β
$ 59.63
70.36
Авторизация
Войти Напомнить пароль

Логин

Пароль

"Эхо Москвы" "Русское радио"


11 августа, 21:01

Гарантирующий поставщик не может отказать в заключении договора, он обязан собственно заключить его даже с неплательщиком (11.08.2017)

Play Music - Audio Hosting -

11 августа 2017 года

Генеральный директор АО "Читаэнергосбыт" Алексей Гончаров обсуждает с ведущим программы "Большой повод" Игорем Озеровым предложение возглавить гарантирующего поставщика электроэнергии в Забайкальском крае и Бурятии, целесообразность и эффективность реформы электроэнергетики в постсоветской России, необходимость разделения энергорынка на генерацию, поставщиков и сетевиков, проблему задолженности конечных потребителей и взаимных обязательств между частниками рынка электроэнергии, ближайшие задачи, стоящие перед АО "Энергосбыт" в Бурятии, и другие вопросы.

(с сокращениями)

И. Озеров

- Здравствуйте, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» программа «Большой повод», в студии Игорь Озеров, и я рад приветствовать нового героя нашей программы - это Алексей Гончаров, генеральный директор акционерного общества «Читаэнергосбыт». Алексей, добрый день!

А. Гончаров

- Добрый день!

И. Озеров

- Вы не просто генеральный директор - вы новый генеральный директор. Расскажите, откуда и каким образом очутились в Чите?

А. Гончаров

- Каким образом очутился в Чите, или, вообще, каким образом появился? (смеётся).

И. Озеров

- Можно и оттуда начать. Откуда вы родом?

А. Гончаров

- Родом я из солнечной Воркуты. Относительно солнечной - не настолько, насколько солнечные город Улан-Удэ или город Чита. Воркута - это примерно в 180-ти километрах от побережья Северного Ледовитого океана. Родился и вырос там, закончил Санкт-Петербургский государственный горный институт, в 2004 году приехал в Москву, и там началась работа в электроэнергетике.

И. Озеров

- Горный институт и электроэнергетика – это как?

А. Гончаров

- А у меня специальность «Электроприводы и автоматика промышленных установок и технологических комплексов», поэтому мне всё это было близко. Первое место работы в электроэнергетике - это филиал ФСК по специальным работам в электрических сетях, потом РАО ЕЭС России, РусГидро, Некоммерческое партнёрство гарантирующих поставщиков и энергосбытовых компаний, Агентство стратегических инициатив (очень интересная была работа), министерство развития Дальнего Востока, и компания «Россети». А после компании «Россети» я оказался здесь.

И. Озеров

- Трудовая книжка закончилась уже?

А. Гончаров

- Есть вкладыш. Когда я учился на первом высшем в Воркуте, это, собственно, и был Санкт-Петербургский государственный горный институт имени Плеханова, я со второго курса перевёлся на вечернее отделение, и пошёл работать. Работал на шахте, в проходке…

И. Озеров

- Что добывали?

А. Гончаров

- Уголь.

И. Озеров

- Серьёзное дело. Я был в шахте, но в золотодобывающей.

А. Гончаров

- Они немножко разные, такая разная глубина. В Воркуте шахты глубокие, та шахта, на которой я работал, «Заполярная» - там порядка 500 метров.

И. Озеров

- «Читаэнергосбыт» - это было предложение, от которого невозможно отказаться, или интересно стало?

А. Гончаров

- Для меня это развитие. У меня не столько мозгов, чтобы сидеть на одном месте и всё время заниматься одной и той же работой. Мне нужно всё время что-то новое для развития - более сложное, чем то, что есть сейчас. На мой взгляд, работа на розничном рынке с конечным потребителем при взаимодействии с огромным количеством участников, взаимодействие с органами власти, с правоохранительными органами - это всё интересно.



А. Гончаров: В Воркуте шахты глубокие, та шахта, на которой я работал, «Заполярная» - там порядка 500 метров



И. Озеров

- Это самое масштабное предприятие, которые вам доводилось возглавлять?

А. Гончаров

- Возглавлять – наверное, да. Но, я работал в РАО «ЕЭС России», там было интересно видеть, как в тех или иных регионах существует и развиваются предприятия электроэнергетики, то же самое - в «Россетиях». А в Агентстве стратегических инициатив было видно, как развиваются регионы, и какие действия предпринимают органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, чтобы привлечь инвестиции или упростить судьбу бизнеса – я там увидел очень много интересных практик.

И. Озеров

- Как выглядит в Бурятии электроэнергетика – кто производит энергию, кто её передает до потребителя, кто владеет сетями, и почему в Улан-Удэ мы имеем компанию с названием «Читаэнергосбыт»?

