Участники туристической отрасли отмечают уменьшение загрузки коллективных средств размещения по сравнению с 2025 годом. По оценкам Марины Григорьевой, после такого сложного летнего сезона да и в целом на фоне экономической нестабильности доходы туристической отрасли просели примерно на 20 процентов. Особенно это отразилось на общепите, который сильнее всего отреагировал на бензиновый кризис и повышение налогов. Из–за этого сильно выросла стоимость продуктов, что за собой потянуло рост среднего чека.

Ко всему прочему практически вдвое вырос фонд оплаты труда, а эти расходы, как подчёркивает эксперт, также легли в цены — как проживания, так и питания.

— Поэтому мы замечаем, что меняются тренды: гости в основном привозят продукты с собой, а не ходят в общепит. Да, они всё ещё выкупают хорошие номера, но при этом выбирают те средства размещения, где можно самостоятельно приготовить еду, — подчёркивает Марина Григорьева.

Рост издержек и падение доходов потребовали от владельцев турбаз кадровой оптимизации, причём проводили её по–разному: кто–то сохранял штат, но урезал зарплату, а кто–то пошёл на сокращения. Особенно это было заметно во второй половине июля, когда грянул бензиновый кризис.

При том что восстанавливается спрос со стороны иностранных гостей, особенно из Китая, в сфере въездного туризма до сих пор работает очень много нелегальных гидов, из–за чего региональный бюджет не получает доходы. Эта проблема сохраняется с 2020 года, уточнила Марина Григорьева. Пока что власти и контрольно–надзорные органы не нашли действенных механизмов, как повлиять на ситуацию.

Но есть и хорошие новости. Как замечает эксперт, в отрасль пошли подростки и молодые ребята 15–19 лет. Конечно, они могут выполнять несложную работу и только на определённых условиях (например, есть ограничения по длительности рабочего дня), но их отличает желание трудиться и уважение к своему и чужому труду.

— Это амбициозное поколение. Молодёжь, которая сейчас подросла, живёт в непростое время, причём оно такое для семей разного уровня достатка. Ребята хотят учиться, знают, что деньги не даются просто так, понимают, что если не наберутся компетенций, то не добьются успеха, — поясняет Марина Григорьева.

Пропал смысл работать зимой

С началом отопительного сезона владельцы турбаз начали консервировать свои объекты: кто–то — полностью, кто–то — частично. На самом деле это обычный процесс в Прибайкалье, где фактически есть два активных туристических сезона. Но, как подчёркивает эксперт, в этом году намного больше тех, кто законсервировал свою турбазу полностью или оставил в продаже минимальное количество номеров.

Одна из причин — это рост платы за электроэнергию, которая ложится в стоимость содержания объекта размещения.

Марина Григорьева поясняет, что все такие объекты на Байкале — на электроотоплении, так как угольные котельные ставить запрещено, а газа нет. Более того, установка любого теплоисточника в Центральной экологической зоне потребует не только серьёзных капитальных вложений, но и сложного и долгого прохождения госэкспертизы.

Отдельно попали на рост коммунальных расходов гостевые дома, которые прошли легализацию. Как заметила Марина Григорьева, энергетики выставили им коммерческие тарифы.

— Поэтому сейчас эти объекты либо будут закрываться, либо переходить в рынок арендного жилья, который коммерческим тарифом не облагается, — добавляет эксперт.

Поэтому, уточняет Марина Григорьева, не остаётся никакого экономического смысла работать зимой.

— Это риск, потому что все, что ты заработал, ты потом отдашь — где–то налогами, где–то за коммуналку. И, дай бог, если на какую–то минимальную маржинальность выйдешь, — подчеркнула эксперт.

Что ждёт зимний туризм?

Прогнозы на зиму участники туристического бизнеса стараются не давать или придерживаются осторожного планирования. Но уже сейчас есть некоторая тревожность по будущей ледовой обстановке на озере Байкал, заметила Марина Григорьева.

