$ 63.92
67.77
Авторизация
Войти Напомнить пароль

Логин

Пароль

"Баргузин ФМ"
"Эхо Москвы" "Русское радио"


29 июля 2013, 17:51

Зеркало

В Госдуме в ход пошли непарламентские выражения. Сама тема предполагает дебаты на повышенных тонах.  В ходе круглого стола 30 июля по вопросу мата в интернете на обсуждение вынесены поправки в закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», действующий с 1 сентября 2012 года. По словам главы комитета ГД по вопросам семьи, женщин и детей Елены Мизулиной, необходимость подобных поправок вызвана большим количеством жалоб от родителей на нецензурную брань в интернет-изданиях и социальных сетях.

Думаю, посещение таких сайтов также наносит вред взрослым. Сегодня и кандидат искусствоведения, отзываясь на театральную премьеру, считает особым шиком кокетливо вбросить в соцсети бранное словцо. Еще не мат, но пахнет дурно. По-взрослому. Тема назрела. Мат стал нормой. И даже модой. Но одно дело ругаться в реале, другое – в виртуале. Потому что в последнем случае «за базар», как правило, ответить некому. Раньше они писали на заборах. Теперь, щурясь, они вышли в свет, но по-прежнему  прячутся - за «никами».  Модераторы не успевают стирать нецензурную лексику. Как раньше домоуправы, матерясь, не успевали замазывать крепкие выражения на дощатых стенах заборов и кособоких туалетов. При этом авторы перлов, облегчившись, ощущают себя крутыми. Как яйцо. Как два яйца.

Считается, что мат проникает в цивилизованный социум, поднимаясь из низов, из мест не столь отдаленных. Не это неверно. Проведя энное количество лет в этих самых местах, товарищ с удивлением констатировал, что по инерции стал матюгаться реже. За колючей проволокой он «фильтровал базар». Потому что грязное слово, брошенное вроде бы в пространство, мог принять в свой адрес любой. Пусть по ошибке, но конфликт был неизбежен. Он бы не ограничился, как в Сети, только вербальным ответом.

Как всегда, мы продолжаем бороться со следствием, а не с причинами. Исток  бранного русла  – в зашкаливающем ватерлинию уровне ненависти, разлитой в обществе и негласно поощряемой сверху («разделяй и властвуй»). Ксенофобия – один из ее мощных рукавов. Недавнее задержание жителя Бурятии по 282-й статье УК «Возбуждение ненависти или вражды, а равно унижение человеческого достоинства» лишь верхушка стылого айсберга ненависти. Сама ненависть от внутреннего холода обычно кутается в патриотические одежды (и меня местные патриоты пару лет назад обвиняли в том, что хотели бы не замечать в себе).

Известный философ и психоаналитик А. Большев, много лет изучающий феномен невротической ненависти, и более пристально – конфронтационно-невротический ее дискурс, утверждает, что объект нападок зачастую оказывается зеркалом, в котором оголтелый критик созерцает собственные изъяны.  Первая причина  перманентной ненависти, по мнению специалистов,  «постижение на бессознательном уровне своей соприродности злу и яростно-агрессивным вытеснением этой обжигающей истины».

Невротическая ненависть (та, что «с пеной на губах») может носить ситуативный характер, но может длиться и очень долго. Ее неотъемлемым элементом является формирование образа врага как средоточия зла. Такой объект необходим этим людям, чтобы возлагать на них ответственность как за собственные неудачи, так и не несовершенство жизни в целом. Ненавидящий одержим иллюзией, что если устранить ненавистное лицо, то сразу наступит гармония в общественных отношениях, а его ждет блестящая карьера.  Тот же фантазийный характер носит и яростная критика власти (критиковать есть за что, но надо аргументировать).

Вторая причина неустанных поисков врага - стремление снять с себя всякую ответственность за происходящее. И, как правило, невротическая критика в большинстве случаев есть верный признак того, что сами «комментаторы», поливающие противную сторону черной краской (чаще с матами),  далеки не белые и не пушистые. Например, обличающие коррупцию во власти, бывает, охотно берут «на лапу» от той же власти (грубо говоря, завидуют бешеным окладам высокопоставленных чиновников). А сами «патриоты»,  прячась за пафосной баррикадой, придерживаются националистических взглядов, которыми делятся в узком кругу.  А в широком кругу, – укрываясь за «никами» и выступая в роли провокаторов.

Точнее судить не за возбуждение, а за продвижение в общественное сознание ненависти. Грязная брань этой ненависти к лицу. Два изгвазданных сапога - пара. «Комментаторы» грозят друг другу отнюдь не виртуальными угрозами. С пеной на губах. Мат, равно как весь инетовский «прикольный» сленг и англоязычные заимствования, идет от бессилия. От бессилия перед грандиозной задачей: выразить одномерную мысль. Весь синонимический ряд у такого пользователя блуждает в трех буквах по маршруту извечного алгоритма «сам дурак».  

Предложение Е. Мизулиной блокировать сайты, форумы и страницы в социальных сетях с матерными постами вызвало ожесточенную критику. Известный блогер даже заявил, что интернет и русский язык не могут существовать без нецензурной лексики. Парламентарии политично высказали сомнение в технической реализации поправок в закон. В стенах ГД нашелся и тот, кто посчитал, «что есть куда более важные проблемы, в том числе и в этой сфере». Но депутат-«единоросс» с нерусской фамилией Шлегель ошибается: русскому языку грозит низведение его до уровня олбанско-кухонного, обильно сдобренного убойным кетчупом американизмов и перцем русского мата. Не прямая ли обязанность государственного деятеля защищать государствообразующий институт, каким является русский язык? Собственно, «олбанский диалект» изобретен, чтобы показать: язык-то я знаю, просто это я так типа прикалываюсь. На самом деле, прикрывая таким манером незнание русского языка. Лингвисты и литературные редакторы ведают: новаторство и ужимки постмодернизма идут от недостатка мастерства и катастрофического незнания базовых текстов. «Давайте скажу прямо? Если у вас нет времени на чтение, то нет времени (и навыков) для письма. Все просто». (Стивен Кинг).

Судя по реакции коллег Мизулиной, ее идея не будет легко принята думским большинством. И потому, пока есть время, предлагаю не закрывать сайты, отмеченные  пристрастием к непарламентским выражениям, а по решению суда авторизовать в Сети злостных матерщинников и так называемых троллистов. Пусть одного из сотни. Сама угроза паблисити для них куда страшнее закрытия любимого сайта.

Конфронтационно-невротическое сознание, а проще, ненависть и нетерпимость все больше захватывают общество. Для того, чтобы убедиться в этом, достаточно на 15 минут погрузиться в Интернет и обнаружить 15 оттенков черного. Нетерпимость – самый тяжелый недуг молодой демократии. Нецензурная лексика – лишь ее настольно-шанцевый инструмент.

Если кто-то изливает в Сеть рвотные массы, то, на миг отвлекшись от увлекательного занятия, видит в мониторе-зеркале знакомый до боли «фэйс». Спокойно, это не мираж вследствие многочасового сидения за клавиатурой: распознать собственные черты трудно, потому что ненависть исказила их до неузнаваемости. IMHO.



Комментарии и вопросы героям интервью (0)

Имя

Комментарий

CAPTCHA
Введите слово на картинке*

© 2004-2015 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г.
выдана Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия

 Наверх 

Перепечатка материалов возможна при указании активной ссылки на данный сайт.

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.

^