А. Гончаров

- На этот вопрос нужно отвечать издалека, начиная с того, какие были причины реформирования электроэнергетики. К моменту реформирования электроэнергетики было понятно, что необходимо было что-то развивать. На тот момент глава РАО «ЕЭС России» видел, что в первую очередь нужно было обратить внимание на развитие генерации.

И. Озеров

- То, что производит электроэнергию.

А. Гончаров

- Да, на производителей электроэнергии. Было принято решение начать с них. Достаточно внимательно был изучен опыт других стран - каким образом и какими стимулами развивалась генерация. Были оценены все эти моменты, а также существующие проблемы, - например, дебиторскую задолженность, то есть, задолженность конечных потребителей. Все понимали, что при любой модели эта задолженность останется, и её куда-то надо девать. В итоге пришли к следующей модели - для развития генерации был создан оптовый рынок электроэнергии. Оптовый рынок должен был обеспечивать поступление денежных средств в адрес генерирующих компаний, которые необходимы были им для обновления и создания новых основных фондов. В целом же электроэнергетику разделили по видам деятельности - на потенциально конкурентные (генерация и сбыт) и естественно монопольные (сетевые организации, которые осуществляли передачу электроэнергии, и диспетчерское управление). Оптовый рынок был достаточно хорошо проработан и настроен, денежные средства идут туда на сегодняшний день в полном объёме, генерация имеет, на мой взгляд, достаточно механизмов для того, чтобы достигать той цели, которую ставили при реформировании. А вот с точки зрения зрения энергосбыта и сетей здесь включается вопрос той самой дебиторки, с которая в любом бы случае осталась. На мой взгляд, регулятор в лице правительства должен был придумать такую модель, с помощью которой можно было возложить на кого-то эту дебиторскую задолженность. Сегодня я понимаю, что это было мудрое решение. Дело в том, что сетевые компании – это, всё-таки, больше государство, потому что, на сегодняшний день, «Федеральная сетевая компания» и МРСК - это компании, которые находятся под управлением государства, «Россети» ими управляют, а акции «Россетей» принадлежат государству. Соответственно, государство понимало, что, если ли, то своей государственной компании они как-то смогут помочь. Для сбытовых компаний, чтобы им нести бремя дебиторки, был обеспечен статус гарантирующего поставщика. Что он предполагает собой? Это социальная функция, в первую очередь, то есть, работа конкретно с каждым потребителем. Гарантирующий поставщик не может отказать в заключении договора, он обязан собственно заключить его даже с неплательщиком. На нём все потребители региона за исключением тех, кто может выходить на оптовый рынок – то есть, вся социальная функция ложится на гарантирующего поставщика. Кроме того, государство дало гарантирующему поставщику сбытовую надбавку, которая чётко регулируется РСТ (республиканская служба по тарифам) и ФАС (федеральная антимонопольная служба) - последние утверждают необходимую валовую выручку гарантирующего поставщика, понимая, что у него огромный объём задолженности с конечных потребителей. А ещё поскольку гарантирующий поставщик собирает деньги для всей цепочки энергоснабжения, ему дали возможность брать кредиты под обороты. То есть, для дебиторской задолженности конечных потребителей сделали две «подушки». Первая – это статус гарантирующего поставщика, который не дособрал задолженность, но, какую-то часть компенсировал кредитами, и компенсировал совсем мёртвую дебиторскую задолженность её включением в тариф. То же самое сделали и со второй «подушкой» - это сетевая компания. Здесь так сильно гайки по долгам не закрутили, поэтому гарантирующий поставщик и сетевая компания вместе несут это бремя.



А. Гончаров: Государство дало гарантирующему поставщику сбытовую надбавку, которая чётко регулируется РСТ (республиканская служба по тарифам) и ФАС (федеральная антимонопольная служба) - последние утверждают необходимую валовую выручку гарантирующего поставщика, понимая, что у него огромный объём задолженности с конечных потребителей



И. Озеров

- В нашем случае гарантирующий поставщик - это «Читаэнергосбыт», который вы возглавляете.

А. Гончаров

- Да.

И. Озеров

- У меня совсем дилетантский вопрос - есть генерация, есть конечные потребители. Почему бы генерации самой не продавать конечным потребителям электроэнергии, зачем нужна сбытовая компания, гарантирующий поставщик, и всё остальное?

А. Гончаров

- Во-первых, на сегодняшний день ни у кого нет такой компетенции, как у гарантирующего поставщика, а, во-вторых, каждый должен заниматься своим делом. Если генерирующая компания будет ещё заниматься энергосбытовой деятельностью…

И. Озеров

- В нашем случае это ТГК-14?

