотелось бы, чтобы наращивался профессионализм, сценарное мастерство, я, как кинокритик, считаю, что сценарии у нас очень-очень хромают. В большинстве случаев у нас режиссёр – он же и сценарист, и иногда оператор даже. На самом деле сценарии должны писать специальные люди. Солбон Лыгденов умеет правильно подбирать команду, сейчас они в новом фильме про войну, «321-ая Сибирская», приглашают очень известных актёров, пусть не класса «А», но узнаваемых, и очень интересно, что из этого получится. Мне было бы интересно, если бы Солбон Лыгденов выступил продюсером и сценаристом, а режиссёром пригласил другого.

И. Озеров

- Насколько я знаю, ближе к Новому году, выйдет, уже три года снимаемый, фильм про неформальные молодёжные объединения…

Е. Балтатарова

- «Смерти нет».

И. Озеров

- … в 80-х годах, да, «Смерти нет», название рабочее, я немножко знаком с изнанкой и думаю, что у тебя, как у кинокритика, появится хорошая возможность оценить его со всех тех позиций, о которых ты говорила, по-моему, неплохо получается, и мы с тобой обязательно об этом поговорим.

Е. Балтатарова

- Обязательно.

И. Озеров

- На днях в республике стартовал месячник бурятского языка. Тема и родная бесконечно всем нам и, одновременно, болезненная. Достаточны ли усилия властей, общественности – тот же Солбон Лыгденов активно в этом участвовал своими роликами – по сохранению бурятского языка или, как считают некоторые, он, несмотря на все усилия, будет медленно угасать?

Е. Балтатарова

- Я очень давно пишу об этой проблеме, в последние годы, с принятием нового закона об образовании в Бурятии, соответствующего российскому закону, там этот вопрос всплыл, до этого бурятский язык был якобы обязательным во всех школах. Прецедент был в Бичурской школе, где большинство населения русское, семейские, они встали с вопросом – зачем он нам нужен? Оказалось, что конституция России позволяет регионам изучать языки, но оно необязательно. Были большие юридические споры, и в итоге были рекомендации не противоречить федеральному законодательству и не испытывать людей на прочность, потому что вопрос к тому времени очень сильно раздулся и запихнуть его обратно не было никакой возможности. Пошла ответная сильная волна – любой вопрос про бурятский язык вызывает такое активное обсуждение, которое ни к чему объективному не приведёт. Я филолог, я знаю, что такое языки, знаю эволюцию языков, как они нарождаются и как они уходят. Чтобы сохранить бурятский язык, как хотят, нужно сохранить бурятский народ в том состоянии… это консервация, любое сохранение – это консервация, и ничего хорошего ни для народа, ни для языка это не принесёт. Как во всём мире сохраняется язык? В культурных очагах – в библиотеках, в центрах народного творчества, но наши обыватели хотят другого, причём те, кто сами не говорят на бурятском языке. Если хотим, чтобы бурятский язык распространялся – это надо, чтобы бурят было больше.

И. Озеров

- Может, поставить задачу, чтобы все буряты знали бурятский язык?

Е. Балтатарова

- Тогда, понимаешь, это сродни тому, что все буряты должны переехать в юрты и жить там.

И. Озеров

- Или вернуться всем в Бурятию.

Е. Балтатарова

- Язык идёт за какими-то другими глобальными вещами – например, должен очень сильно поменяться национальный состав. Пока ничего глобального не ожидается, границы не изменятся, мы не станем самостоятельным государством. Языки изменяются, перерождаются, смешиваются с другими языками. Как нельзя остановить эволюцию жизни, так и нельзя остановить эволюцию языка.

И. Озеров

- А поддержка и содержание средств массовой информации на бурятском языке – ты как к этому относишься?

Е. Балтатарова

- Я вообще плохо отношусь к государственной поддержке любого СМИ, я уверена в том, что должна быть конкуренция, а государственное финансирование газет и журналов, оно эту конкуренцию убивает напрочь. Очень трудно удержаться на плаву и даже небольшое вливание в издание, которое лояльно власти, оно катастрофически сказывается на вас. Так и с месячником бурятского языка – не факт, что вливания в него оправдаются, может быть, это просто будет формальность. Мне всегда казалось, что поддержка языка – это должна быть частная инициатива.

И. Озеров

- «Ариг Ус» делает программы на бурятском языке – это, в принципе, нормально?



Е. Балтатарова: Мне всегда казалось, что поддержка языка – это должна быть частная инициатива


  

Е. Балтатарова

- Насколько я знаю, это финансируется, всё-таки. В любом случае, все эти программы, статьи на бурятском языке рассчитаны на зрителя и читателя, который знает бурятский язык. Это не вопрос изучения языка, это вопрос лояльности – смотрите, у нас это есть. Если есть задача обучить – это школа, институт, кружки. У нас до сих пор нет центра бурятской культуры – считается, что все у нас такие буряты культурные, все всё знают. В центре дружбы народов представлены и татары, может быть, буряты там тоже есть, не знаю….

И. Озеров

- И по поводу русских тоже некоторые вопрос задают.

Е. Балтатарова

- Это всё должна быть частная инициатива, частные пожертвования. Хочешь, чтобы язык сохранялся и возрождался – будь добр, внеси свою лепту. А если нет в этом интереса – ну и ладно, пусть оно уйдёт, ничего страшного. Кто хочет – тот помнит свою историю, свою культуру.

И. Озеров

Это была программа «Особе мнение», мы беседовали с блогером и редактором интернет-журнала «Республика» Евгенией Балтаторовой, спасибо огромное, Женя, всего доброго!

Е. Балтатарова

- Всего доброго!

Комментарии и вопросы героям интервью (0)

Имя

Комментарий

CAPTCHA
Введите слово на картинке*

© 2004-2015 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г.
выдана Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия

 Наверх 

Перепечатка материалов возможна при указании активной ссылки на данный сайт.

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.

^