Напомним, что в 2025 году из–за аномального тепла и мягкой зимы лед встал позже обычного, а в 2026–м не получилось с первого раза открыть ледовую переправу на остров Ольхон из–за трещин, поэтому маршрут пришлось менять.

Эксперт подчёркивает, что после прошлого трагического зимнего сезона все перемещения на льду будут очень жёстко контролироваться. Более того, с этого сезона в регионе начнут штрафовать за выезд на лёд вне оборудованной переправы — суммы довольно ощутимые, особенно для бизнеса. По словам Марины Григорьевой, это даже хорошо для отрасли, так как зимний отдых на Байкале станет безопаснее, а значит, привлекательнее.

Ко всему прочему эксперт отмечает, что поток туристов на зиму не будет падать, но и прироста не прогнозируется. Причём крупные туроператоры, работающие в премиуме, особого уменьшения потока не отмечают, проседает как раз эконом–сегмент.

— Турпоток не растёт не только в Иркутской области, в целом по всей стране отмечается падение по внутреннему туризму. Это связано с тем, что открылась Юго–Восточная Азия, и те, кто хотел бы потратить деньги и время в зимний период, едут на море. К тому же в этом году не случилось тёплого сезона внутри России, мы прекрасно понимаем, какая напряжённая обстановка на юге — в Краснодарском крае и Крыму. То есть люди так и не смогли съездить на море и погреться на солнышке. Не у всех есть возможность потратить деньги на Байкал. Поэтому они будут выбирать то, что приоритетно, наверно, для здоровья, — поясняет Марина Григорьева.

Иркутск стал конкурировать с Бурятией

Ещё одна проблема, которую отмечает Марина Григорьева, — это разница в стоимости авиабилетов в Иркутскую область и в Бурятию. Это связано с тем, что перелёты в соседний регион субсидируются, а в Приангарье — нет.

Свою роль играет и активное продвижение республики со стороны властей, которые вкладывают деньги в грамотный и сильный пиар своего туристического потенциала.

— Ну и притча во языцех — это то, что правительство республики Бурятия оказывает мощнейшую поддержку объектов туризма на Байкале, начиная с вывоза жидких бытовых отходов и заканчивая покупкой альтернативных источников электротеплоснабжения, транспортных средств для туризма. Это всё, конечно же, сказывается на себестоимости турпродукта и в конечном итоге на цене отдыха на Байкале, — поясняет эксперт, добавляя, что одним из показателей доступности продукта может служить рост турпотока.

В Иркутской области турбизнес фактически может претендовать на поддержку Фонда микрокредитования, но помочь он может только тем, кто подходит под определённые критерии, например не испытывает финансовых сложностей.

— Но если ты попал в тяжёлую ситуацию, оборотка упала, прибыли нет, то по федеральному положению они не имеют права меру поддержки оказывать. Поэтому нам остаются только банковские кредиты, больше ничего у нас нет, — замечает Марина Григорьева.

Отдельно она подчёркивает влияние туристического налога, который ввели в отдельных муниципалитетах. По оценке эксперта, это было непродуманное и скоропалительное решение. С этого года турналог собирают и в Иркутске.

— В городе очень много хостелов, которые пользуются спросом как раз в эконом–сегменте. Для хостелов турналог — это фактически петля на шее. Если в отеле минималка — это 100 рублей — собирается с брони, а по ней может приехать целая семья, то хостелы, как правило, сдают места для одного человека, получается, что там облагается налогом каждое койко–место. И получается, что сегодня мы соберём условно миллионы турналога, а завтра потеряем объект и вообще ничего не соберём — ни турналог, ни НДФЛ. То есть это, что называется, стрелять себе в ногу, — подчеркнула Марина Григорьева.

С учётом всех факторов прогнозировать будущую зиму ещё рано, резюмирует она, все будет зависеть от геополитической ситуации, качества авиаперевозок, стоимости билетов и, конечно, доходов и платёжеспособности населения.