А. Гончаров

- Да. Они это не потянут на сегодняшний день. Тогда убытки или конечные долги могут лечь на генерацию, а если они лягут на генерацию, которая сегодня находится в частных руках… Другими словами, падение энергоблока - это гораздо хуже, чем плохое финансовое состояние гарантирующего поставщика.

И. Озеров

- Насколько «Читаэнергосбыт» читинская компания?

А. Гончаров

- В своё время компания «Бурятэнергосбыт», которая была зарегистрирована на печально известный «Энергострим», утратила статус гарантирующего поставщика. Соответственно, по закону, статус гарантирующего поставщика присваивается соотвествующей сетевой компании, а такой компанией было «МРСК Сибири». В течение года проводился конкурс на долги генератором, и в нём участвуют те, кто готов погасить эти долги. Конкурс шёл на понижение, и компания «Читаэнергосбыт» на тот момент выиграла конкурс в Республике Бурятия. Чтобы было понятно, это могла быть не «Читаэнергосбыт», это мог быть «Новосибирскэнергосбыт»…

И. Озеров

- То есть, это вопрос открытого рынка.

А. Гончаров

- Да, это рыночный вопрос. Но, всё, что находится здесь, оно здешнее, поэтому территориальное подразделение «Читаэнергосбыт», которое называется «Энергосбыт Бурятии» - это именно бурятское территориальное подразделение. Мы собрали деньги в Республике Бурятия с потребителей Республики Бурятия, заплатили их на оптовом рынке, заплатили сетевым компаниям, которые функционируют на территории Республики Бурятия. Внимание - заплатили не куда-то, деньги, собранные здесь, остались здесь же. Это «МРСК Сибири», это Улан-УдэЭнерго» и 22, по-моему, ТСО - они все зарегистрированы здесь, насколько я знаю, поэтому деньги никуда не уходят. У гарантирующего поставщика остаётся сбытовая надбавка, которое должна обеспечить его НВВ (необходимую валовую выручку), но наша сегодняшняя сбытовая надбавка весь НВВ не покрывает. И сбытовая надбавка тратится на то, чтобы обеспечить деятельность территориального подразделения «Энергосбыт Бурятии», которое находится в Бурятии. Поэтому, я считаю, здесь есть чёткое разделение, плюс ко всему, статус гарантирующего поставщика присваивается в отношении конкретной зоны деятельности. У «Читаэнергосбыт» две зоны деятельности гарантирующего поставщика - это Забайкальский край и Республика Бурятия.

И. Озеров

- Один из экспертов по энергетике в нашей программе объяснил, что сейчас в этой сфере все должны всем. Это нормальная ситуация?

А. Гончаров

- Естественно, она не может быть нормальной. В «подушках», про которые я говорил, есть перья, но их количество должно находиться в определённом объёме. Как только ресурс этих двух «подушек» исчерпан, начинаются серьёзные проблемы. В Республике Бурятия этот ресурс был исчерпан, и огромную роль в этом плане сыграл как «Энергострим», так и организации министерства обороны, накопившие огромный объём задолженности. Возможно, это было связано с решением политических задач, поэтому здесь я судить не берусь, но, это тоже отражается на розничном рынке. Потом, параллельно, слегка ужесточалось законодательство в отношении гарантирующих поставщиков. Далее, после того, как из региона начали уходить военные, это тоже сыграло огромную роль – это был уход потребителей в другой регион. И настал момент, когда это всё отрицательно сработало на розничном рынке. Этоо отразилось на всех - на энергетиках, на предприятиях ЖКХ. А предприятия ЖКХ, со своей стороны, - тоже наш потребитель. Возможности платить за электроэнергию у них не стало, и это отдельный разговор. Всё это сформировало задолженность конечных потребителей, которая стала транслироваться на сетевые компании, потому что возможности оплачивать им услуги по передаче электроэнергии не было. Эти долги копились, начались бесконечные суды. Когда я пришёл в «Читаэнергосбыт», то проанализировал сложившуюся ситуацию, и у меня на сегодняшний день есть конкретное предложение, как расшить эти долги между гарантирующим поставщиком и сетевыми компаниями. Это будет не быстро, понятно, что это будет очень напряжённо для гарантирующего поставщика в ближайшие два года, но, это возможно. Я думаю, что в ближайшее время мы эти предложения озвучим власти, чтобы они тоже о них знали, и, возможно, нам помогли в этом. У меня только конструктивный настрой, я об этом заявлял, в том числе, и на разных совещаниях в правительстве Республики Бурятия.



А. Гончаров: «Энергосбыт Бурятии» - это именно бурятское территориальное подразделение. Мы собрали деньги в Республике Бурятия с потребителей Республики Бурятия, заплатили их на оптовом рынке, заплатили сетевым компаниям, которые функционируют на территории Республики Бурятия. Внимание - заплатили не куда-то, деньги, собранные здесь, остались здесь же



И. Озеров

- Корень проблем в электроэнергетике в том, что не платят конечные потребители или в неэффективности работы генерации, сетевиков, сбытовиков, и так далее?

А. Гончаров

- Я туту вспомнил бы реформу электроэнергетики.

И. Озеров

- Она была правильной, на ваш взгляд?

А. Гончаров

- Она была правильной, но немного преждевременной, мне кажется надо было некоторые моменты ещё продумать. Но, вообще, такой рынок, как сегодняшний оптовый и розничный рынок электроэнергетики России, есть мало в каких даже развитых странах.

И. Озеров

- Проблема воровства электроэнергии, известная ещё с советских времён, актуальна до сих пор?

А. Гончаров

- Ничего не изменилось. Я на этот вопрос отвечу по-философски - Советский Союз рождал творцов, и этой фразой можно сказать всё. Наши люди могут придумать что угодно – есть инженеры, которые на сегодняшний день вынуждены заниматься непонятно чем, но, который в этом всём достаточно хорошо разбираются. Поэтому, что бы мы ни придумывали, люди придумают, как это обойти. Воровство, наверное, как было, так и есть, но, на мой взгляд, выявление воровства и потери электроэнергии необходимо регулировать какими-то ценовыми сигналалми. Необходимы экономические стимулы для компаний для того, чтобы они это выявляли. Для сетевых и сбытовых компаний сегодня это в каком-то виде реализовано в виде некоего конфликта интересов гарантирующего поставщика и сетевой компании. Сетевая компания имеет потери и, по идее, она должна с ними бороться в своих сетях. Если бы, допустим, не было бы сегодня гарантирующего поставщика, то кто бы эти потери показывал? В принципе, никто, сетевой компании зачем их показывать - проще их раскидать на потребителей. Опять же, я ещё раз убеждаюсь в том, что это было мудрое решение со стороны регулятора, когда он создавал конфликт интересов.

И. Озеров

- Это и некая конкуренция.

А. Гончаров

- Да, гарантирующему поставщику интересно получать весь объём от электроэнергии - в виде полезного отпуска, и в виде информации о потерях электроэнергии. А сетевой компании, учитывая, что она платит за свои потери, должно быть выгодно эти потери снижать. Но, это не везде работает - это работает только в тех регионах (их большинство в стране), где сбытовая надбавка на потери, и, вообще, стоимость потерь высокая. Тогда сетевой компании, естественно, невыгодно иметь такие потери. Я почему про потери заговорил – безучётное, бездоговорное потребление – это хищение, на мой взгляд – и это и есть потери. А когда потери стоят немного, то сетевой компании не так сильно интересно их снижать, потому что зачастую инвестиции в их снижение превышают эффект от их снижения.

И. Озеров

- А в Бурятии как ситуация выглядит?

А. Гончаров

- Сбытовая надбавка на потери на сегодняшний день в Республике Бурятия ниже, чем сбытовая надбавка для всех видов потребителей. То есть, для гарантирующего поставщика интереса выявлять сегодня потери особо нет.

И. Озеров

- В программе «Большой повод» принимал участие Алексей Гончаров, вёл программу Игорь Озеров, всего доброго, до свиданья!

А. Гончаров

- Всем хорошего дня!


© 2004-2017 информационное агентство «Байкал Медиа Консалтинг»

Эл № ФС 77-22419 от 28.11.2005 г.
выдана Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия


Адрес: 670000 респ. Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. Смолина д.54б

Телефон редакции: ‎‎8 (924 4) 58 90 90  

E-mail редакции: info(at)baikal-media.ru


Учредитель - ООО "Байкал Медиа Консалтинг" 

Главный редактор: Будаев В.Н.


 Наверх 

При перепечатке текстов либо ином использовании текстовых материалов с настоящего сайта на иных ресурсах в сети Интернет гиперссылка на источник обязательна. Перепечатка либо иное использование текстовых материалов с настоящего сайта в печатных СМИ возможно только с письменного согласия автора, правообладателя. Фотографии, видеоматериалы, иные иллюстрации могут быть использованы только с письменного согласия автора (правообладателя) и с обязательным указанием имени автора и источника заимствования

В случае использования  материала в печатном издании, необходимо указывать адрес сайта: www.baikal-media.ru

Редакция оставляет за собой право полностью или частично удалять комментарии пользователей.

^
^